Ольга Тимофеева – В 45 я влюбилась опять (страница 37)

Мммм…

Вилка…

Маша упирается мне в грудь и отстраняется.

- Я тут, пирожок, - кричу в сторону двери.

Маша быстро подталкивает меня назад к креслу. Усаживает.

Сама возвращается на свой стул.

- Папочка… смотри… - заходит к нам и держит в руках альбомный лист с каким-то рисунком. - А что вы тут делаете?

Идет ко мне и усаживается ко мне на ноги.

- Мы… Марья Андреевна рассказывает, как твои успехи в школе.

- А нам еще оценок не ставят.

- Иван Андреевич, я принесла из школьной библиотеки несколько книг ей по возрасту, можете почитать с ней перед сном.

- Хорошо. Я тогда перед сном к вам зайду. За книгами.

Маша вспыхивает.

- Не надо перед сном. Я сейчас вам дам, - вскакивает, суетливо перебирает бумаги.

- Я бы не отказался и сейчас, но… дети.

Оборачивается.

- Иван Андреевич!

Распахивает припухшие от поцелуя губы. Прядь волос вырывается из ее пучка и касается шеи. Я бы тоже ее там коснулся.

- Перед сном так перед сном, - улыбаюсь ей. - Зачем ты меня искала, Виол?

- Смотри, какой я рисунок нарисовала.

- Это кто?

- Ну, ты что, не узнаешь?

- Нет. Лев? На скале?

- Ну нет. Это трон. А это Зевс.

- Ах это Зевс. А это, - показываю на рядом что-то лохматое, - Афина?

- Ага.

- У нас Афина обычно где-то на троне, а Зевс все ее домогается.

- Иван Андреевич! - одергивает Маша снова.

- Что? - поднимаю глаза.

- Вот книги.

- Пап, а что такое домогается?

- Ну это, когда… мммм… хочет с ней дружить, а она от него убегает.

- То есть Сашка, который говорит давай дружить, а я не хочу, потому что у него только двойки по математике, то это он меня домогается?

Ыыыы…

Маша громко откашливается.

Да понял я.

Забираю у нее учебники.

- Не совсем, Виол. Когда хочет дружить и еще поцеловать, вот это домогается.

- Аааа… ну тогда меня никто не домогается.

- Ну и хорошо. Но если кто-то захочет, то ты мне обязательно расскажи или Марье Андреевне.

- Ого, это про котиков, - восхищенно на книги, - пап, а давай сейчас почитаем.

- Детка, давай не сегодня, - на Машу. Такая она в моем свитере… как конфетка упакованная. И скорее развернуть и до начинки добраться. Тем более, что пробы она прошла. - Я хочу отдохнуть перед ночной сменой.

- Так а ты же сказал перед сном. Вот я давай тебе перед сном почитаю. А ты спи.

Вздыхаю.

- Да-да, - кивает Маша. - Идите, почитайте, я… мне надо тетради проверить.

Ухмыляюсь. И если бы не Виола… не выпроводила бы она меня.

- Виол, ну правда, давай ты Марье Андреевне почитаешь? Мне выспаться надо.

- А чтение как раз хорошо на сон влияет, идите, Иван Андреевич.

Поднимаюсь с Виолой на руках.

Ничего Маше не говорю. Смотрю только в глаза. Открыто. Глубоко. Ее это облизывание губ, заправление пряди за ухо только неприличные мысли “перед сном” распаляют.

Иду к себе.

Мне бы удовольствием сейчас доставило, если бы Маша рядом прилегла и почитала. Или просто полежала. Так прижалась бы.

Говорят, тоже хорошо на сон влияет.

Прохожу мимо комнат ребят.

Костя же еще что-то там бузит.

Заглядываю к ним. Там в комнате “легкий” беспорядок, лежат, смотрят телевизор.

- Как дела?

- Нормально, - садятся и ставят на паузу.

- Кость, у тебя что?

- Ничего, - пожимает плечами.

- Мама говорит, что ты хочешь уехать?

- Чтобы вам не мешать.

- Ты мне не мешаешь. Как и Мишка, и мама. И даже ваш кот.

Смотрит. Сказать боится мне.

- Или работы испугался?