Ольга Тимофеева – Бывший: все сложно (страница 72)
– А мы щенка вчера назвали Самсон.
– Ооо… такого Самсона жаль отдавать.
– Да куда мне со сменами с ним?
– С собой бери.
– Когда мелкий еще ладно, а как вырастет… Ладно, с собакой я решу. Юр, я к Олегу уже могу наведаться или как?
– Да. Он может дернутся, что-то еще скрывать, проявится как-то. Мы зафиксируем. А так я на следующей неделе пущу все в дело.
Они ломают людей. И я позволил сломать себя.
– Пап, мы погулять, – оборачиваюсь на детский голос.
Там три. Три! Три копии.
Это как вообще?
– В два дома быть, дед приедет.
– Пап, ну мы не успеем.
– Рассчитайте, чтоб успеть.
– Ну папулечка, – идут в нашу сторону, – здравствуйте, – здороваются со мной и не стесняясь, начинают его обнимать и целовать. – ну, до трех хотя бы.
Дочки совсем другие. Не такие, как пацаны. Тонкие, нежные, но упертые. Я бы и пацана хотел и дочку.
– До полтретьего.
– Между полтретьего и тремя вернемся, – целуют его и сбегают.
– Тройня, что ли?
– Да.
Трое детей, кот, шум, свое агентство еще. И ничего – живет. Держит все в руках. Может, и я справлюсь. С собакой. С Борькой.
– Завтра у меня смена, потом схожу к Олегу.
После Домбровского проверяю телефон. Откликов на объявление нет, никто не хочет мелкого щенка, которому требуется усиленная забота. Набираю Киру.
– Ты как? Лучше?
– Лучше, – но отвечает устало.
– Хорошо. Кир, слушай. Я завтра в смену, собаку пока никуда не пристроил. Может, ты его возьмешь на день? Если…
– Я тоже на работе буду, Самсонов.
– Слушай, если кто-то напишет, что хочет забрать, то я скажу адрес и к тебе подъедут. Я уеду на вызов, меня может полдня не быть.
– А я как буду?
– Ну, постоит у тебя под столом. Ты хотя бы целый день на месте. Раз нашли вместе, то и пристраивать вместе надо.
– Ладно, бери с собой его. Но во вторник заберешь.
– Хорошо.
Киру набираю еще раз утром, перед работой. Она совсем еле живая.
– Тебе опять плохо?
– Слушай, меня так мутит что-то. Кажется, я отравилась.
– Оставайся ты сегодня дома или к врачу съезди.
– Боре надо в сад, там медосмотр у них. Потом в поликлинику эту не взять талон, а надо будет всех пройти.
– Да свозим мы его.
– Нет, я пойду.
– Слушай, если хочешь, я его в сад отвезу, а ты оставайся дома. Отдохни.
– Не знаю.
– Заодно там собака за тобой присмотрит.
– Кто за кем еще присмотрит, – усмехается в ответ.
– Ну что, договорились?
– Хорошо. Заезжай, я соберу его.
Обмениваемся подопечными. Я забираю Борю, Кира забирает Самсона. Вид у нее, конечно, никакой. Был бы не на работе, свозил к врачу, но она говорит, что посидит на диете, должно пройти. Мутит просто.
Борька по дороге рассказывает про своих девчонок в саду. Ну вот липнут они к нему и устоять не могут. Что будет позже…
После сада еду на работу.
На парковке перед частью замечаю Рената в машине. машет мне подождать. Кивает кому-то, отключается и выходит.
Хлопает дверью, как не своей ласточки.
– Что случилось? – жмем руки друг другу.
– Да у Матвея после выходных синяк на ноге, жена зацепилась за это и теперь угрожает, что добьется судом, что мне нельзя будет с ним видеться. Я его то ли избиваю, то ли со мной опасно. Сука…
– Ну, так дети же… тем более пацаны.
– Там просто… я не знаю, как, но мне надо забрать у нее ребенка. Она его до клиники доведет.
– У нее что, не бывает синяков?
– Нет. Представляешь? А знаешь почему?
– Потому что он у нее сидит и книжки целыми днями читает. На пианино она его записала с частными уроками. Непонятно, кого она из него хочет вырастить.
– А у ребенка не могут спросить, с кем он хочет жить?
– Мелкий еще.
– Должен же быть выход.
– Если только она сама откажется. Но она меня хочет родительских прав лишить. К каждой мелочи придирается.
– Угораздило тебя.
– Ага. На внешность повелся. Деньги есть у папы, вот корону и надела, а так из себя ничего не представляет.
– Привет, Никита, – нас догоняет новенькая из нашей команды.