Ольга Снова – Выбор повелителя (страница 10)

– Слишком? – уточнила я.

– Да. Слишком умная, слишком успешная, слишком самостоятельная.

– Слишком много зарабатываешь, – добавила Наташа.

«Слишком люблю свободу, чтобы ею жертвовать», – добавила я про себя. Слишком много «слишком». Правда, кроме слишком красивая. Вот тут случился небольшой промах. Ну и ладно. Глупо об этом горевать. Разве кот расстраивается оттого, что мыши считают его уродливым?

– И что мне теперь? Притворяться, что я дурочка какая-то?

– Нет. Просто перестать выставлять это напоказ.

– Даже не собираюсь. Мне должно быть стыдно за то, что я многого добилась? За то, что умная? Если мужчина из-за этого чувствует себя ущербным, это его проблемы, а не мои. Может, нужно было и самому чего-то в этой жизни добиваться?

Едва я произнесла эти слова, как сразу о них пожалела. Теперь девчонки точно подумают, что я имею ввиду своего бывшего. Так и есть: мои подружки озабоченно переглянулись.

– Кира, может, пора уже забыть об этом? – осторожно сказала Катя. – Не все люди такие плохие.

Неужели? А, по-моему, хороших чуть ли не единицы. Да и вообще, что значит быть хорошим? Не убивать? Не насиловать? А если при этом человек ворует и обманывает, он недостаточно плох? Но синоним слова неплохой, это слово хороший. Вот и вся арифметика. Или, скорее, грамматика.

– Девочки, я же специально так себя веду. Просто отсекаю всякую шваль ещё на подлёте.

– Это понятно, – вздохнула Наташа, – но эта твоя санитарная зона становится всё шире и шире.

– Что ж поделать – се ля ви, – сумничала я, отпив вина из бокала.

Если быть честной, то после последних отношений я утратила способность привязываться к мужчинам. Я могла с ними периодически встречаться, могла заниматься сексом, но не чувствовала к ним абсолютно ничего. Ноль. Не звонил – мне было плевать. Звонил – тоже. Мне просто наплевать на всю эту лабуду. Всё, что меня интересует – это деньги, свобода и власть. Только подружкам о таком не расскажешь.

– Я верю, что где-то в этом мире существует он самый. Тот, кто подходит мне как кусочек пазла, как инь и янь. И я его жду, – успокоила я подруг.

– А-а, вот оно что, – отозвалась Наташа. – Главное, чтобы ожидание не растянулось до самой старости, а то будешь как эти мемчики со скелетом в фате.

Я широко улыбнулась. До скелета мне ещё очень и очень далеко.

– Давай, я сделаю тебе расклад? – Наташа потянулась за сумкой.

– Наташ, мы уж выпили. Может, в другой раз? – слабо запротестовала я.

– Ничего-ничего, небольшой раскладик. Буквально на три карты, – из сумки появилась колода Таро и Наташа принялась мешать карты. – Думай об этом своём кусочке пазла.

Наташа протянула мне карточный веер. Я на пару мгновений сделала задумчивый вид, а затем одну за другой вытянула три карты. Естественно, ни о ком не думала. У меня сейчас были совершенно другие цели и желания, но раз девчонки настаивают, то пусть карты нам что-нибудь расскажут. Наташа перевернула первую из них и в этот же момент мы услышали Ромкин голос:

– Мам! Мот приехал!

Просто чудесно. Я поднялась:

– Сейчас вернусь.

Тут мой взгляд упал на открытую карту. С глянцевой картонки на меня суровым взглядом смотрело рогатое существо. Дьявол. Я прекрасно помнила его значение. Эта карта выпадала мне в разных раскладах с завидным постоянством. Зависимые отношения. Не то чтобы я в это верила, но сейчас карта вызвала у меня какое-то тягостное ощущение. Дьявол. Не ты ли мне говорил, что чертей не существует?

Глава 4. Предательство

Выйти из библиотеки я не успела. Мот меня опередил. С возмущённым видом он появился в дверях и набросился на меня с упрёками:

– То есть ты меня бросила? Не стыдно тебе? Мы же прикинулись парой, а потом ты просто уехала! А как это выглядит, подумала?!

Я пыталась жестами показать ему, чтобы он замолчал, но он упрямо оттеснил меня и зашёл в комнату. Увидев девчонок, сразу осёкся.

– Парой? – переспросила Наташа.

Катино лицо выражало не меньшее удивление.

– Пожилой врач так радовался, что мы оба почти не пострадали, так за нас переживал, что мы не стали его разубеждать, – я попыталась дать хоть какое-то объяснение.

Наташины брови скептически изогнулись, а Катя недоверчиво поджала губы.

– Привет, девчонки! – Мот напустил на себя милейший вид и с обаятельной улыбкой принялся знакомиться.

Я мысленно фыркнула. Тоже мне, Казанова из прошлого века.

– Андрей, а что это за прозвище такое – Мот? – вдруг спросила Наташа.

Смотритель растерянно моргнул, но уже в следующее мгновение снова болтал как ни в чём не бывало:

– Это детская кличка. Смешная история! Я был очень непоседливым ребёнком, и моя бабушка в шутку называла меня мотыльком. Вот отсюда и взялся Мот. Близкие друзья так до сих пор меня и называют.

Ничего себе! Кто бы мог подумать, что Смотритель горазд на разные выдумки! Однако девчонки вроде бы вполне удовлетворились этим объяснением и на их лицах заиграли приветливые улыбки.

– Что это у вас? – Мот взял карту с изображением дьявола и принялся с интересом её рассматривать.

– Мот, нельзя трогать чужие карты! – я выхватила у него картонку и бросила обратно на столик.

Сейчас Наташка тебе задаст! Я уже так и видела её недовольные глаза.

– Карты? Что это такое?

Я устремила на него свирепый взгляд. Ты идиот, что ли? Что ты треплешь всякую чушь?!

– Очень смешно, Мот! Ты такой шутник! – я спасала ситуацию, как могла. – Так, давай. Нечего тебе наши разговоры слушать. Иди к себе.

Кое-как справляясь одной рукой, вытолкала его из библиотеки, прикрыла дверь и прошипела:

– Мот! Прекрати спрашивать о том, что все знают. Это выглядит очень подозрительно!

– Откуда мне знать, что все знают, а что нет? – так же шёпотом возразил он.

– Тогда закрой рот и вообще ни о чём не спрашивай!

– Ну, ладно, – Мот пожал плечами. – Как скажешь. Лучше объясни, почему ты оставила меня в больнице? Что ты успела натворить?

– Ничего! Только если пообедать да выпить вина. Это уже тоже считается преступлением против мира?

Смотритель красноречиво поджал губы, но ничего не ответил. Ей-богу, как принцесса!

– Иди! – я ткнула его в бок.

Охнув, Мот поморщился.

– Прости-прости! – я вспомнила про аварию.

– Если бы не твоя сломанная рука, я дал бы тебе сдачи, – проворчал Смотритель, потирая больное место.

Продолжать перепалку мне не хотелось, поэтому пришлось сбавить обороты и сменить тон на примирительный:

– Иди к себе, Мот. Пожалуйста. Мы тут надолго.

Мой надоедливый гость на удивление послушно направился к лестнице и я, облегчённо вздохнув, вернулась к подругам.

– Обычный, значит? – лукаво улыбаясь, спросила Наташа. – Если это, по-твоему, обычный, то ты зажралась, подруга!

– Не заметила в нём ничего особенного, – мой голос прозвучал максимально равнодушно.

– Я тоже не сказала бы, что он обычный, – высказала своё мнение Катя. – До Гира ему, конечно, далеко, но он очень даже ничего. Около шестидесяти процентов.

Катя всех меряет по Ричарду Гиру. Шестьдесят процентов? Да Андрей Карпов, оказывается, почти что красавчик.

– Не боишься? – Наташа многозначительно кивнула на лежащие на столике карты.

Зависимые отношения. Знать бы, кто от кого будет зависеть и как. Слишком много неизвестных в этом уравнении. И из прошлого, и из настоящего.