Ольга Силаева – Своевольная невеста (страница 84)

— А — весело поприветствовал меня знакомый голос графа Холли, — герцогиня. Вас-то мыи ждали!

Мои глаза раскрылись в шоке узнавания. Но в следующий момент что-то тяжёлое обрушилось мне на голову, и наступила темнота.

 

34.

Я опфыла глаза под капанье воды. Было влажно, и я с неудовольствием почувствовала, что подол платья промок слева до самого колена. Да что ж такое-то, де я так умудрилась?

А потом я повернула голову, увидела тюремную решётку и подскочила на жёсткой скамье.

И всё вспомнила.

Меня заманили в ловушку. Я чуть не заскрипела зубами. Проклятье, меня заманили в такую простую ловушку!

Я должна была сразу отшатнуться, заорать, бежать, драться! Но я была настолько ошеломлена.

И я не взяла с собой охрану. Кейран не догадался настоять, чтобы меня сопровождала пара гвардейцев с большими кулаками и в тяжёлых ботинках. Впрочем, если уж мне устроили ловушку по всем правилам, вряд ли мой эскорт выжил бы.

Я не успела закричать — вот что самое обидное! И это значило, что мой муж, возможно, понятия не имел, что меня похитили.

А кто похитил, кстати?

Вариантов было немного. Вряд ли граф Холли действовал сам по себе. Такие, как он, всеща ищут выгоду — и, увы, находят её. А кому выгодно захватить меня в заложницы? Брайскому и королеве, больше некому.

В следующую минуту в противоположном конце коридора лязгнула решётка.

— Идите к себе, — послышался короткий приказ Брайского. — И не высовывайтесь, что бы ни услышали.

Я невольно издала нервный смешок. Кажется, пора записываться в провидицы.

Но мгновением позже мне стало не до смеха.

«Что бы ни услышали?»

Меня тут что, пытать собираются?!

Тяжёлые мужские шаги застучали по каменным плитам. Я прямо и гордо села на скамье. Ну... относительно прямо и гордо. Прямее и более гордо, чем это сдепала бы прежняя Тиса, в этом я точно была уверена.

Прежняя... ох! Я закусила губу. А ведь я смогу стать «прежней» робкой и запуганной Тисой безо всякого обратного эликсира. Это смелый Кейран может вынести пытки и спокойно смотреть в лицо своему страху. Мне вот хочется забиться под лавку и никуда не смотреть, пока за мной не прибудет кавалерия.

— Леди Тиса Дуартская, — произнёс голос герцога Брайского из-за решётки.

Я упрямо вскинула подбородок и взглянула ему в глаза.

 

—А я, кажется, забыла, как вас зовут, — проронила я. — Ах да! Вы тот самый низкий и подлый дядя, который участвовал в аресте собственного племянника. Родственные чувства в вас сильны, надо признать.

Брайский поморщился.

— Не забывайся, девочка. Я всего лишь котда-то был опекуном Гиллиана. Да, он мой племянник по браку... двоюродный, если точнее. Я не люблю останавливаться на деталях.

Ну да. Кода его подопечный был принцем-регентом или любимым младшим братцем короля, то Брайский, напротив, выпячивал их родство. А сейчас-то зачем?

Можно вообще прикинуться садовой корягой и наплести что-нибудь про троюродного дедушку.

Впрочем, какое мне до него дело? Брайский — всего лишь пешка королевы. Кейран пытался его уговорить, воззвать к совести, чувству справедливости и так далее, но ничем хорошим это не закончилось.

— Говорите, зачем пришли, — бесцветным голосом произнесла я. — Я вас слушаю.

Брайский нехорошо усмехнулся.

— Дерзишь? значит, боишься. Правильно делаешь.

Мне действительно было страшно. Здорово так страшно. Я невольно метнула взгляд влево, откуда пришёл Брайский, и это от него не укрылось.

— Сюда никто не придёт, — покачал он головой. — Никто.

Брайский наклонился к решетке.

— И никто не может тебя спасти. Кроме её величества... и об этом я как раз хотел с тобой поговорить.

— Что, пришли меня запугать, чтобы я, не дай небо, не позволила себе лишнего при королеве? — вылетело у меня изо рта.

Я мысленно прокляла свою несдержанность, но было поздно.

Глаза Брайского сузились. Кажется, я попала прямо в цель.

— Если бы я удосужился взять с собой ключ от твоей камеры, — проговорил он с ленивой угрозой, — уверяю тебя, девчонка, я бы сейчас вошёл... внутрь. Думаю, тебе бы это очень не понравилось.

Хорошая догадка. Я бы даже сказала, блестящая.

Брайский наклонился к решётке. Между нами было добрых полтора метра, но мне вдруг показалось, что он нависает прямо надо мной. Кстати, следы синяков там, где его когда-то ударил Кейран, исчезли, но лёгкая припухлость осталась.

— Не такая смелая сейчас, кода рядом с тобой нет ни охраны, ни твоего мужа? —прошипел Брайский. — Да, ты увидишься с её величеством, и если она услышит от тебя хотя бы одно... лишнее слово... — Он сделал значительную паузу. — То тебя вернут сюда и тебе предстоит несколько очень неприятных часов. Это тебе понятно?

Я молча смотрела на него.

— Хватит молчать, — резко сказал Брайский. — Ты меня поняла?

 

Проклятье, что мне делать? Я не могу робко кивнуть и согласиться. И совсем уж дерзить Брайскому не стоило: здесь и сейчас, когда я была в полной власти неведомо кого, это было просто неосмотрительно. Кроме королевы есть ‘тюремщики, в конце концов. А им можно отдать любой приказ на мой счёт: Любой …

И стоило бы напомнить Брайскому, что делать это опасно.

Я кашлянула.

— Добрый лорд герцог... пм, ваша светлость. Я сожалею, что дела между нами так напряжены, и ещё больше сожалею, что должна сделать их ещё напряженнее. Но…

м-м-м.. ваша светлость, вы помните, что сказал вам мой муж в нашей спальне, когда вы так невежливо туда ворвались его арестовывать?

Глаза Брайского сузились.

— Твой муж угрожал мне, — произнёс он сквозь зубы.

— Именно. — Леди Тиса, то есть я, невинно улыбнулась. — Заметьте, ваша светлость, я ничего не могу вам сделать. Совсем-совсем ничего! Да и зачем мне? А вот у моего мужа есть, — я с извиняющимся видом кашлянула, — армия. И он может её использовать.

Чтобы отрезать коежому некоторые ненужные части тела, например. Я с ехидством вспомнила слова мужа:

«Ты просто потеряешь некоторые части тела... навсегда. Не то, впрочем, чтобы ты их часто использовал».

Брайский побагровел. Похоже, память его тоже не подводила.

— Я помню угрозы Кейрана, — процедил он. Его пальцы вцепились в решётку, а в глазах его зажётся нехороший огонёк. — Все его угрозы. Кстати, хорошо, что напомнила, девочка: ты подала мне отличную идею. И сдаётся мне, когда я расскажу об этой идее её величеству, ты очень пожалеешь, что освежила мою память.

Я нахмурилась. О чём это он?

Бросив на меня ещё один ислепеляющий взгляд напоследок, Брайский с усилием расцепил пальцы, оттолкнулся от решётки и бросился к выходу. Я слышала, как он зовёт сторожей, кажется, я здорово его разозлила. Впрочем, это было неизбежно.

«я помню угрозы Кейрана. Все его угрозы».

Я нахмурилась. Что имел в виду Брайский, говоря, что я пожалею? Какая идея пришла ему в голову?

Впрочем, вряд ли я могу повлиять на планы её величества. Что будет то будет .

Остаётся лишь сидеть и ждать.