Ольга Соболева – Недотепы (страница 8)

Я же наконец опомнилась и попыталась пробраться поближе к родным. Но увы, мне это не удалось. Рейник, тьфу, маркиз де Гор, с силой дернул меня за руку, когда я уже почти пробралась поближе к батюшке, и я оказалась в центре комнаты, где уже собрались остальные искатели приключений.

— Да что ты себе позволяешь- взвилась я от возмущения и обиды. Ведь цель была так близко!

Рей, не обращая на меня внимания, кивком головы указал на Хранителя, который уже поднялся с кресла. Установилась гулкая тишина, прерываемая лишь шелестом страниц гримуара, который Джарени принялся судорожно пролистывать.

«Ну вот, сейчас начнутся нудные торжественные слова о важности нашего путешествия, о том, что весь Лазуритовый Союз, да что там Союз — всё живое обращает к нам свои помыслы и надежды», — с тоской подумала я.

Я уже приготовилась делать умное лицо и старательно изображать внимание. Но Хранитель лукаво усмехнулся, словно подслушав мои мысли, и подойдя к магической призме, поманил нас пальцем.

Движимые раздираемым любопытством, мы кучкой сгрудились около нее. Заклубившийся внутри артефакта туман миллионами водных пузырьков стал оседать на стенках призмы, вырисовывая стекающими каплями буквы, то тут, то там проявляющиеся на ее боковых гранях. Через непродолжительное время буквы сплелись в изысканную вязь слов на древнем языке народа юанга.

Джарени, не расставшийся со своим гримуаром даже тут, принялся записывать перевод в доступной всем остальным форме. Я же, глядя как быстро мелькает стилус в его пальцах, почувствовала укол совести за то, что так и не удосужилась хотя бы попытаться разобраться в этих письменах. Отмахнувшись как от комара-пискуна, от своей так не вовремя проснувшейся совести, и сгорая от любопытства, я пыталась прочесть из-за плеча Джарени те строчки. Что он уже успел записать:

«Где слезы льет дщерь вьюги и мороза,

Где град летит в любое время года.

Сердца соединив, в тоске живущих порознь

Уравновесишь вновь капризную погоду.»

Кхм. Непонятки сплошные. Из всего этого бреда я поняла только одно — речь шла о Пенетрантии, самой северной части Лазуритового союза. А вот что за «темная лошадка» эта дева и как с ней связана погода — оставалось для меня полнейшей загадкой. Никаких логически осмысленных выводов из этого странного послания мой мозг категорически делать не желал. Судя по вытянувшимся лицам остальных «путешественников», им тоже ничего умного в голову не приходило.

Гулкая тишина, не нарушаемая даже утихшим за окном ветром, начинала всерьез давить на и без того натянутые нервы. Напряжение уже почти физически ощущалось в кабинете Хранителя, грозя в любой момент неконтролируемо рвануть. Обрывки мыслей перескакивали с темы на тему, как зайцы по льдинам в половодье, но ничего подходящего, способного разрядить атмосферу, в голову упорно не приходило.

— Господин Хранитель! Господин Нортон! — внезапно раздался крик где-то в конце коридора. Дверь с треском распахнулась, и в кабинет влетел магистр Пяткиник, заведующий лабораторией приграничных иллюзий.

— Вот, — произнес магистр, протягивая Хранителю на ладони какой-то овальный предмет с мигающей точкой.- Мое трехлетние исследования завершены! Вот оно — устройство для отслеживания теплокровных объектов в пространственном измерении! — с восхищенным придыханием произнес заведующий лабораторией, обращаясь к Хранителю.

— Так. Так.- пробормотал Нортон, с интересом склоняясь над ладонью Пяткиника.

— Пыль от кристалла чародейного внутри рассыпана, свойствами чудесными наделенная. Ибо не токмо отследить можно теплокровный объект, а и срочное послание телепатическое получить дозволяет. Пластина засветится, да знаки всем известные, в слова складывающиеся казать начнет. Вот токмо незадача — слабенькое устройство еще, долго энергию накапливает — от волнения переходя на свой родной диалект, с сокрушенным вздохом, чуть извиняясь, пояснил Пяткиник Хранителю. — Только на крайний случай пригодно.

— Вот и замечательно, уважаемый магистр! — произнес Хранитель, ободряюще похлопывая заведующего лабораторией по плечу, — Нам как раз таки на самый крайний случай и надо.

«Нам?» — удивилась я, все более поражаясь всем страховочным мерам, предпринимаемым Хранителем. –«Нда, видно совсем не доверяет. Опасается потерять контроль над ситуацией.»

Если бы я знала, как окажется прав ректор, то наверное только бы обрадовалась такой заботе. Но юношеский максимализм вкупе с личными амбициями одержали победу над разумными доводами. Гордо вздёрнув носик, я отделилась от группы, оживлённо обсуждавшей достоинства и недостатки экспериментального устройства, и направилась к батюшке, увлечённо что-то доказывавшему миловидной незнакомке.

И тут женщина повернулась ко мне. От изумления я даже остановилась.

Матушка?!

Надо же Похоже, бесконечные лекции, тренировки и наставления окончательно довели меня до переутомления. Иначе как объяснить, что я умудрилась не узнать собственную мать?

Рысь тут же увязалась следом за мной, всем своим видом показывая, что общество ученых мужей ей жутко наскучило. Не удержавшись, я протянула руку и почесала рысь за ухом, как Чиприка. Ответом мне послужило довольное урчание, и рысь стала ластиться ко мне, игриво подталкивая носом руку. Чиприк. Шокированный столь нахальным поведением непрошенной гостьи, зафырчал, выгнул спину и чуть было не свалился с плеча.

«Ай! Больно! — от неожиданности я вздрогнула и храбрый котенок кубарем полетел вниз. К счастью полет был коротким, и он приземлился прямо на спину рыси. Та лениво повернула голову и скосила глаза на нежданного пассажира. Чиприк, смекнув, что рысь в принципе не против его присутствия, принялся усиленно уминать передними лапками ее хребет, готовя себе место для сна.

Когда спал ажиотаж, вызванный появлением магистра Пятникика, началось нечто невообразимое. Каждый счел необходимым дать последние. «самые важные» наставления, сводившиеся к бестолковой суете и повторению уже давно озвученного. Судя по лицам окружающих, нас собирались отправить не за осколками, а как минимум спасать весь Лазуритовый Союз.

Лично мне казалось, что господин Нортон просто нарочно напускает таинственности. Всё-таки отправлять студентов в неизвестные земли — дело серьёзное. Вот он и пытается сделать вид, будто нас ждёт не путешествие, а подвиг века.

А по-моему, приключения — это же замечательно.

Когда наконец-то череда магистров, замыкаемая магистром Крапфеном, покинула кабинет Хранителя, я с облегчением вздохнула. Но как показала практика — рано радовалась.

Подошел черед наших близких. Что тут началось! Гомон стоял такой, что птичий базар по сравнению с ним был еле слышным шепотом. Каждый пытался втолковать что-то свое, попутно пытаясь замотать мне шарф на шее, натянуть шапку, а лучше всучить еще одну про запас, запихнуть в руки рюкзак с походной одеждой и непременно добавить сверху пару приличных платьев.

— Лия, платья обязательно возьми! — всплескивала руками матушка. — А вдруг тебя пригласят в приличное общество, а ты опять в этих своих штанах заявишься?

Следом в руки мне тут же совали фолианты, жезлы, амулеты и сухой паек, рассчитанный, судя по объему, на кормежку целого отделения королевской стражи в течение нескольких месяцев. Как же хорошо, что рядом были те, кто помог разобраться со всей этой кипой. Фолианты, и карты забрал Джарени, Рейник освободил меня от жезлов, амулетов и прочих неудобных вещиц, ну а Даркус. он где-то раздобыл еще одну сумку, переложил в нее часть вещей из своего рюкзака, а, а сухой паек засунул в освободившееся место в пространственный карман. Честно говоря, я подумала что даже такой карман не выдержит того объема, что в него запихивал Даркус. Но слава Великой Черепахе, все обошлось.

Нет, ну я конечно была рада тому, что меня пришло проводить все семейство. Но еще больше я радовалась, когда они наконец то ушли.

В общем, когда в кабинете Хранителя остались только мы, непосредственные виновники событий, господин Нортон и сделал свое неожиданное объявление. Он сказал, что в связи с тем, что уже упущен момент благоприятного перехода через Западные горы, будет проведена процедура искривления пространственно-временной материи, дабы Короче говоря, перекинул нас вместе со всей амуницией и спутниками в точку назначения. Точнее в Сребролистный бор в Пенетрантии.

«Ох уж эти принудительные перемещения в пространстве и времени! Неприятная скажу я вам штука! Ну это конечно сугубо личные ощущения. Посудите сами: сначала чувствуешь, как начинается процесс от кончиков пальцев на руках и ногах, затем превращаешься в сгусток света — и хлоп! Легкая тошнота, пошатывание от слабости, невозможность моментально оценить обстановку — вот только некоторые прелести такого перемещения. Правда Джарени позже сказал, что все зависит от частоты подобных телепортаций. Но это же голая теория¸, а участвовать в подобных тренировках — это без меня. пожалуйста» мне хватили и подготовки к экспедиции с участием магистров.

Первым в кольцо телепорта шагнул Рейник вместе с рысью, которую крепко держал за загривок. Джарени шагнул следом, а зим не отрывая от своего гримуара. Хорошо что хотя бы мимо не шагнул. А Даркус замешкался, потому что никак не мог перекинуть через плечо вторую сумку. Для этого ему надо было снять огромный рюкзак, перекинуть сумку через плечо и снова надеть рюкзак. Пока он возился, Чиприк, вредина такой сиганул в портал раньше меня и я запрыгнула следом, не успев испугаться за себя, потому что все мысли были об этом неугомонном хвостатом шкоднике.