Ольга Сурмина – Некровные (страница 11)

Студентка сжала кулаки. Нельзя слепо обвинять эту женщину во лжи — иначе это вызовет у мерзкого «брата» ещё больше подозрений. Самый большой шанс отделаться будет, если сказать, что его любовница просто где-то забыла свой кошелёк. Просто забыла, а не врёт и не клевещет.

— Вот как? — Казалось, голос инспектора звучал чуть более мягко.

— Да, — Одетт активно закивала. — А это моё, мне нужно тут жить. Если ты в чём-то меня подозреваешь, то я покажу историю операций из приложения своего банка. Я, вообще-то, работаю, и мне есть на что покупать такие мелочи. Работаю, а покупки оплачиваю картой.

— Ты умница, — вдруг, ни с того ни с сего, сказал жестокий «брат», в тоне которого читалась очевидная улыбка. — Наверно, Карен правда оставила где-то кошелёк и забыла.

Сколько ни присматривалась, студентка не могла понять, в коридоре в самом деле двое, как ей показалось вначале, или же там стоял один человек. Спрашивать об этом было как-то глупо, так что, собравшись с силами, она шагнула во тьму.

Вновь запах ободранных стен. Чуть поблескивало стекло незажжённой лампочки. Почему-то всё внутри завязывалось в узел, тянуло и практически болело.

Внезапно тяжёлая рука схватила девушку за футболку со стороны спины и потянула на себя. Она едва устояла на ногах, из горла вырвался тяжёлый, хриплый стон. По коже поползли мурашки, тело парализовывал страх.

«Что я могу сделать против мужчины, который весит в два раза больше меня и на полторы головы выше⁈» — стучало в голове.

«Я ничего не могу сделать. Если захочет — он вывернет меня наизнанку!»

— Я напоминаю, — раздался хриплый голос практически над ухом, обжигая горячим дыханием. — Если узнаю, что ты мне врёшь — шкуру спущу. Любвеобильная сестричка.

— Пусти меня, неадекват, — губы дрожали. — Поехавший неадекват.

— Отчего же неадекват? — послышалась тихая, высокомерная усмешка. — Я же привлекательный. Сильный. Твои слова, нет?

— Ни привлекательность, ни сила не делают тебя адекватным. Пусти!! — Она ринулась в сторону, но чужие пальцы продолжали стискивать ткань футболки.

— А каким делают? — Ему словно нравилось смаковать эту больную симпатию, над которой Андертест насмехался. — Скажи это. Скажи это вслух.

— Да отцепись от меня, мудак!! — Одетт опять ринулась вперёд, на этот раз раздался треск ткани. Мужчина, наконец, отпустил.

Ноги подкашивались, от напряжения болели мышцы. За спиной раздался тихий кашель. «Ублюдок», — стучало в висках. Только захлопнув дверь в комнату, девушка почувствовала нечто, похожее на облегчение. «Тебе нравится надо мной издеваться, да? Тварь».

Он с ухмылкой вытер губы салфеткой, видя на них красноватый след. Затем тут же её скомкал и сунул в карман махрового халата.

— Что это было? — послышался сдавленный голос со стороны кухни. — Эрен, что это было?

— А что было? Ты слышала — она у тебя ничего не брала, — мужчина прикрыл глаза, затем, как ни в чём не бывало, развёл руками. — Это ожидаемо. Посмотри получше, — тон становился хитрым. — Может, найдёшь где-нибудь среди своих вещей.

— Я не об этом, — Карен остервенело сжала кулаки. Её силуэт едва читался возле дверей на кухню. — Любвеобильная? Привлекательный? Сильный? Как это понимать, что происходит? Она тебя дурила⁈ Я так и знала. Я знала, что она тебе никакая не грёбаная сестра! Вы ни черта не похожи!

— Что ты так разошлась? — Андертест мерзко улыбнулся. — Я просто над ней подшучиваю. Не более того.

— Мне не нравятся такие шутки. Это не шутки, это дерьмовый флирт, — лицо исказила злость. — Я не потерплю, чтобы мой жених флиртовал с какой-то залётной шлюхой. Сделай так, чтобы она испарилась отсюда, Эрен. Если я дорога тебе — день её куда-нибудь. Ты можешь, у тебя есть деньги. День её отсюда, куда угодно. Хоть на Луну. Не испытывай моё терпение, не порть мне нервы!!

— Или что? — Его взгляд становился жутким. — Я не понял, это завуалированный шантаж? Может, скажешь, что уйдёшь от меня, если ничего не изменится?

— Зачем ты так сразу? — Мисс Браун слегка осела. — Ни одной женщине не понравилось бы, если бы у её жениха топталась другая женщина, которая с ним ещё и флиртует! Которая, на минуточку, меня унижает! Берёт мои вещи!

— Да-да, — мужчина с ухмылкой закатил глаза. — Я же тебе объяснял, Карен. У меня ремонт, и я не заинтересован во внезапных тратах. Как только будет возможность — я отселю её. В тот же день. А вторую комнату выкуплю.

— Мне начинает казаться, что для тебя это всё игра, — женщина сморгнула слёзы. — Ты просто хочешь над ней поиздеваться, потому что её мать разрушила твою семью. Хочешь ей отомстить, хочешь её наказать. А, прошу прощения, как далеко зайдёт такое наказание? Не будет такого, что я однажды зайду, а ты, в качестве наказания, трахаешь её в задницу?

— Это не больше, чем твои отвратительные, ревностные фантазии, — он вновь закатил глаза. — Ты сошла с ума.

— Эрен, если ты её не сплавишь отсюда, то это сделаю я, — Карен сжала кулаки. — Обещаю.

— Делай что хочешь, — мужчина слегка прищурился. — Но, повторюсь: если ты будешь вредить ей физически — я в этом не участвую. Сесть к тридцати годам в тюрьму в мои планы не входит. И тебя я тоже прикрывать не собираюсь. Всему должен быть предел. Да, я её ненавижу, — взгляд потемнел. — Но я не настолько идиот, чтобы так подставляться.

— Совсем другое дело — схватить её за шиворот и начать флиртовать, да? — она поджала губы.

— Хватит выносить мне мозг. Это начинает раздражать, — Андертест оскалился. — Иди в комнату.

Опять раздался тихий, сиплый кашель.

Одетт тяжело выдохнула, скинув на постель покупки.

«Когда я выберусь отсюда, у меня будет куча седых волос. Не дом, а пыточная камера. Могли бы просто жить и не трогать друг друга — нет же. Ненавижу», — она пнула ногой ножку кровати, и та едва слышно скрипнула. Сердце безумно колотилось под рёбрами, пока из коридора доносилось нечто похожее на разборки.

«Я у вас ничего не крала. Не подходите ко мне. Просто не трогайте меня — и всё».

По спине всё ещё гулял холодный озноб.

«Сын отчима — скрытый садист. Может, налоговые инспекторы все такие?.. Хотя чего я ожидала, зная, что он меня ненавидит? Спокойствия и вежливых улыбок? Завтра же куплю грёбаный замок. Давно пора», — студентка сжала кулаки, но в следующую секунду снова вздрогнула. Возле двери, ведущей в её комнату, раздались тихие приближающиеся шаги.

За пустым окном без штор темнел ночной город. Огней с каждой секундой становилось всё меньше, злостно завывал ветер.

Травмпункт

Дверь тихо скрипнула, и на пороге появился знакомый высокий силуэт. Сердце опускалось в живот, кожа лба покрывалась потом.

— Что тебе ещё нужно? — Одетт схватила с кровати коврик и стала расстилать его под своими ногами, чтобы создать вид активной деятельности. — Я сейчас уже буду ложиться спать.

— Я это понял, сестричка, — в голосе опять слышалась высокомерная усмешка. — Я зашёл сказать, чтобы попросить мягче и уважительнее относиться к Карен. Она вспыльчивая, так что не лезь на рожон.

— Я и не лезла, она просто потеряла кошелёк. Лучше ей это скажи. Ей, а не мне, меня вообще дома не было. — Почему-то по спине опять полз озноб. То ли из-за темноты, то ли потому, что «брат» вошёл в комнату, и они снова оказались наедине. Снова это чудовище мерзко улыбалось сквозь тьму, явно сдерживая желание подойти и взять за шею.

Он медленно подходил. Зачем — Одетт не знала. Слышала приближающиеся шаги, видела приближающуюся фигуру и нервно сжимала в кулаке простыню. Через пару секунд на голову с короткими светлыми волосами опустилась тяжёлая, холодная рука, отчего студентка вздрогнула, глотая ком. Затем резко подалась в сторону, чтобы стряхнуть его ладонь, но пальцы сжали череп.

— Как же мне хочется что-нибудь с тобой сделать, — хрипло говорил мужчина. — Вроде бы я дал себе слово не замечать тебя, но как же мне хочется. Ты меня нестерпимо бесишь.

— Пусти, мне больно, — девушка схватила его запястье и попыталась отодрать руку от себя. Не получалось.

— Вот потому и бесишь, — вздох. — Тебя попросили быть повежливее, а ты начала огрызаться, как ребёнок. На место тебя поставить? Или спустить с рук в очередной раз?

— Я ничего не сделала, отстань уже от меня! — студентка едва не кричала. — Всё уже решили в коридоре, зачем ты опять притащился⁈ Да не трогай ты меня, убери руки! — Она вновь попыталась отнять от себя руку «брата», но тот был несравненно сильнее. Губы дрожали от обиды, а лицо покрывалось случайными багровыми пятнами.

— Вежливее, Одетт, вежливее, — рычал Эрен. — Однажды ты меня выбесишь. И в отношении Карен тоже — вежливее, даже если она где-то перегибает. А не будешь вежливой — выпорю, на правах старшего брата. Я предупредил. — Он резко развернулся и быстро пошёл прочь из комнаты. Через пару секунд раздался громкий, резкий хлопок.

— Жесть… — девушка схватилась за щеки, ощущая лишь ужасающий стук собственного сердца. Дышать становилось тяжело. Губы дрожали. — Вот ведь…

Кожа покрывалась мурашками, волосы вставали дыбом. Ночь окончательно опустилась на город. Ещё минуту назад Одетт хотела пойти в ванную, но сейчас просто упала лицом в подушку и, не раздеваясь, стала укутываться в плед. Нервно откладывала в сторону покупки, а коврик уже и так лежал на своём месте.