Ольга Толстова – Нет следа (страница 7)

Ши облизнула губы гибким, похожим на кошачий, языком и закончила:

– …на вашей стороне? Мне нравится твоя сестрёнка. Она очень необычная. Знаешь, что часть её логоса – искин? И потому, каждый раз как она говорит со мной, я чувствую себя человеком. Она просто смотрит на меня, без какого-либо выражения во взгляде. Что бы это ни было, я устала от жалости, отвращения и похоти. А у неё – чистый взгляд. Люди не умеют так смотреть. Дефектная, Рабас прав. Дефектная. И потому способная верно выбирать.

И тут же Винни понял, о чём Ши говорила: в его собственном взгляде сейчас точно не было чистоты, там жалость, отвращение и похоть должны были смешаться в равных пропорциях. Частично он мог винить программы, но и человеческого в этом тоже было полно.

– Если… – кажется, не только заторможенность не позволяла ему говорить, но и комботело стало сопротивляться, будто почуяло что-то, – бежать, то… как?

– Я подскажу дорогу. Тебе нужно добраться до сестры, а потом до полигона.

– Что… там?

– Вторая часть прототипа.

– А…

– А первая – это ты. Вставай уже.

Наблюдая, как он медленно поднимается – вздымается над ней горой изменённой плоти, чёрная, огромная тень, с горящими глазам – Ши снова заговорила:

– Для меня всё на этом закончится. Я провела слишком много времени с твоей сестрой, так что уже не могу служить им с той же покорностью, что и раньше. Так что… не спрашивай снова, почему я на вашей стороне. Просто время пришло.

– Хватит болтать, – уже уверенно произнёс Винни, и Ши засмеялась.

Смех был юным и заразительным.

– Комботело будет слушаться всё лучше. А потом весь контроль окажется у тебя. Сражайся вместе с ледоколом, – добавила Ши, – пусть логос тоже жаждет свободы.

– Вот за это не беспокойся, – выдохнул он, снова чувствуя . Тело принадлежало ему, он даже начал ощущать, какие его части были рождены, а какие привнесены за последние месяцы. Ещё больше контроля – намного больше, чем давал ему Рабас, даже выпуская на арену. ускорение

– Другие… – начал Винни, вдруг припомнив куски обучения. – Их тоже нужно выпустить.

Ши смотрела на него с лёгкой жалостью.

– Нет никаких других? – вопрос уже вышел риторическим. Так что Ши и не стала отвечать.

– Я ещё путаю сети, – вместо этого сказала она. – Я постараюсь удержать их, пока вы не доберётесь до полигона. Сейчас ты знаешь дорогу.

Он кивнул: вместе с ледоколом Ши передала ему и планы здания. И ещё сведения о том, что охраняет полигон. Или кто. «Положись в этом на сестру, – как будто прозвучало у Винни в голове. – Она сможет с ним подружиться… Дефектная». В отличие от Рабаса, Ши произносила это слово с восхищением.

Винни оставил рассветную комнату и Ши позади, не оглядываясь, но странная женщина и не ждала этого. Кажется, сейчас она ждала уже только того, чем же всё кончится.

«Не дай больше никому взломать тебя». А сама Ши разве не была взломана, думал Винни, скользя бесшумно по коридорам – комботело наслаждалось этой задачей, огромное, оно могло быть таким ловким. Разве Долли… не Долли сделала с ней это? Изменила её как-то, что-то сказала, посмотрела так, будто ? Как взламывала льды на глубине без каких-либо аугментаций… всё знает

Он знал, где могут быть люди, где они должны быть, или слышал их движение загодя, если они вдруг появлялись в неожиданном месте. Он мог бы даже слиться со стеной, мимикрировав и обманывая и глаза, и датчики, но этого ни разу не потребовалось. Наконец, он забрался в технические туннели и прополз три уровня по самому короткому пути. И оказался в обители Ши, где всё было кожаным, бархатным, мягким, упругим, сумрачным, шепотливым, сладким и дурманящим. Раньше Ши была хозяйкой лаборатории, учёной с самой высокой квалификацией, но слишком гордой и своевольной, поэтому кто-то решил умерить её прыть. Она всё ещё была хозяйкой – этого уровня, где за закрытыми надёжно дверьми томились обитательницы… гарема? борделя? страны жалких фантазий.

Ведь у людей, приходящих сюда, подумал Винни, совсем не было воображения создать что-то… новое.

Он знал, за какой дверью Долли. Знал ещё – как будто Ши заранее стремилась успокоить его возможный гнев, – что с Долли никто ничего не сделал и что именно Ши отстояла его сестру – «Ши лучше, чем кажется». Что ж, бывшей хозяйке пока многое прощалось, и иногда Рабас или кто-то другой, ещё выше его, бывали в хорошем настроении.

Иногда, впрочем, нет.

Ши передала ему свою горечь, её история разворачивалась в одном из потоков его мыслей, но Винни не был против. В благодарность Ши заслужила хотя бы быть услышанной.

Он коснулся двери, и та как будто узнала его и открылась.

Эта комната очень напоминала рассветную, почти не отличишь. Только с потолка лился фиолетовый свет, а по стенам сбегали серебряные искры. Как можно жить месяцами в таком визуальном шуме?

Долли поднялась ему навстречу, сосредоточенная, явно понимающая, что происходит. Она будто заглянула ему за спину и нахмурилась:

– Где Ши?

Посмотрела брату в глаза:

– Ши обещала пойти с нами.

Невольно Винни отвёл взгляд:

– Вряд ли она сможет…

Голос Ши полился с потолка, мешаясь с потоками фиолетового:

– Я тебя обманула, девочка. Куда мне идти? Я и за порог не шагну, как развалюсь на части. Иди с братом.

Долли явно хотела сказать что-то в ответ, но Винни схватил её за руку и потащил за собой. Сестра вскрикнула, ударила его дважды, о чём-то заговорила… Но он старался не слушать и даже не смотреть на неё. И Долли перестала сопротивляться.

Наверное, не потому, что подчинилась. Просто голос Ши следовал за ними, от комнаты к комнате, от туннеля к шлюзу, и продолжал увещевать. Замолкал, только когда они пробирались слишком близко от кого-то, но, кажется, и тогда продолжал звучать в голове Долли – потому что сестра всё ещё к чему-то прислушивалась. Сейчас, сосредоточенный на выборе маршрута, Винни был только рад, что она чем-то отвлечена.

Ши вспоминала об их с Долли разговорах, о том, что увидела в памяти Винни, она говорила только о его сестре, не давая той опомниться, стала зеркалом, а в нём отразилась короткая ещё жизнь Долли.

Как будто Ши просила Долли не забывать, откуда та вышла.

Загипнотизированная речами Ши, сестра молчала, пока не показался люк, за которым начиналось техническое нутро полигона.

И тут Ши наконец заговорила о другом:

– Кто хранит заветный ключ? – чуть нервно, но с усмешкой произнесла она. – Сетевой змей, столь же великий и древний, сколь и мудрый… Простите за него, боюсь, я создала его совершенным.

Долли вздохнула и кивнула в ответ, хотя это Ши вряд ли могла увидеть.

Полигон был тих, все работы с прототипом закончились: он был готов к следующему этапу, утверждал голос Ши в голове. Кажется, внедрённое послание подходило к концу, Винни чувствовал, что осталось там совсем немного.

Сейчас то, что стояло на полигоне, просто охраняли.

Охранял – обещанный сетевой змей, с виду больше напоминающий огромного дождевого червя. Он обвивал что-то в несколько оборотов и поднял оба своих конца, ощутив, что кто-то вошёл на полигон.

– Вещь за барьером Кенга, – произнёс Винни, глядя на червя.

– Да, – согласилась Долли и улыбнулась криво:

– Как и я.

Она шагнула вперёд, и Винни попытался удержать её, но не сдвинулся с места. Медленно, не желая этого совершенно, перевёл взгляд на червя – и замер. Не утерял контроль над комботелом, но будто застыл в янтаре. Червь поднял один из концов ещё выше, нацелил, как копьё, – и в самом деле, конец превратился в остриё.

– Трансформер, – шепнула Долли, – как и…

Она сделала ещё шаг.

Что это было?

Как будто распахнулся бутон, выпуская зелёный, жёсткий свет. Всё в нём превратилось в тени, а тени – в скопище кодов, а те – осыпались вниз, оставляя мир прозрачным и зелёным.

И Винни уснул на мгновение. А проснувшись, увидел, что Долли по-прежнему стоит перед червём, а тот по-прежнему «смотрит» на неё одним из концов, а второй – копьё – держит готовым к удару.

Но в то же время всё стало иным. Будто они втроём – Долли, Винни и червь – перебрались в соседнюю реальность, где абсолютно всё такое же, кроме какой-то одной детали, и никогда, сколько ни ищи, не найдёшь её, а потому не будешь знать наверняка, правда ли твой настоящий мир давно утерян или ты просто двинулся по фазе так далеко, что берегов не видать.

Но эта деталь тут же явила себя: червь опустил свои концы, развернул кольца, съёживаясь в процессе, обернулся вокруг себя и завязался узлом.

И уснул.

То, что он охранял, оказалось шагающей пилотируемой мехой. Червь не только освободил её от своих объятий, но и активировал: она зажгла огни и раскрыла кабину. А в стене полигона открылся выезд в туннель.

Чтобы выбраться отсюда – прозвучало последнее из списка указаний Ши. И список, дойдя до конца, рассыпался, освобождая от себя память Винни.

– Я раньше таких не видел, – произнёс он, пытаясь понять, что же за чувство его накрывает. Восхищение? Изумление? Узнавание.

Меха была раза в три больше тех, что он когда-либо видел в мувах и симуляторах. Четыре ноги с анатомией как у насекомых, похожий на пулю корпус. И логотип как у роботов – наконец Винни смог узнать его. «Новофудзия».

– Владельцы птичьих ног? – недоумённо спросил он вслух.