Ольга Соболева – Недотепы (страница 7)

Не меньше впечатлений оставили занятия по ориентированию. По мнению магистра Гронвика, настоящий путешественник обязан находить дорогу даже в полной темноте. По моему мнению (который почему-то никто не поинтересовался), настоящий путешественник должен сначала не заблудиться.

Пока магистр рассказывал про стороны света, я честно пыталась запомнить, где север. Север-это где растет мох. А мох растет везде — через полчаса северов стало четыре.

А ещё был магистр Триммель- он отвечал за распознавание растений. После его занятий я неожиданно выяснила, что примерно половину лесной флоры нельзя есть. Вторую половину тоже нельзя. Просто по другим причинам.

Судя по стараниям магистров, нас собирались отправить не за осколками, а как минимум спасать весь Лазуритовый Союз. Тоже мне, страшилки взялись рассказывать. А всего-то подумаешь «миссия» –посетить пять округов и найти искомые осколки драгоценных камней. Я разве не дочь ювелира? Для меня это проще, чем хлеб маслом намазать.

В общем, к концу дня я обычно еле доползала до своей комнаты и засыпала сразу, едва коснувшись головой подушки. А уж что мне снилось В основном кошмары: кусачие книги, оседлавшие ожившие гимнастические снаряды. Бесконечная беговая дорожка, выложенная из страниц учебников. Формулы. Очень много формул. Причём они почему-то отлично умели бегать за студентами.

К концу такого «экстерна» я сама себя уже не узнавала в зеркале. И мечтала о том, чтобы поскорее сбежать из академии в эту самой экспедицию. А еще я втайне надеялась найти в библиотеке какой-нибудь магический решебник или записки бывалого путешественника — с ответами на возможные казусные ситуации. Но, как назло, такого пособия в библиотеке не обнаружилось.

Зато нашлись дорожные рюкзаки Академии.

Нам их торжественно выдали первый же день сборов, и с виду они казались совершенно обычными — плотная ткань, ремни, застёжки. Только внутри, как выяснилось, скрывались небольшие пространственные карманы. Кстати, Даркус первым схватил целых 2 рюкзака и увез их с собой в поместье. Видел бы кто, как у него глаза загорелись, когда он услышал про пространственные карманы.

По словам магистра Крапфена, туда можно было запихнуть «разумное количество необходимых вещей». Что именно считалось разумным количеством, магистр уточнять не стал.

Лично я подозревала, что понятие это крайне расплывчатое.

Я честно пыталась собираться в последний отпущенный на это день.Правда, каждые несколько минут вспоминала о какой-нибудь ужасно важной вещи и снова открывала рюкзак. Потом обнаруживала на столе ещё одну ужасно важную вещь., потом ещё одну. В какой-то момент мне стало казаться, что вещей в комнате становится больше, а не меньше.

В итоге в мой рюкзак отправились: дневник, карандаши, любимая кружка, маленький походный термос, книга, которую мне Лиска впихнула прямо в рюкзак, половина коробки медового печенья, несколько красивых камней, ножницы, иголка и катушка ниток, зубной порошок, щётка, расчёска и распутыватель для волос, остатки флакона с ускорителем роста растений (в Академии он мне был совершенно без надобности, а в дороге вдруг пригодится); маленькая мягкая игрушка.

И всё то, что в путешествии может неожиданно понадобиться. Что именно может понадобиться, я пока не знала. Но предпочитала быть готовой.

Наконец время на подготовку подошло к концу и Хранитель разослал извещения о времени общего сбора в своём кабинете.

С самого утра я не находила себе места. Всё, что преподаватели с таким трудом пытались впихнуть мне в голову последние дни, с лёгким хлопком благополучно вылетело обратно. В голове гулял ветер. Причём довольно бодро.

Скромно постучав, я открыла дверь кабинета ректора — и застыла на пороге. Если бы не пространственная магия, яблоку там точно негде было бы упасть. Казалось, в уютный кабинет каким-то образом ухитрились запихнуть половину Академии.

Больше всех выделялся Даркус. У его ног, словно два преданных сторожевых пса, дежурили два туго набитых рюкзака. Невдалеке, у стены с картой Лазуритового союза обнаружился Рейник с рысью и Джарени, который с опаской косился на животное и что-то объяснял Рейнику, подсвечивая стилусом место на карте, и старательно держа дистанцию подальше от рыси.

— Я всё равно считаю, что надо было взять копию атласа торговых трактов, — донёсся до меня голос Джарени.

— Зачем? — удивился Рейник.

— На случай, если понадобится свериться.

— С чем?

Джарени на секунду задумался.

— С чем-нибудь.

Рейник несколько секунд молча смотрел на него.

— Иногда мне кажется, что ты заранее готовишься даже к тому, чего ещё не произошло.

— Это называется предусмотрительность, — невозмутимо поправил Джарени.

Помимо Хранителя, Рейника, Даркуса и Джарени, здесь присутствовал почти весь профессорский состав, включая даже давно почившего магистра Райзика, парящего под потолком в виде привидения. Магистр Крапфен так надулся от гордости, словно лично собирался вести нашу экспедицию.

В одном из углов возвышалась целая гора свитков, манускриптов и фолиантов. Рядом громоздились колбы, реторты и бутыли всевозможных форм и размеров.

Складывалось ощущение, что часть библиотеки и половина алхимических запасов Академии внезапно решили отправиться в путешествие вместе с нами.

Пребывая в легком шоке от увиденного, я пыталась сообразить- куда же это все надо будет запихивать?

А вот Даркус смотрел на эту гору с таким выражением лица, с каким голодный кот смотрит на открытую кладовую.

— Даже не думай, — мгновенно отреагировал Рейник.

— Я ещё ничего не сказал.

— Но подумал.

— Между прочим, запасной котелок может пригодиться.

— У нас уже есть котелок.

— А если с ним что-нибудь случится?

— Тогда будем пользоваться вторым.

— Вот именно! А если со вторым тоже что-нибудь случится?

Рейник медленно закрыл глаза.

— Даркус

— Я просто пытаюсь предусмотреть возможные обстоятельства.

— Ты пытаешься засунуть в мой рюкзак половину Академии.

— Неправда. Только самое необходимое.

Похоже только Хранитель сохранял спокойствие, сидя в своем любимом кресле и с легкой улыбкой наблюдая за суматохой.

Дверь в кабинет опять отворилась и появились новые гости. Первой в комнату вошла миниатюрная черноглазая женщина. За ее юбку, словно виноградинки в грозди, уцепилось пятеро кудрявых темноглазых сорванцов, с любопытством тараща свои большие глазенки на всех и всё в кабинете ректора. Следом плавной походкой зашла элегантно одетая дама. Только пальцы, нервно мнущие края накрахмаленного платочка, выдавали ее волнение. Что-то в ней мне показалось смутно знакомым, но я списала возникшее ощущение на чувство «дежавю». Далее бочком, пытаясь одновременно протиснуться в дверь, в комнату ввалились двое солидных мужчин, причем ни один из них не уступал другому величия своего общественного положения. Последней живописной группой, вместившейся в кабинет, были представители гильдий ювелиров и стражников. Стражников??? Присмотревшись повнимательнее, я наконец то идентифицировала последнюю группу. — Да это же батюшка и трое моих братцев! Вот так сюрприз!

И из всей этой шумной, разноголосой круговерти ко мне вдруг протиснулся один из братьев-близнецов, запыхавшийся и чем-то подозрительно довольный.

— Лия, только тихо, — шепнул он, быстро оглянувшись по сторонам, словно опасаясь, что за ним следят не хуже, чем за воришкой на ярмарке.

Я не успела даже спросить, в чем дело, как он ловко сунул мне в руки какой-то сверток, завернутый в мой старый плащ, и тут же отстранился, делая вид, что ничего особенного не произошло.

— Эй! Ты что — начала было я возмущаться, но он уже отступил на шаг и, подмигнув, растворился в толпе родственников, наставляющих, причитающих и одновременно мешающих друг другу говорить.

А сверток между тем зажил собственной жизнью и стал активно шевелиться. Это ощущалось как что-то очень тёплое и живое. Живое?!

— Только попробуй там зашипеть — прошептала я, осторожно прижимая это «что-то» к себе.

В ответ раздалось приглушённое, крайне недовольное:

— Мр-ряу!

Я закатила глаза.

— Ну конечно

Осторожно отогнув край плаща, я заглянула внутрь — и встретилась взглядом с парой возмущённо сверкающих глаз.

— Чиприк?!

Котёнок, судя по всему, был крайне недоволен способом транспортировки, но, убедившись, что находится у меня, моментально сменил гнев на милость, выбрался наружу и, не теряя времени, ловко вскарабкался на своё законное, по его убеждению место — на плечо.

— Только этого мне и не хватало — пробормотала я, машинально придерживая его рукой.

Чиприк, впрочем, считал иначе. Он довольно прищурился, устроился поудобнее и с явным интересом уставился на окружающий бедлам, как будто всё происходящее было устроено исключительно для его развлечения.

Появление этой хвостатой катастрофы, кажется, заметили далеко не сразу. В кабинете по-прежнему стоял такой шум, будто здесь одновременно пытались собрать военный совет, семейный праздник и стихийный базар. Кто-то из профессоров горячо убеждал ректора о необходимости в экспедиции упаковки алхимических реагентов, батюшка что-то эмоционально доказывал представителю ювелирной гильдии, а один из близнецов уже успел стащить со стола пирожок, пока второй отвлекал внимание магистра Крапфена.

Только рысь у Рейника внезапно насторожилась, повела ушами и уставилась прямо на Чиприка. Тот в ответ вздыбил шёрстку и выдал такое возмущённое «мрррр»в ее сторону, будто это именно рысь нагло вторглась на его территорию.