Ольга Стародубова – Белладонна (страница 4)

Кирилл был поразительно спокоен. Его взгляд не изучал ничего. Пустующие глазницы прозрачно голубых глаз в окружении коротких бесцветных и лишь слегка рыжих ресниц, под навесом уставших крупных бровей. Он сидел так же на полу кухни, прижавшись спиной к стене, в нескольких сантиметрах от избитой Камиллы. Н не прятал свою голову за плечи. Наоборот: он казался максимально расслабленным, растекаясь на полу. Его ноги в джинсах были широко расставлены в стороны. Периодически поднималась левая рука с сигаретой между указательным и средним пальцами, немного осыпаясь мерным пеплом горящей сигареты на свежие ссадины от избиения. В редких лучах изнемогающего солнца, блестели относительно свежие ссадины и потёртости кожи на костяшках кулаков, подыгрывая плясанию огня табака.

Выпуская клейкие клубы дыма, Мужчина совершенно не обращал внимание на то, как тело девушки сокращалось в треморе ещё сильнее, словно ожидая, когда у мужчины сработает спусковой крючок на новый акт избиения. Но у него лишь мерно вздымалась грудная клетка от выдоха к вдоху.

Атмосфера, будто только что опят ссорились родители.

Кирилл забрал ее из дома. Камилла была убеждена, что это ее спасение.

Мужчина, докурив сигарету, затушил ее щелчком пальцев, бросив тлеющую дорожку огненных искр в воздух, которые тихо опускались снегом на пол. Он оставил пепел и окурок на линолеуме плавить и прожигать покрытие. Уставшее тело побрело в ванную, отмываться от крови Камиллы. По дому так же разносились ленивые и размазанные шаги шаркающих ног. Как только за закрытой белой ванной дверью зашумела вода, девушка сразу же поднялась на посиневших от побоев ногах и пошла к шкафам. По всему телу эхом отзывалась гулкая боль от каждого удара, будто они продолжают обрушиваться на нее. Но вся психика будто блокировала хоть какое-то чувство в теле. Она вновь вернулась в состояние из своего детства.

Камилла сгребала в пакеты свои вещи, параллельно надевая часть из них на себя. Точно такое же шуршание, вперемешку со страхом было совсем недавно, буквально несколько часов назад, в доме родного отца. Точно те же руки заталкивали те же вещи в те же пакеты, но с другими эмоциями. У нее в голове не было места, куда она пойдет. Только горел сигнал «бежать». Руки тряслись от страха, а в ушах гулким эхом раздавалось сердцебиение. Вещи падали из разбитых и синих от свежих побоев рук. Камилла боялась лишнего шума, который может спровоцировать Кирилла снова. Хотя она и была под некоторой защитой из стены шума воды.

Девушка не хотела когда-либо в своей жизни вспоминать этот кошмар. Казалось, что если очень сильно закрыть глаза на кошмарное прошлое – то его как будто бы и не было вовсе. Кирилл был в ее глазах спасителем. Единственный, кто забрал ее, кто дал ей безопасность.

Наспех одевшись, запихнув скомканные вещи по сумкам и пакетам, вылетела из квартиры Кирилла, даже не закрывая за собой большую железную входную дверь. Тишину уже опустевшей квартиры разрывало только шипение перекипевшего кофе на желтой старой плите, но Кирилл не слышал этого из-за шума воды. Дом, помимо стелящихся клубов никотина, начал заполнять дым горелого напитка. Мужчина смывал частички кожи, его и Камиллы, которые он срывал ударами. В поеденной ржавчиной раковине расплывались ленты их почти запекшийся крови.

На улице уже успело стемнеть. Лишь высокие фонари бросали свет на опустевшие улицы, на которых стало совсем мало прохожих. Мало кто видел полуодетую побитую девушку в осеннем пальто в конце февраля.

Камилла шла вдоль дороги, периодически оглядываясь по сторонам, как животное прячится от зверя и выискивает его в каждой тени. Девушка прокручивала у себя в голове хоть какие-то места, где будет безопасно. Пока она бесцельно бежала из места нового дома с немногочисленными пожитками, возле нее остановилась машина такси белая Тойота. За рулем был не молодой мужчина с слегка седой бородой. Из-за возраста, его некогда смугловатая кожа, начала будто выцветать и бледнеть.

– Девушка! – негромко окрикнул водитель. – Девушка, садитесь! – из-за небольшого акцента окончания слов будто проглатывались.

Камилла пыталась еще быстрее идти, избегая зрительного контакта с таксистом.

– Скажите адрес, я вас довезу. – мужчина словно пытался докричаться до нее, но в тоже время боялся напугать ее этим. – Девушка, садитесь. – голос стал каким-то по-странному умоляющим.

С каждым словом он будто жалобнее говорил, как с дочерью. Даже голос стал слегка выше, будто боясь напугать попутчицу басом. Камилла остановилась и начала всматриваться. Из-за манеры говорить и возраста, водитель выглядел для нее безопасно. Смотря друг на друга несколько секунд, девушка словно ощутила спокойствие, похожее на то, чего она так сильно искала все это время. Камилла все же решилась сесть в авто. Неуверенные шаги и звон не застегнутой молнии на ботинках направлялись к задней двери. Свалив пакеты и сумки на заднее сиденье, она устало упала на обивку.

Водитель как будто нарочно медленно ехал, давая девушке время. Камилла рассматривала салон. На зеркале заднего вида висели зеленые четки, увенчаны кулоном с именем Аллаха на арабском языке. Водитель тревожно смотрел на нее через это зеркало. Не менее тревожно отвечала Камилла. Его волновал ее внешний вид. Лицо девушки было залито кровью и слезами, наспех одета, она словно в стыде прикрывалась кусками вещей.

– Вам куда нужно? – складывая брови клином, от жалости, спрашивал взрослый мужчина.

Камилла, немного медлив, будто этот вопрос возвращал ее в реальность, сказала:

– К общежитию на Театральной. – она испытывала стеснения, будто заставляет человека делать что-то против воли. Огромные карие глаза прятались за брови, словно еще сильнее стыдясь и пытаясь скрыться от окружающего.

Машина мерно шелестела по темным улицам города. Водитель продолжал нервно и с жалостью всматриваться в Камиллу, словно стесняясь нарушить тревожную тишину, которая прерывалась лишь редкими всхлипами девушки. На ее лице были лишь редкие слезы, большую часть она спрятала где-то в себе, не позволяя им выйти. Но каждый новый вдох был прерывистым, как после долгой истерики.

– Может… – неуверенно и в полголоса начал таксист, а голос слегка сорвался от нервов. Это чувство неловкости водитель неумело затушил в небольшом кашле, словно это исправит. – Может, вам лучше в больницу? – мужчина чуть осмелел, но тут же внутри будто что-то рухнуло, от чего глаза с зеркала быстро перелетели на дорогу, прячась от стыда.

Камилла была удивлена вопросу и словно опустилась в анализ и осмысление происходящего. Она спустя все это время впервые начала возвращать чувство тела, стала возвращаться в настоящее.

– Нет. – сплюнула девушка. Видя тревогу водителя, пытаясь неловко успокоить его – У меня ничего не сломано. – она думала, что он про травматологию.

– Нет… – мужчина нервно вдохнул, а глаза вновь начали закрываться грузными седыми бровями – Может, вам в вашу больницу? – увидев непонимание, неловко продолжил – в вашу, женскую больницу. Вам там помогут. Отвезти? – водитель по странному гладил руль левой рукой, будто успокаивал. То ли себя, то ли Камиллу.

Только сейчас Камилла поняла, что он говорит про гинекологию, и она в глазах водителя выглядит как жертва изнасилования: разбитое лицо в крови и слезах, наспех одетая, растрепанные волосы.

– Нет, спасибо. – нервно и со странным чувством благодарности за попытку заботы, выдохнула из себя Камилла.

До самого общежития мужчина нервно и с жалостью посматривал на девушку на заднем сидении. То и дело водитель прятал глаза за насупленные брови, словно пытаясь скрыться. Подъезжая ближе, Камилла начала доставать кошелек со дна сумки. Тишину салона остановленной у тротуара машины огласила молния старенького и потертого кошелька. Трясущиеся и побитые руки протягивали мужчине несколько бумажек. Водитель, видя мятые сотки в ее руках, начал немного повышать голос:

– Нет, нет, не нужно – он махал воздухе одной рукой, убирая ее с руля. Ее же он поднял выше и, словно отмахиваясь или кидая, направил ее в сторону Камиллы – Не надо, оставь! – будто пытаясь еще сильнее помочь – Тебе нужнее. – на выдохе проговорил таксист. Руки бессильно опустились обратно на руль с небольшим ударом.

Камилла, смущаясь и стыдясь, собрала в трясущиеся руки вздувшиеся от вещей пакеты и сумки, оглушительно шурша в маленьком салоне машины. Уже выходя, она чуть громче прежнего, произнесла:

– Спасибо Вам. – она чуть ближе нагнулась к водителю и открыла дверь.

Водитель немного наклонил голову в кивке, и протирал лицо ладонями, словно пытаясь стащить с себя переживания, пока Камилла шурша вещами, выходила из его машины. Пока она шла в общежитие, авто еще стояла у въезда, а мужчина за рулем сидел все так же неподвижно.

Быстро мелькнув за тяжелую железную дверь без замка, девушка поднималась по деревянным полусгнившим ступенькам вверх, на пятый этаж. Сбитое дыхание от слез сменилось отдышкой. По лестницы, чавкая, раздавались кроткие удары не застегнутой обуви об пол. Она продолжала так же бежать по зеленому облупившемуся коридору, словно Кирилл находится в нескольких метрах от нее. Остановиться она смогла лишь у предпоследней двери коридора.