Ольга Тимофеева – Бывший: все сложно (страница 37)

Он бьет. Еще очко.

На лице у него вспышка эмоций, будто он снова двадцатилетний пацан с дерзкой улыбкой. Прыгает. Бьет. Забивает.

Соперник не принимает.

Победа.

– Да! – взрывается наша команда.

Ник на эмоциях присаживается и подхватывает меня к себе на плечи. Держит за ноги, удерживая меня у себя на плечах.

Он всегда так делал раньше, когда мы удачно играли, поэтому сейчас все так естественно.

На миг я замираю. Даю тем чувствам выход.

– Самсонов, отпусти! Все окончено.

– Или только начинается, – усмехается, но не присаживается. – Ты потяжелела.

Ребята налетают на нас, обнимая и хлопая по спине.

– Вы молодцы!

 

Гром. Небо темнеет. Затягивает, но дождя нет.

Сидим у костра, готовые в любой момент разбежаться по палаткам. Но эмоции этого дня у всех такие, что никто не хочет спать.

– Вы так играли, будто не первый раз, – наливает себе в кружку еще “компота” уже повеселевшая после неудачной травмы Рита.

Я пожимаю плечами.

– Мы играли раньше, – вскрывает карты Никита.

– Да? Где?

– В университетской сборной.

– А чего тогда не сказали? Я бы уступила сразу место.

Я делаю глоток. Кисловато-сладкий напиток расслабляет и притупляет прошлое, о котором не хочется вспоминать и говорить.

Они болтают, я слушаю парня, который играет битлз на гитаре. Как на концерте каком. Сидим посреди леса, отбиваемся от комаров и слушаем битлов под гитару.

– Кто еще сыграет? Я поем, – протягивает гитару.

 

Сегодня после пары кружек компота у всех стираются стеснение и границы. Ник опять берет гитару.

Я разговариваю с Таней про детские сады. На самом деле, я ищу повод поговорить о чем-то общем, чтобы не слушать его. Чтобы не погружаться больше в его голос, прошлое, хотя сейчас такая легкость, что это проще всего будет. Пропускаем пару песен.

А потом слышу знакомое начало.

Вот паршивец, нашел чем зацепить, чтобы посмотрела на него и обратила внимание.

– У ночного огня под огромной луной…

Прикрываю глаза, чтобы не видеть, как смотрит на меня.

– … я оставил с тобой…

Вот зачем он мне в груди снова тот самый сквозняк запускает? И это невыносимо.

 

Глава 27. Сложно. Когда вокруг одни провокации

Где-то вдалеке начинает постреливать гром. Нам еще только грозы тут не хватало.

Выходные, как говорится, удались, вчера чуть не потерялась, сегодня есть вероятность оказаться в грозу в лесу.

– Пойду, пройдусь, – наклоняюсь к Рите.

– Давай я с тобой, а то потеряешься еще.

– Я далеко не пойду, тут на берегу постою, посмотрю, далеко ли гроза от нас.

– Телефон хотя бы возьми.

– С собой.

Пламя в костре сильнее штормит от порыва ветра. Тучи сгущаются.

Я поднимаюсь и, не привлекая внимания, иду к воде.

Тут сила ветра чувствуется еще сильнее. И темные тучи не плывут, а летят по небу.

Похоже, что все же в дождь мы попадем.

У костра продолжают петь, но со стороны это не кажется таким уж душувыворачивающим событием.

Кто-то метрах в тридцати от меня хихикает. В темноте не видно, и меня, сидящую, тоже не замечают.

Женский голос мурлычет что-то. Мужской басит.

Но на наших непохожи, наверное, из другой команды.

Дальше все сменяется на звуки поцелуев. Сладкие чмоки и постанывания.

Помешаю им, если встану? Может, уйдут сейчас?

Небо разрезает молния. Следом за ней через секунду бахает гром. А у меня такая расслабленность по крови течет, что страх всего притупляется. Надо было меньше пить.

– Нас услышат, – шепчет девушка.

– Они там бухают, никто не заметит даже.

Шорох. Вздохи и стоны…

Твою…

– Да…

Они с ума, что ли, сошли? Неловко, но я поворачиваю туда голову. Вижу только силуэты. И тот, что выше толкается к тому, что ниже.

Ветер подхватывает толстовку и пробирается мне глубже под одежду.

А я прикусываю губу и подсматриваю. С одной стороны, если встану и буду топать, то помешаю им, с другой, пьяный затуманенный разум хочет досмотреть. Вслушиваться, как они стараются не шуметь, но страсть и этот дикий звериный порыв все равно вырываются.

На меня капает крупная капля дождя.

А я не шевелюсь.

Ну, давайте, скорее…

Еще одна капля. Порыв ветра.