Ольга Валяева – Плодоносящая. О женской зрелости (страница 5)
Вообще эмансипация изначально имела своей целью равноправие женщины в голосовании. То есть возможность наравне с мужчинами не пахать и валить мамонтов, а ставить подписи в бюллетенях. Это потом, когда право голосовать счастья не принесло, феминистки начали придумывать для своего непонятного положения в гендерной игре новые «опции». Так родилось абсурдное движение, где женщина из жертвы превратилась в тирана, обвиняющего мужчину в домогательствах, даже если он просто открыл перед ней дверь. Где жена, уходя от мужа, забирает детей и не позволяет ему с ними видеться. Где «прекрасный пол» зарабатывает столько денег, что мужчины просто боятся подходить, а те, кто подходит, и не мужчины вовсе, а альфонсы.
Равноправие? Зачем к нему стремиться, если мы изначально равны в своих правах! В праве на счастье и праве на любовь. А обязанности у нас одинаковыми быть не могут. Мужчины ведь не могут рожать детей. Неслучайно, правда? А утверждение, что женщины без труда могут выполнять мужские обязанности, это ложь. Цена за подобную браваду слишком высока: разрушенные семьи, испорченные отношения, травмированная психика детей. Короткое «без труда», продиктованное гордыней, в жизненной перспективе оборачивается титаническим трудом по восстановлению разрушенных отношений и собственного психического состояния.
Движение феминизма не принесло счастья миру. Но мы все еще думаем, что нам повезет. И боремся, чтобы нас не ущемляли, «заставляя» выходить замуж и рожать. Правда, потом рыдаем в подушку от одиночества и ощущения пустоты внутри. Зато с пятью образованиями и шикарной карьерой, новым «Мерседесом» и огромной квартирой. А еще — с разрушенной верой в любовь. С детьми, которые так и не дождались внимания от вечно занятой матери. Без мужчины рядом, потому что ни один не выдержал такого давления, гнета и демонстрации женской независимости.
Мужчина не может жить долго там, где он не нужен.
Но мы продолжаем «с мечом в руке» осваивать менеджмент, экономику, физику и математику. Вместо того чтобы научиться наконец варить борщ для любимого, играть с детьми, не подсовывая им электронные гаджеты, управлять своими эмоциями и молиться.
Нам впору снова открывать институты благородных девиц для всех желающих. Во всех регионах. Для всех возрастов. Ведь никогда не поздно начать сначала. Научиться тому, чему всегда хотелось научиться. Забыть все то, что женщину тревожит, раздражает и угнетает.
Прошлое не изменить, не переписать. Да и ни к чему это. Все утраченное нами может быть восстановлено, но уже с полным осознанием ценности вновь обретенного богатства. Женственность — это сокровище. Гораздо большее, чем купленная самостоятельно квартира или десять никому не нужных дипломов. Независимость гарантирует женщине только одинокие ночи и пустоту в душе. А женственность укутывает ее, словно теплым одеялом, любовью, заботой близких и гармонией.
Мы не случайно родились в женском теле. Как не случайно и то, что мы пришли в этот мир именно сейчас и узнали о женской природе больше, чем наши мамы и бабушки за всю жизнь.
Значит, именно нам суждено восстанавливать культуру женственности.
Именно мы должны стать проводницами Знания для наших дочерей. Чтобы у них все изначально было на своем месте. Чтобы им было легче жить в будущем. Чтобы этот мир стал немного другим. Да, все могло бы быть немного проще, если бы много лет назад то же самое сделали для нас. Но стоит ли об этом жалеть? Было другое время и другие условия. Может, лучше направить силы на трансформацию реальности здесь и сейчас?
6. Ты же девочка!
Фраза, которая закрывает в нас на ключ природную женственность уже с первых лет жизни, когда еще даже не включились негативные родовые программы и социальные эгрегоры. Упрек, который убивает в маленьких богинях желание быть женщиной в будущем. Слова, сразу сковывающие наши желания и нашу энергию; слова, создающие рамки, в которых мы будем жить дальше. Намерения родителей и воспитателей, произносящих «Ты же девочка!», благородны и чисты. Они просто хотят малышке счастья. Но…
«Ты же девочка! Почему твое платье уже в пятнах?»
И вот тебе двадцать. Ты надеваешь новое платье — и неосторожно проливаешь на него сок. Сразу весь спектр нелестных оценок пробегает у тебя в голове. Ты снова вспоминаешь, что неряшлива, как поросенок. А девочки такими быть не должны, таких никто и никогда не полюбит. На таких никто никогда не женится.
«Ты же девочка! Посиди спокойно пять минут!»
И вот тебе двадцать пять. Ты пытаешься заставить себя жить как все. Не хотеть ничего другого, кроме вечеров в кругу семьи. Не ждать прогулок с подругами, не стремиться к активной жизни. Не мечтать о творчестве и самореализации. Ведь в детстве кто-то сказал тебе, что, чтобы быть хорошей и любимой, нужно только сидеть спокойно на одном месте, складывать оригами и собирать мозаику. Ты трансформировала это убеждение во взрослой жизни и пытаешься убедить себя, что тебе достаточно пеленок и сковороды. А внутри давно закипает протест, который неизвестно во что выльется.
«Ты же девочка! Почему у тебя двойки?»
И вот тебе уже тридцать. А ты до сих пор пытаешься сделать на отлично все, за что бы ни взялась. Лучше всех работать. Лучше всех окончить вуз, получив четвертое высшее. Построить отношения без ошибок. И не дай бог что-то не сложится или не получится. Дракон вины начнет понемногу съедать твое хрупкое тело. Ошибаться нельзя, из-за этого тебя перестают любить.
«Ты же девочка! Зачем ты дерешься с мальчиками!»
Когда тебя обижают, нужно молчать и делать вид, что тебе все равно. И вот тебе тридцать пять, и, когда муж говорит тебе обидные вещи, ты улыбаешься. Автоматически. Внутри тебя разрывается атомная бомба, а внешне — все в порядке. И ты никак не можешь понять почему? Почему муж до сих пор не усвоил, что шутить по поводу твоего веса или размера ноги — это больно? Почему он до сих пор называет тебя обидными словами между делом или подкалывает в присутствии других? Но ты молчишь — чтобы он мог любить тебя.
«Ты же девочка! Почему у тебя такой беспорядок в комнате?»
И вот тебе сорок. У тебя паранойя на тему порядка в доме. Ты по двадцать раз трешь каждую тарелку, чтобы никто не подумал, что она жирная. Ты фанатично моешь пол под диванами и требуешь, чтобы все убирали кружки на место. Ты видишь перед собой изрисованные детьми стены и плачешь. Дом превращается в место постоянного стресса — и для тебя, и для твоих близких. А ведь ты просто хочешь быть лучшей, опрятной и чистоплотной. Ты ведь все это делаешь, чтобы тебя любили.
«Ты же девочка! Ты должна всем помогать!»
И вот тебе сорок пять. Ты всю жизнь стараешься угодить всем вокруг. Клеишь обои соседке, у которой есть три взрослых сына. Носишь тяжелые пакеты в дом своей подруги. Сидишь с чужими детьми, даже когда на вечер есть другие планы. Отказываешься от свидания с мужем ради субботника на работе. Ты все делаешь правильно. Правда, частенько — за счет своей семьи. На тебя могут положиться другие. Ты всем помогаешь. Ты ничего не просишь взамен. И, когда тебе предлагают что-то, ты, конечно, отказываешься. Единственный человек, на которого не хватает сил, это ты сама. Ты забыла, что такое салон красоты или новое платье. Ты забыла о том, что можно спокойно лежать в кровати с книгой и никуда не спешить. Ты не умеешь жить иначе. Ты должна помогать. Чтобы тебя любили.
«Ты же девочка! Почему ты кричишь?»
Ты не имеешь права грубить, злиться, кричать. Это не для маленьких принцесс. И вот тебе пятьдесят. Все невысказанные обиды и претензии скапливаются в твоем теле, рождая болезни. Ты до сих пор не можешь сказать бывшему мужу, чтобы он перестал присылать тебе фотографии своей новой семьи каждые три недели. И о том, что ты пережила, когда он ушел, ты тоже молчишь. И когда твой начальник заваливает тебя работой, а потом лишает премии, тоже вежливо не говоришь ничего. Конечно, иногда ты срываешься. Там, где безопасно. Раньше — на детях. Но с тех пор, как они уехали далеко от тебя, осталась только кошка. И даже ее любви ты не чувствуешь.
«Ты же девочка! Как ты можешь меня расстраивать!»
Тебе шестьдесят. Ты всю жизнь прожила так, чтобы никого не расстроить и не огорчить. Ты очень старалась быть примерной девочкой. В итоге ты больна, несчастна и одинока. Ты привыкла к тому, что другие точно знают, чего ты хочешь. Они понимают, что для тебя лучше, чем тебе заниматься, куда идти. А своих желаний ты не слышишь и не помнишь. Только мамины, папины, мужа, детей, коллег, подруг. Не так давно этот мир покинула твоя мама — и ты уже представляешь, что ждет тебя дальше. А ведь ты просто хотела немного любви…
Научиться быть женщиной можно только у женщины. Причем у счастливой, из которой это счастье безудержно струится. Невозможно воспитать девочку, если ты сама — забитая и несчастная, никому не нужная, если даже женщиной себя назвать можешь с натяжкой. Начальница одной моей знакомой говорила о себе: «Я не женщина, я бухгалтер». Как ни прискорбно, но повторяла она это с гордостью. И выглядела соответствующе: этакий кассовый аппарат на ножках, с мужем, который, по ее мнению, годился разве что на роль водителя главнобухгалтерского величества.