Ольга Вешнева – Стальной адмирал и пушистый хвост (СИ) (страница 35)

Я строил мысленные предложения, и раз за разом приходил к одному и тому же выводу: Лиссандра не простит и не поймет. Признавшись ей во всем, я отправлюсь в галактическую тюрьму.

Выбора нет. Взамен того, чтобы наслаждаться метаниями пойманной жертвы, я сам занял ее место. И даже не знал, какого спасения мне желать. Вернее, от кого пытаться спастись. Что хуже: получить удар в спину от неизвестных алверийских мерзавцев, погибнуть от руки риаса за невыполнение задания или оказаться в стальной клетке? А может, я уже там нахожусь. Забавно в некотором роде… Стальная леди загнала меня в стальную клетку. Или я сам себя туда добровольно заточил?

Проверять всех окружающих, чтобы выявить врагов. Вот моя главная задача. Ради спасения не только Лиссандры, но и самого себя. Никогда бы не подумал, что придется мне примерить статус ценного свидетеля, а не разыскиваемого преступника. Какая из ролей опаснее? Наверное, первая. Преступника, который умыкнул чужие деньги или драгоценности, не преследуют с тем же рвением, как того, кто помешал совершить убийство.

Вторжение в чужое сознание – дело рискованное и отнимающее много сил. Но другого пути у меня не было. Да и этот способ добывания информации оставался самым эффективным. Свои новые телепатические эксперименты я начал с соседей по комнате. Дождался, пока все парни крепко уснули, и первым “подопытным” выбрал Дарна, как наиболее подходящего на роль предателя. На мое удивление, юный алверийский граф уже и думать перестал о своей принцессе. Он влюбился в десятиглазую дочку священника и целовал ее во сне. Минус один подозреваемый.

Остальные ребята тоже оказались не замешаны в покушении. Пуршалю снился преогромный торт, раза в четыре больше его самого. Кайшо высчитывал непонятные для меня мудреные химические формулы, впрочем, его изыскания носили мирную направленность. Жойкер давал интервью молодой журналистке с маленькими красными рожками, рассказывал о своей политической программе и благотворительных проектах. Сон подтвердил его недавние слова о том, что не нужна ему Стальная принцесса, да и вообще, не нравятся ему безрогие женщины.

За проверку подружившихся с нашей компанией девчонок и других однокурсников я взялся днем. Из всех них опасение вызывала одна лишь Ламнора, и то в том плане, чтобы не наделала глупостей из ревности. Слухи о моем бурном романе с Лиссандрой стали для этой девушки сильным ударом. Мне пришлось думать, как выкручиваться, чтобы никому не навредить, но и не обманывать Ламнору. Хватит с меня постоянной лжи! Она в редких случаях идет на пользу, а обычно только во вред. Я ничего не обещал дочке банкира, не клялся в любви. Ламноре пора увидеть, что вокруг достаточно парней, которым она нравится.

От большой энергетической потери меня едва не шатало к окончанию занятий. Я даже нескольких преподавателей успел проверить. К ректору не рискнул приближаться, и со стороны почувствовал выставленную защиту от любых попыток воздействия. Непробиваемый силовой щит. Результат многолетних тренировок. Но я, как опытный вор, понимал, что чем надежнее сейф, тем ценнее его содержимое.

Кайсиллиан идеально подходил на роль предателя. Но я понимал, что разоблачить его будет нелегко. После моей маленькой диверсии генерал стал еще осторожнее. Я пожалел о том, что тогда хорошенько не порылся в его жилище. Спешил обработать реагентом спортивный костюм с обувью и забыл пошарить по тайникам. А ведь там вполне может храниться много интересной информации. Она, как известно, порой бывает ценнее дорогих ярких камешков или блестящих металлов.

Но вечером я подготовился к проникновению совсем в другую жилую ячейку. Обходя точки слежения, забрался на крышу преподавательского корпуса и скромно поскребся в люк на крыше. Дождался, пока его откроют, спрыгнул вниз, решив не спускаться по лестнице, и замер от удивления. Невероятное явление предстало моему взору. Снег в жарких пустынях выпадает чаще, чем Стальную принцессу можно увидеть в элегантной женственной одежде. Яркое платье, тесно облегающее грудь и талию и расклешенное от бедер, было сшито из тонкой легкой ткани.

– Вы удивительно прекрасны. И так соблазнительны, что хочется поймать в объятия и закружить в танце, – сбивчиво промямлил я, забыв извиниться за вторжение и соблюсти все правила субординации.

– Оставить танцы и все лишние рассуждения, – ответила Лиссандра с напускной строгостью после недолгого задумчивого молчания. – Отвечай, зачем пришел сюда?

В течение этой паузы женщина явно боролась со своими неуставными порывами.

– Принес важные разведданные, – я скинул с плеч трос и вспомогательную легкую амуницию. – Бытовая система отключена? Я правильно чувствую отсутствие сторонних электромагнитных импульсов? Нас не могут подслушать?

– Не могут. Я об этом позаботилась, – Лиссандра неуверенно попятилась от меня, держа гончую на поводке.

Искоса глянув на меня, развернулась и наклонилась, чтобы привязать конец поводка к подставке для обуви. Я с трудом удержал себя на месте. Не понимал, что сказывается на мне сильнее: невыносимо долгое воздержание или странная привязанность к намеченной жертве. Сочувствие, которого не должно было быть, желание, которому пока было не время себя проявить, и сроду не свойственная мне готовность к самопожертвованию ради защиты этой красивой, умной, безупречно идеальной женщины, которой я, по сути, недостоин.

– Вижу, ты натренировался пробираться в чужие спальни, – снова посмотрев на меня в упор, усмехнулась Лиссандра.

– Я с детства увлекаюсь альпинизмом, – придумать правдоподобную легенду за один миг для меня не проблема. – Мы с отцом проводили школьные каникулы в заснеженных горах. В тех дальних краях, откуда берет начало древний род Лимари.

– Но больше так не рискуй, Рэй. Если тебя поймают, то я не смогу тебя защитить. О нас и без того ходят слухи.

– Это нам на пользу. Значит, мы на правильном пути. Смогли запутать злодеев.

– Не нельзя увлекаться, – Лиссандра сказала это как будто сама себе. – Мне нужно переодеться, а ты пока можешь угощаться.

Она принесла с кухни и поставила на низкий декоративный стол бумажную коробку с пряно пахнущим салатом. Что-то дамское, низкокалорийное. Имитация нормальной еды для обманчивого успокоения рецепторов. Но после энергетического перерасхода я был рад и такому непонятно чему. Главное, оно съедобно. Все лучше напоминающих резину галет и хрустящих хлебцев, которые подали на ужин в столовой. Это был тот редкий случай, когда я предпочел бы сочных и питательных личинок. Но поклонница ректора, видимо, решила, что и мелких ползучих тварей на десерт я не заслужил.

Открыв коробку и начав изучать ее содержимое, я упустил момент, когда Лиссандра скрылась за внутренней тонкой раздвижной дверью. Сел на диван, ковыряя пальцем кусочки вареного птичьего мяса в салате, а потом, убедившись, что кроме заливающей слюнями пол гончей, меня никто не видит, по старой привычке уткнулся лицом в коробку и быстро подобрал ее содержимое. Опомнился только когда облизал последние капли соуса. Подумал, что, находясь постоянно среди юнцов, я и сам начинаю впадать в детство и вести себя не так, как подобает взрослому разумному существу.

Глава 26. Запретные чувства

Рэй

Я поставил пустую коробку из-под салата на стол, только хотел утереть лицо рукой, как в гостиную вошла Лиссандра. На ней был черный спортивный костюм и потрепанные тряпичные ботинки.

– Рэй, у тебя нос белый от соуса, – она рассмеялась в голос, но вдруг смутилась и приложила пальцы к губам.

Принесла мне салфетку. Я взял ее, постаравшись соприкоснуться пальцами, но Лиссандра ловко избежала нашего непосредственного контакта. Будто бы она опасалась энергетического воздействия. Или вновь своих собственных тайных желаний. Мне не нужно было проникать в ее голову, чтобы понять, какие откровенные фантазии там вихрятся, подобно урагану.

Я тупо молчал, подозревая, что все глубже впадаю в детство. Вместо того, чтобы показать себя зрелым опытным мужчиной, я выглядел глупым юнцом, который недавно научился целоваться. Что на меня действовало, как тормозная жидкость на боевую машину? Почему я не мог дать ей понять, что способен ее самым наглым образом совратить и низвергнуть в пучину запретных удовольствий?

– Рассказывай, что ты разведал? Я внимательно слушаю, – Лиссандра присела в кресло – не стоящее напротив, а повернутое боком к моему дивану.

Она продолжала прятаться от меня, насколько это было возможно. Избегала пристальных прямых взглядов. Я выложил всю информацию, которую узнал за прошедшие ночь и день. Лиссандра то хмурилась в тревожной задумчивости, то почти неуловимо улыбалась. Как я понял, женщину немного утешило то, что одиозная семья Ладетонис и некоторые другие ее сородичи выпали из списка подозреваемых. Насчет ректора она ничего мне напрямую не сказала, но я почувствовал эмоциональное отторжение и опасение.

Вывод напрашивался один, и он должен служить для меня сигналом к наступлению. Хоть Лиссандра и пытается избежать нашего сближения, но доверять ей некому, кроме меня. Потому наши встречи неизбежны, и они должны нас привести к некоему итогу. Но я не чувствовал былого азарта. Меня не вдохновляло предвкушение того, что жертва попалась в ловушку. Еще немного, и она целиком и полностью, душой и телом, окажется в моей абсолютной власти.