Ольга Тимофеева – Бывший: все сложно (страница 35)
Иду в палатку, раскладываю вещи. Одеваюсь теплее.
Голос Ника везде. Хоть ты заткни уши, чтобы не слышать и не вспоминать.
Беру телефон и отхожу подальше. Туда, где не будет его слышно.
На улице полумрак уже. Но я не хочу оставаться там со всеми. Лучше одной побыть.
Звоню маме, рассказываю все, что сегодня было. Про Никиту опускаю. Опять начнется про то, какой он. А я и так знаю, какой. И вообще про него я хочу говорить меньше всего. Иду по дорожке. Лагерь где-то далеко позади. Кто поет уже и не слышно.
Потом набираю Соню, рассказываю все ей. Назад уже возвращаюсь прилично темно. И странно, что голосов не слышно. Может, уже все спать легли? Хотя одиннадцать только.
Мне звонит Рита.
– Кир, а ты где? Мы тебя потеряли.
– Я маме звонила, иду уже назад.
– А далеко отошла-то? Может, тебя встретить?
– Да нет, тут я рядом. А вы что уже спать собрались? Чего никто не поет?
– Как не поют? Поют. А ты что не слышишь?
– Неа…
Рядом со мной треск какой-то.
– Ау, – вскрикиваю на автомате.
– Что там у тебя?
– Не знаю, ходит кто-то.
– Ребят, позовите Киру, услышит вас?
И тут понимаю, что я не слышу никого из них.
Включаю на телефоне фонарик. На дороге стою. А где это… Я вроде в ту сторону шла, потом назад развернулась.
– Я вас не слышу.
– Она не слышит нас. Потерялась, кажись.
– Дай мне телефон, – Никиту узнаю, – Кир, ты куда пошла?
– По дороге я шла, потом развернулась назад.
– Там развилок несколько. Ты, может, свернула не туда?
Вот черт.
– Включи интернет и карты открой. Скинь свои координаты мне. Только на месте стой.
– Я сейчас сама настрою маршрут.
– Ага… куда по темноте ты пойдешь!
Ночь резко как-то накрыла лес сном, темнотой и страхом.
– Интернет нет. Ничего не грузится.
– Надо искать ее.
Рядом опять трещит что-то.
– Ай, – вскрикиваю и отскакиваю.
– Что там?
– Не знаю.
Прячусь за дерево и свечу фонариком. Не видно никого. А если это волк или лось и ждут меня?
На глазах выступают слезы.
– Кир, Рита останется в лагере, я отключаюсь. Позвоню тебе со своего. Стой на месте и как кого-то услышишь, отзывайся.
– Угу.
Возле себя нахожу поваленное дерево и после очередного треска залажу повыше на него. Оно будто оно специально лежало здесь для таких вот идиоток, потерявшихся в трех соснах. Телефон мигает тусклым огоньком, связь пропадает. Интернет не грузится.
Борю ругаю за такое… А сама. Заблудилась в лесу ночью.
Темнота сгущается. Кажется, деревья становятся выше, гуще. Шум леса – шорохи, потрескивания, звуки ветра – вдруг приобретают пугающую плотность. Кажется, что со всех сторон на меня кто-то крадется. Где-то в кустах что-то хрустит. Ветер поднимается.
Сердце еще барабанит так, что меня точно все услышат.
Слезы подступают, скребутся изнутри. Я вытираю глаза ладонями, но от этого становится только хуже. Все вокруг плывет. В носу щиплет.
Еще чуть-чуть и начну всхлипывать по-настоящему.
И вдруг… где-то далеко слышу:
– Кира!
Громко. Напористо. Узнаю сразу.
– Никита? Я тут! Никит!
Но он все равно зовет. Как будто не слышит.
Набираю его.
– Да.
– Я тебя слышу.
– Отзовись тогда, чтобы понять, в какой ты стороне.
– Так я кричу.
– Давай еще раз! – его уверенный голос приводит в чувства, что все будет хорошо.
– Ник!
– Не слышу я тебя. Ребят, она не слышит меня. Ветер еще может, поэтому? Иди в мою сторону. Я буду на месте стоять.
– Тут кто-то есть. А если за мной побегут?
– Кто?
– Я не знаю.
– Так посмотри?
– Я боюсь. Я на дереве сижу
– Аааа… черт. Ладно, сейчас придумаю что-нибудь. Сиди.