Ольга Валяева – Предназначение быть мамой (страница 122)

В нашей семье мы стараемся детей не заставлять и не мучить предписаниями, правилами. Помню, на фестивале «Благость» во время экадаши (день, когда держат пост на зернобобовые) сижу с мальчишками в кафе. Так как еда для них в основной столовой непривычная, они ее игнорировали. А вот в кафе радостно ели вегетарианские сосиски в тесте, бутерброды, пиццы и многое другое. Конечно, по большей части мучное. Так вот, в экадаши обед для детей прошел мимо, и мы пошли в кафе. Взяли обычный набор из сыра и пиццы, сидим. Они едят, я пью воду. И тут подбегает женщина: «Вы что делаете! Сегодня же экадаши!»

Матвей аж встрепенулся: мол, мама, мы преступление какое-то совершили? А я спокойно ей сказала «Да, сегодня экадаши, а они — дети». И мы продолжили свою трапезу. Место, время, обстоятельства. И без фанатизма!

Если сейчас у меня нет возможности готовить им то, что они любят, почему я должна морить их голодом ради идеи? Тем более что до семи-восьми лет дети могут и не поститься в этот день, для них ничего не изменится. Пост, как и все остальное, должен быть их личной инициативой, с пониманием, зачем им это надо.

Иной раз наши дети не хотят идти в храм. Ну, всякое бывает: нет настроения, заняты другим. Можно заставить насильно. Можно подкупить. Можно договориться. А можно и не идти вовсе. Мы с мужем часто ходим по очереди, по одному. Или частями. Потому что не всем детям это по душе прямо сейчас. В краткосрочной перспективе можно и заставить. А в долгосрочной — какие плоды это принесет?

Помню, одна девочка рассказывала, как в детстве жутко боялась причастия, куда ее водила бабушка. Священник был грозным, люди напряженными, ей было совсем не вкусно, не интересно, она не понимала, зачем ей это надо. Просто надо и все. Плакала, просила оставить ее дома, но бабушка ее не слушала. Потом, мол, «спасибо» скажешь. До сих пор она на причастие не ходит. Ей становится в этот момент нехорошо. Все что угодно, только не это.

Есть другие истории, которые девушки рассказывали в комментариях в моем «Инстаграме»:

«Мне все детство религиозная мама твердила: „Где твой страх Божий?!“, „У тебя что, страха Божьего нет?!“ Теперь очень тяжело поверить в то, что с Богом могут быть какие-то теплые, дружеские отношения, потому что у меня есть страх (естественно, столько лет же пугали им) и постоянное опасение наказания за все мои прегрешения».

«Меня в детстве крестили, даже и не знаю зачем, семья не слишком религиозная и духовная. А лет в девять у меня случился инцидент в церкви, так я до сих пор с опаской туда захожу, только если при мне платок, юбка в пол, все прикрыто и вспомнила, как правильно креститься (как раз из-за того, что я не той рукой крестилась, меня чуть анафеме моя тетя не предала). Сейчас с мужем практикуем вайшнавизм, но родителям моим не говорим, а то точно анафемы не избежать».

«Мама ударилась в веру (по-другому не скажешь), когда они разводились с отцом и ей нужно было хоть какое-то утешение. Мама отбила у нас с братом желание ходить в церковь просто напрочь, так как заставляла и молиться, и поститься, чуть что — кричала, какие мы грешники и попадем в ад. В итоге съехала от мамы в 19 лет, был период моего загула, я не постилась и не молилась, вела очень распутный образ жизни, как будто маме в отместку, в церковь ходила только к звону (я звонарем была) просто потому, что любила колокола, позвоню и уйду, так достаточно долго продолжалось, и лишь три года назад (мне было 24) я переехала в другой город, к отцу, и заново стала познавать Бога, молиться уже не из-под палки, а сама, ходить на исповедь и причастие (особенно когда была беременной, я чувствовала, как малышке внутри комфортно на службах). Дочку мы окрестили в два месяца, в церкви ей нравится, ходим не каждые выходные, но теперь службы в радость. Верить нельзя заставлять. Веру нужно дарить с любовью!»

Мы с мужем стараемся найти в приобщении к духовному миру то, что точно понравится детям, заинтересовать их через то, что для них близко. Это бывает непросто, но того стоит. И даже в паломничествах учитываем их интересы и потребности, корректируя собственные амбиции и желания. Хотя так хочется и туда, и сюда, и такую аскезу совершить, и такое благословение получить. Но вовремя себя останавливаем.

Главное в любой религии — это развить любовь к Богу. Именно это, а не исполнение миллионов ритуалов, правил и всего остального. Ритуалы без любви внутри — не имеют смысла. Если держать это в голове — будет проще. По отношению и к детям, и к самим себе.

Когда у нас дети появляются, а мы все такие «духовно развитые», то можем попасть в ловушку. Нам может показаться, что дети нам мешают, мы можем искать способы их куда-то деть, чтобы не мешали, злиться на них, если они не вовремя просыпаются, засыпают, плачут. Если они не хотят ходить на лекции и орут там. Если им неинтересно там, где интересно нам. Иной раз дети таких верующих растут, как трава, пока родители усиленно пытаются «прогрессировать». Но в чем тут прогресс? Бог дал тебе человека, чтобы ты о нем заботилась, он в тебе нуждается, а для тебя книжки и ритуалы важнее? Что в этом духовного? Станут ли такие дети духовно развитыми? Ведь родители-то «прогрессировали»? Или возненавидят все то, ради чего их в детские годы бросали, игнорировали и ругали?

Иной раз наши дети не дают и свободной минутки на то, чтобы книгу почитать или молитву. Иногда это даже раздражает, ведь у меня есть и другие обязанности! В этом случае я вспоминаю слова одной хорошей женщины: «Служение детям с любовью — это и есть служение Богу. Они как маленькие божества, в которых нужно многое вложить, но и Господь это служение принимает на свой счет». Тогда мне сразу становится легче. Намного. Пока дети маленькие, многое в нашей личной практике может меняться. Главное, чтобы оставалась любовь. И к детям, и к Господу.

По моему личному убеждению, и веру за ребенка выбирать не стоит. Потому что, когда он вырастет, он может захотеть сделать иной выбор. И, кстати, изначально крестили только взрослых людей, которые сами этого хотели. Вспомним, и во сколько крестился сам Иисус. Тогда и верующие были настоящие, а не номинальные. Они осознанно выбирали свой путь и соглашались с его ограничениями и правилами.

Есть разные очистительные ритуалы во всех религиях для детей, но не стоит считать, что ребенок и впредь должен идти той же дорогой к Богу, что и вы сами. Хотя тут, конечно, каждый из родителей решает сам. Можно крестить детей, главное — не думать, что после этого они обязательно будут христианами.

В современном мире люди выбирают веру сердцем, а не исходя из опыта родителей. Все больше семей, в которых их члены относят себя к разным религиям. Папа, например, мусульманин, мама христианка, а дети в итоге могут стать вообще буддистами или вайшнавами.

Если же у родителей есть сектантское настроение а-ля «только наша вера и никаких гвоздей», у ребенка обычно выбора два: стать атеистом или порвать отношения с родителями. Таких примеров много. И многие боятся родителям о своем выборе рассказать, поделиться, потому что встретить могут только агрессию. А это очень больно, когда близкие люди всячески мешают тебе идти туда, куда зовет сердце. Таким фанатичным настроем мы не укрепляем духовный путь наших детей, а разрушаем его.

Совсем иначе строятся отношения, когда мама и папа никого не заставляют, но сами активно идут в сторону духовного развития. Если они при этом счастливы и детей не мучают «духовностью», дети сами захотят узнать и понять как и что. Им становится это интересно, они также хотят стать частью этого опыта, важного для папы и мамы, светлого и чистого. Особенно если детей в семье любят, не считают их обузой. В конце концов, все святые и глубоко верующие люди пришли именно из семей, они тоже были чьими-то детьми.

И я знаю примеры таких семей: когда ребенок духовно продвигается только потому, что родители сами посвятили свою жизнь Богу. Он смотрит на то, как горят их глаза, получает много любви и заботы, видит их по-настоящему счастливыми даже в трудностях, слушает с радостью наполненные смыслом рассказы и истории, и ему хочется тоже быть таким же счастливым.

Только так — своим примером и без насилия — можно ребенка приобщить к высокому. Иного пути нет. И за родителей это никто не сделает. Разве что ребенок вырастет без знаний о Боге и однажды ему просто повезет, что он с этим знанием столкнется и заинтересуется им. А если нет? Стоит ли на это делать ставку и можно ли так рисковать?

Резюме

Эрих Фромм сказал: «Мы обучаем знаниям, но упускаем самый важный для развития человека вид обучения: то обучение, которое может происходить только благодаря простому присутствию зрелой, любящей личности». Я глубоко убеждена, что базис для полноценного воспитания и образования ребенка — это семья, в идеале — полная. Это тот фактор, который был решительно недооценен в последние десятилетия. Каких только экспериментов не ставили за последний век в вопросах воспитания детей: начиная от коммунистических попыток воспитания «сынов полка», заканчивая современными методами, используемыми повсеместно в скандинавских странах, где роль родителей в этом процессе нивелируется, где считается, что ребенка может воспитать общество. Но, если отец и мать ребенка не участвуют в воспитании сыновей и дочерей активно, те лишаются платформы, почвы под ногами.