Ольга Цветкова – Рассказы 25. Гипотеза мироздания (страница 22)
– Крутой мужик, правда? – сказал он Сане после очередной такой консультации.
– Какой мужик?
– Да вон идет.
– Который? – Саня прищурился.
– В сером пальто.
– Че-то не вижу. Ладно, пошли, там фуру с рыбой подогнали.
– Фу, рыба… – Женя скривился, представляя, как будет пахнуть в конце смены.
Дни катились валуном, оставляя за собой ровное, ничем не примечательное забытье. Редкие минуты радости приносил лишь странный вежливый покупатель. И пусть их формальные отношения не могли перерасти даже в приятельство, Жене становилось чрезвычайно приятно от той толики внимания, которую уделял его персоне этот загадочный кулинар-любитель.
Однако дни продолжали катиться: кончился месяц, другой, а с ними и весна. И как-то так получилось, что господин с глазами волка, но с манерами джентльмена исчез, растворился в потоке будней, и жизнь Жени вновь стала обыденной до зубовного скрежета.
Детская зона попала под наблюдение Жени не сразу.
В поисках давно не появлявшегося покупателя он периодически оглядывал торговый зал, но случайно заметил кое-что другое – раз, другой, затем еще и еще…
– Слышь, Сань, – сказал он как-то товарищу, пока тот укладывал на паллеты коробки с капустой.
– Чего? Чем болтать, лучше бы свою часть работы делал.
Упрек был справедлив, так что в следующий раз Женя обратился к Сане, лишь когда был целиком загружен паллет.
– Погляди незаметно в сторону детской зоны.
– А что там?
– Сам посмотри.
Саня бросил взгляд к загону, в котором резвилась детвора.
– Ну?
– Видишь мужика на зеленой скамеечке?
– Вижу.
– Он уже не первый раз тут появляется.
– И че? Наверное, ребятенка своего стережет, пока жена набирает продукты.
– Я его уже пятый раз вижу, и в последние два раза он точно без ребенка приходил. А еще в прошлый раз там дети другие были, сто процентов.
Саня поднялся на ноги.
– И что думаешь? – сказал он, немного напрягшись.
– Даже не знаю. А ты?
Саня снова поглядел в сторону странного посетителя комплекса, пожал плечами.
– С виду вроде обычный. Не похож на маньяка-педофила, если ты об этом. Ты уверен, что он тут часто бывает?
– Да. Одет всегда одинаково, в серую куртку и черные спортивки.
– На детей вроде не пялится…
– Переводит взгляд каждые пятнадцать секунд.
– Ого… Слушай, а ты вообще работаешь тут или только за подозрительными мужиками следишь?
На это Женя отвечать не стал, лишь продолжил пожирать подозрительного типа краем глаза.
– Может, стоит куда-то сообщить?
– Что сообщить-то? – Саня вздохнул.
Женя удивленно поглядел на друга. Тот смотрел на него со смесью усталости и почти оскорбительной снисходительности. Пару мгновений Женя хотел что-нибудь сказать, но…
– Ладно, ничего. Пошли перекурим, что ли.
В курилке они встретили Машу. Сперва она, конечно, на них поорала – прохиндеи, мол, – но после они молча курили втроем: менеджер – отрывисто и сердито, Саня – нарочито расслабленно, а Женя – нервно, то и дело поглядывая на товарища. Когда начальница оставила их вдвоем, он негромко сказал:
– Удивительно.
– Что? Что работать не погнала? Солидарность курильщика…
– Да я не о том. Она ведь не курила раньше.
– А ты как хотел? – Саня потушил окурок, криво ухмыльнулся. – С такой работкой еще неизвестно, кто раньше двинет кони, курящий или некурящий.
– Ага. А таких, как наша Маша, даже рак не берет.
– Точно. Ей хоть рак, хоть камчатский краб – все побоку.
Улыбаясь, они вышли из курилки. Какое-то время Женя еще думал о странном наблюдателе из детской зоны, но в итоге решил до поры до времени бросить эти тревожные мысли.
В конце концов надвигался вечер пятницы.
Вечером, когда сполохи заката уже расплескались по окнам торгового комплекса, Женя вышел через служебную дверь и неспешно зашагал вдоль стены медленно засыпающего колосса розничной торговли. Кривился: пахло какой-то тухлятиной и выхлопными газами. За спиной его болтался тощий рюкзак: утром возникло желание закупиться после работы пивом и чипсами и посмотреть какой-нибудь новый сериал. Повинуясь утреннему порыву, Женя двинулся к соседнему жилому дому, в подвале которого его ждала любимая пивнушка.
Но, завернув за угол, он невольно вздрогнул и замер: прислонившись к стене спиной, возле подъезда на корточках сидел его давний знакомец.
– Здравствуйте. – Женя почти махнул рукой, но сдержал жест, посчитав его неуместным.
Человек с глазами волка даже не посмотрел на него. Казалось, он вообще ничего рядом с собой не замечал; весь какой-то всклокоченный, одетый явно не по погоде – во все то же плотное серое пальто с серебряными пуговицами, но без фирменного котелка, – он выглядел так, будто схлопотал тепловой удар, и теперь безуспешно пытается оклематься.
– Вам плохо? – уже громче сказал Женя, подошел ближе, почти вплотную.
– А?
– Как вы себя…
Внезапно странный человек в пальто подскочил, крепко схватил Женю за шкирку и прижал губы к его губам; конвульсивно изогнулся и исторг из глубин глотки поток какой-то липкой черной дряни, отвратительной и жирной, словно холодец из раскормленных помойных крыс. Ошарашенный, Женя силился оторваться ото рта безумца, вырваться из хватки, но та оказалась стальной – взамен он мог лишь вяло брыкаться… и невольно глотать.
Все происходило быстро. Изрыгнув черную массу и словно бы удостоверившись в том, что жертва мерзейшей выходки впала в глубокий шок, человек в пальто оттолкнул Женю и пропал из поля зрения: только что был тут – и вдруг словно испарился.
Сил кричать, плакать или хотя бы просто стоять не оставалось. Медленно, словно расстрелянный, Женя сполз по стене. Молча сел на бетон, широко раскрытыми глазами пялясь куда-то в пустоту и безвестность.
А потом отключился.
– Пей.
– Спасибо. – Женя не понимал еще толком, кому отвечает, но его вежливость подсказывала, что лишним это не будет.
– А теперь лежи, не вставай. Тебе здорово досталось. Этот хмырь в тебя, кажется, чуть ли не литр своей гнили влил.
– Что?
Рванувшись, Женя обнаружил себя привязанным к панцирной кровати без матраса; металлическая сетка с болью впивалась в спину. Ржавый каркас скрипнул, но с легкостью выдержал его панический приступ.
– Да успокойся ты, это просто меры предосторожности. Посмотри на меня, чувак, посмотри и успокойся.
Женя повернул голову и увидел перед собой девушку весьма экстравагантного вида. Лысая, бледнокожая и высокая, с россыпью мелких татуировок на худощавых руках, она смотрела на пленника с насмешкой и вызовом, словно бы тот был совершенно голым…