Ольга Тимофеева – В 45 я влюбилась опять (страница 22)

Ловлю его морду и поворачиваю к себе. Слов не поймет, но интонации должен уловить.

- Афина, - смотрю на кошку, - прости его дурака. - Зевс, ты на Ивана Андреевича посмотри! Ну, ты видел, чтобы он меня на шкаф загонял или за холодильник? Или гонялся за мной по дому? Вон, Иван Андреевич, ведет себя как настоящий мужчина - спокойно, уверенно, а не вот это твое…

Машу рукой в сторону Афины.

- Если так продолжишь, то я тебя кастрирую, будут тебе потом и геройства, и подвиги! И ни-ни ее. Понял? Увижу, что пристаешь к ней, чик, - свожу указательный и средний перед его глазами, - профилактически, будешь потом как Васька у тети Любы - ленивый, пузатый, со взглядом, что жизнь прошла мимо.

- Маш, - смеется в дверях Иван.

Прижимаю кота и оборачиваюсь от неожиданности.

Он в отличие от меня успел одеться.

Он стоит, скрестив руки на груди, в глазах искрится откровенное веселье. Лукавая улыбка играет на губах, а взгляд… плавно скользит по моей футболке, будто изучает каждый изгиб. По бедрам.

Вдох. Выдох.

… По коленкам, лодыжкам так, что у меня пальчики ног немеют.

- Я бы оделась…. - пробую вырулить ситуацию, неловко теребя край футболки.

Иван ухмыляется и качает головой.

- Да нормально. Мне и так нравится, - низко, лениво, еще сонно басит и поднимает бровь, явно смакуя ситуацию.

А меня из холода теперь бросает в жар.

- Хорошо, что моя мама этого не слышала… - продолжает он, забавно сводя пальцы в угрожающие "ножницы". - А то и меня бы чик… в детстве - профилактически. За хулиганство.

- Не думаю, что ты девочек на шкафы загонял.

- На шкафы - нет. А вот на чердаки… - ухмыляется и подтягивает стул к шкафу.

Тянется за кошкой.

Что он там с девочками на чердаке делал, не хочу… а перед глазами его футболка задирается выше, открывая кусочек его пресса.

Четкий. Рельефный. Не просто "кубики", а идеальная комбинация силы и выносливости.

Проглатываю ком в горле. Черт возьми. Кто-то все-таки ходит в спортзал…

- Иди сюда, - зовет Афину, а я таращусь, как завороженная.

Настоящие?

Ткань опускается обратно, скрывая этот беспардонный кусочек мускулистой идеальности.

Жмурюсь и на кота смотрю.

- Ну все, надо мирить теперь.

Господи. Позор. Я его рассматриваю. Причем откровенно. Так, будто не мужчина передо мной, а экспонат выставки.

- Ну что, Зевс, будешь просить руки и сердца барышни?

- Так вроде не было ничего, - пожимаю плечами, отшучиваясь.

- Смотри мне, будешь котят потом сам воспитывать.

- Видишь, - продолжаю я, повернувшись к своему коту, - Иван Андреевич не шутит. Я тоже их воспитывать не буду. Так что будь любезен, займись лучше манерами.

Иван только смеется и идет за кружкой.

- Кофе будешь, раз уж они нас разбудили?

- Может, завтрак лучше?

- Завтрак долго, а я… голодный.

И тон говорит совсем не про тот голод, который говорю я.

- Ну ладно, кофе… так кофе. Делай, я переоденусь.

Сажаю кота на барный стул и быстро ретируюсь в комнату.

Закрываю дверь, прислоняюсь спиной и тяжело дышу.

Проклятье. Эти кубики… И эта наглая ухмылка.

Нельзя так. Он отец Виолетты.

Он просто мужчина, который помогает, а не объект для фантазий.

Но кто сказал, что мне не хочется снова взглянуть на этот пресс?

Через несколько минут, переодевшись, выхожу в кухню и торможу на месте.

Иван на корточках.

Футболка висит на спинке стула, а он - голый по пояс.

Тряпка в руках, следы молока на полу.

Широкие плечи, крепкие предплечья, каждая мышца двигается под кожей плавно, уверенно. Я даже чувствую, как к щекам приливает жар.

Сильный. Теплый. Властный.

Поднимает взгляд.

- Молоко разлил.

- Давай котов приучим к одной лужице, пусть помирятся.

Сажаю их рядом, они тянут языки, украдкой косятся друг на друга.

- Чего продукту пропадать.

Довольна собой, перевожу взгляд на Ивана.

И жалею. Но остановиться уже не могу.

Мокрые следы на спортивных штанах, капля воды скатывается с ключицы.

Я сглатываю.

Черт. Он выше. Сильнее. Смотрит сверху вниз, и в этот момент он выглядит… чертовски привлекательно.

Как теперь память стереть, что я ничего не видела?

Не получится, Маш. Уже посмотрела.

Черт возьми.

День точно будет… интересным.

Глава 22

- Теперь я пойду оденусь, - шутит Иван. - Не пролей тут ничего, - движение губ в ухмылке.