Ольга Тимофеева – В 45 я влюбилась опять (страница 38)
- Вы своих не заставляете чистить снег.
Ах, вот….
- Виол, детка, иди ко мне в комнату, расстели пока кровать, и выбирай книгу, я приду сейчас. С мальчишками поговорю.
Опускаю ее на пол и, когда убегает, закрываю дверь.
- Мама дала вам жизнь. Вынашивала, выхаживала, кормила, не спала, памперсы меняла, смеси разводила, лечила и все остальное. Теперь вы уже самостоятельные для того, чтобы базовые вещи делать сами.
Двигаю стул и сажусь напротив. Они смотрят и молча слушают.
- Мама не должна участвовать в сборе, сушке, раскладывании ваших вещей. Вот это то, что вы раскидали - это ваша ответственность. Это ваши, мужские вещи. Ваши. Мужские. Женская рука не должна их трогать. Ни мама, ни жена. Но вы должны следить за ними сами.
Откидываюсь на спинку.
- Теперь по поводу работы. Тебе Кость тяжело? А маме легко, думаешь? Она вас растит одна. У нее нет опоры больше. Представь стул, - поднимаю одной рукой табурет и выкручиваю одну ножку, - на трех ногах. - Ставлю, - стоит вроде, но качни и может упасть. Тяжело балансировать так постоянно. И усидеть на нем сложно, - закручиваю назад. - А потом у вас свои семьи будут. И вы должны не на диване лежать, а спортом заниматься, чтобы свою женщину и свою семью защитить. Помогать ей, чтобы она в уборщицу не превращалась, чтобы ей хватало энергии, тепла любви на всех. С женщины все начинается. Будет она счастлива, будут все счастливы. Это и мама, и ваши девушки, жены, дочки.
Останавливаюсь, потираю руки. Я не за то, чтобы делить обязанности, и мужчина может посуду помыть, и женщина, если надо гвоздь забить. Но есть работа тяжелая для них. Им тяжести нельзя поднимать, например, поэтому это делаем мы.
- Я вам не враг. Вы запомните это. Только настоящий друг скажет вам правду, и я буду говорить вам так, даже если вам будет неприятно слышать. А другие будут хвалить и говорить “отдохни”. В отдыхе нет роста. а вы мужики. Вы когда свои семьи создадите, должны будете деньги зарабатывать, семью содержать, а не мама. Поэтому, чтобы потом было хорошо, сейчас надо уже спортом заниматься, брать на себя ответственность за вещи свои.
Беру первую попавшуюся майку с комода.
- Я вот к маме вашей заходил. У нее порядок там. Нет ничего разбросанного. То есть пример она вам показывает хороший. Но вы позволяете себе скинуть ответственность за свои мужские вещи на нее.
Мишка уставил глаза в пол. Какой-то мыслительный процесс пошел.
Костя на меня.
- Костян, ты хочешь домой уже, да?
Кивает.
- Окей. Ну тогда, во-первых, я думал тебе место в гараже под лабораторию выделить, но уже не буду. Будем тренировать ответственность с исправления ошибок и формирования выводов. Займемся ремонтом в вашей квартире. Ты же не думал, что мама одна всем будет заниматься?
- Так я учусь.
- А она работает. Завтра съездим к вам, посмотрим, что там делать надо. После учебы будешь ходить, - округляет глаза. - А когда еще? Я тебе говорю, как есть. Если хочешь скорее вернуться домой, то все в твоих руках. Чем активнее будешь помогать делать ремонт, тем скорее вернетесь. Маму твою я уважаю…
- Видел я.… - бубнит Костя.
- И еще увидишь, - в ответ. - Маму вашу я уважаю и обижать не дам, поэтому не позволю ей с вами скитаться по гостиницам. Ты, Костян, мне кажется, даже не представляешь, что там сейчас у вас в квартире и сколько там всего надо сделать.
Поднимаюсь и подхожу к ним.
- Все ребят, расслабьтесь, - хлопаю обоих по плечам и улыбаюсь. - Давайте, вниз сбегали, по три подхода подтягиваний, потом по двадцать раз отжаться. Для ударного ремонта собираем силы.
Подмигиваю им и выхожу.
Кайф.
Девочкам такое не расскажешь. Это вообще не их тема.
А на пацанов прям прет вложить им в голову то, что мама никогда не скажет. Потому что это мама.
- Виол, ну что?
- Ложись, пап, буду тебе читать перед сном.
- Угу, - зашториваю шторы, создаю полумрак, но включаю ночник. .
Виола накрывает меня пледом, зайца своего рядом укладывает.
- Виол, когда я усну, ты свет выключи и дверь закрой.
- Хорошо, папочка, слушай.
В начале еще пытаюсь ее слушать, но быстро улетаю в фантазии с Марьей.
Глава 31
- Пока, пап, - все от самой мелкой до самой взрослой выстраиваются в ряд, целуют отца, отпускают на ночную смену. И каждую он целует в ответ.
Я в стороне стою. Чтобы и повода не было подумать об этом.
- Марья Андреевна, справитесь? - кивает мне.
- Да, легкого дежурства.
- Не проводите? - прищуриваться, - калитку за мной закроете.
Нашел-таки повод вытянуть меня из дома.
- Я могу, - поднимает руку Милка.
- И я! - тянет как на уроке маленькая Виола.
- Нет, вам нечего по ночам ходить. Марья Андреевна справится сама. Да?
Как будто есть выбор.
- Хорошо, давайте так, - осматриваю всех, - кто хочет сегодня сделать уроки, чтобы я помогла и проверила и завтра отдыхать, тот собирает учебники и несет сюда на стол, - показываю на огромный стол в гостиной.
Лес рук.
- Все хотят, - коротко и строго Иван. - И пацанов тоже приводите. Завтра у них много работы намечается по ремонту. Все понятно?
- Да, пап.
Накидываю свой пуховик и выхожу за Иваном на улицу.
- Что ты говорил про ремонт? Надо что-то помочь?
- Стой, - жестом останавливает, - тут скользко. Ну Костя мне сказал, что хочет домой. - Ваня берет ведро и посыпает обледеневшие участки песком. У него тут все “за безопасность”. - Я сказал, что тогда ему надо делать ремонт.
- Ну какой ремонт, Вань, ему учится надо. Да и что он сам сделает…
- Что надо, то и будет делать.
В свете фар от машины слежу, как он проходит по всем дорожкам.
- Маш, знаешь почему ему хочется уехать отсюда скорей? Потому что я его тут напрягаю, - сам отвечает на свой вопрос.
- Неправда.
- Правда-правда, работой, спортом. Ты не обижайся. Ты мама хорошая. Но мама. Ты для него не авторитет.
- Ты не прав.
- Тогда еще хуже.
- Почему? Думаешь, они не должны меня слушаться?
- Они не то, что не должны тебя слушаться, они должны сами понимать почему что-то надо делать, а что-то нет.
- Они маленькие еще. Научатся.
- Если они будут всю жизнь делать то, что ты им говоришь и не отвечать за свои ошибки, то и во взрослой жизни будут следовать за женщиной и ждать, когда она будет решать их проблемы, - убирает ведро с песком на. - Я с ними поговорил и все им объяснил.