Ольга Шах – Горный цветок (страница 24)
- Берём вот эти образцы глины, - я накопала пару ведер этого минерала и протянула солдатам, - потом насобираем ещё несколько мешков камней. Ещё бы песок чистый и можно сказать, что я была бы полностью удовлетворена.
Ингвар только поднял глаза к небу, но промолчал. Я посмотрела на десятника, тот подумал немного, почесав голову для верности, после чего сообщил:
- Песка-то много, только тот, что вам больше бы подошёл, там, на самой границе с землями клана Лейсхен, вон, ежели смотреть отсюда, то ближе к лесу.
Лесом мужик назвал группу деревьев, пытающихся выжить на каменистой почве. Выяснив, что это совсем рядом, мы решили заодно проверить и песок. И теперь медленно двигаемся назад. Сейчас покинем ущелье, сядем на лошадей и за пару часов достигнем обещанного леса. Так и вышло, братец уже смирился с тем, что нам не суждено быстро смотаться туда и обратно, поэтому молча терпел всевозможные неудобства. Песок оказался достаточно крупным, с красноватым оттенком, очевидно, было много примесей железа. Или что ещё могло давать такой оттенок? Как бы то ни было, но его было много, а что до примесей, то кто сказал, что всё будет просто?
Глава 20
Я была удовлетворена полностью и уже хотела возвращаться, когда раздался какой-то звук, солдаты подобрались, да и братец перестал изображать мученика, сел на лошади прямо и положил руку на меч. Судя по этим приготовлениям, где-то впереди в нашу сторону двигаются люди, и они явно не местные крестьяне. Я замерла с ведром и совком, усиленно хлопая глазами. Через минуту послышался скрип тележного колеса, показалось несколько телег с брёвнами и группа солдат в качестве сопровождения.
- Здравствуй, Сигурд! – поприветствовал одного из солдат брат и прижал руку к сердцу, но при этом остался сидеть в седле.
Встречные мужчины же спешились и коротко поклонились. Если мой опыт мне не изменяет, то передо мной офицер, десятник и их солдаты. Офицер, которого брат назвал Сигурдом, мне кого-то смутно напоминал. Во всяком случае, короткие тёмные жёсткие волосы, карие глаза и твёрдый подбородок с ямочкой я уже видела. Симпатичный мужик, нечего сказать.
- Миледи, вы, быть может, не помните меня, я был представлен вам во время празднования Дня Благодати в прошлом году, потому как был в числе сопровождающих лорда Лейсхена. Ваш отец всегда устраивает грандиозные празднования и то не явилось исключением, - вежливо произнёс Сигурд и коротко улыбнулся, поклонившись.
Я тоже растянула рот в улыбке и сообщила, что конечно же, я всё помню, только вот не очень хорошо:
- Последствие черепно-мозговой травмы сложно прогнозируемы и слабо поддаются лечению, - добавила я, неуверенно смотря на молодого человека.
- Леди Камилла не так давно упала и ударилась о камни головой, - со вздохом пояснил Ингвар недоумевающему знакомцу, - слава Великому, что всё обошлось, да и с памятью больших проблем, в общем-то, нет.
Молодой человек кивнул с умным видом, как будто это объясняло многое, в очередной раз приложил руку к груди в знак уважения, и мы расстались. Солдаты, оказавшиеся людьми клана Лейсхен, продолжили путь через наши земли со своим грузом, мы покопались ещё немного на поляне с уже отцветшими цветами, которые местные называют горными за их красоту и неприхотливость, и решили вернуться домой.
Наши ребята и дорогой братец заметно повеселели, очевидно, что им тоже осточертело таскаться по камням, валунам и узким тропинкам в поисках неизвестно каких сокровищ. Я снова тихонько трюхала позади, вспоминая детали прошедшей встречи. Теперь я уже не сомневалась в том, что тот парень, офицер из встреченного отряда, не кто иной, как сын Торрена Лейсхена. Однако, в качестве гостя на недавнюю официальную встречу приглашён не был. Более того, я отлично запомнила бледного и вялого юношу – ещё одного сына лорда Торрена. Вроде как, единственного. А теперь выходит, что это не совсем так? Ну да, только вот мой братец не удосужился слезть с коня во время приветствия, а тот просто назвал своё имя, без непременного упоминания имени клана, а с другой стороны – парень вёл себя с Ингваром совершенно свободно, командовал солдатами с уверенностью человека, имеющего на это право. Одним словом, как сказали в «Гардемаринах»: «Князь-то князь, только с одного бока…». Ага, дедуктивный метод господина Шерлока Холмса в действии.
Я приблизилась к брату и не знала, как лучше у него спросить об этом Сигурде. Очевидно, что Ингвар смог что-то прочесть по выражению моего лица, потому что, пожав плечами, спокойно сказал:
- Ты не хуже меня знаешь, дорогая сестрица, что тут, в горах, менее предвзятое отношение к бастардам. Был бы воин хороший и смог постоять за свой клан. И, отвечая на твой вопрос: нет, меня не унижает знакомство с Сигурдом.
- То есть, он хороший воин? – уточнила я.
- Да, солдаты Лейсхена очень уважают его, невзирая на молодой возраст. Начинал с простого десятника, а теперь командует всеми солдатами клана.
Едущий рядом солдат небрежно помахал рукой, мол, было бы у них кем командовать! Так, мелочь одна, и слова доброго не стоят, только и могут, что заниматься разбоями да грабежами, да вот леса свои обдирать потихоньку. Не то, что у нас – самого сильного клана во всей Нортмандии и прилегающих земель радиусе до пятисот километров!
Я хотела было восхититься потрясающей карьере молодого человека, но мы прибыли домой и возле крыльца уже тусовался мой супруг, чей горящий интересом взгляд никак не вязался с равнодушным выражением лица. Ясно же, что ему было жутко интересно, что я добыла в своей экспедиции. Полагаю, если бы он имел возможность, то отправился бы с нами, невзирая на свою увечность.
Родитель же, увидев нас, не выразил особой радости, только попросил иметь подобающий вид во время ужина. Я не нашлась, что сказать на это, и только кивнула головой. Впрочем, папенька в чём-то был прав, я поспешила в комнаты, которые мы временно занимали, и совершенно выбросила из головы ту встречу возле границы с кланом Лейсхен.
До самих же образцов я добралась только на следующий день, решив провести полевые, так сказать, испытания. Первым делом я сунула нос в вёдра, в которые мы собрали образцы речного песка, тщательно просеяла его с помощью сита для муки, убрав мельчайшую грязь, кусочки растительности и каких-то ракушек. Причём, заняло у меня всё это порядком времени, конечно. Затем настала очередь глины и небольших кусочков камней, то есть песчаника. Но и тут у меня было решение – песчаник достаточно мягкий камень, как я помню, он состоит из каких-то ракушек и обнаруживается в тех местах, где раньше было море. То есть, на месте этих гор когда-то был океан? Я наморщила мозги, но единственное, что смогла вспомнить из палеологии, были слова: «Гондвана и Лавразия». Господи, какая ерунда всё же приходит мне в голову!
Я устало откинулась на спинке стула и бросила хмурый взгляд на ручную мельницу, на которой я перемалывала камни. Выглядела она не совсем привычным образом, да и вешала целый пуд, не меньше. Ручная мельница была торжественно вручена мне сегодня с утра нашим экономом вместе с душевной просьбой не сломать нужные предметы быта. Да, такую, пожалуй, можно сломать только в одном случае – если уронить с большой высоты вниз. И то, не факт… мельница представляла из себя два каменных круга с ручкой и регулируемым зазором между кругами. Ручку крутишь, мельница истирает потребное тебе между жерновами, а порошок, в моём случае мелке гранулы, по особому жёлобу ссыпаются вниз. Простая конструкция, которая не требует доработок, что тут скажешь…
Супруг, который просто не выносил того факта, что какой-то кипишь происходит без его непосредственного участия, забрёл в закуток, где я занималась научно-прикладной деятельностью, после чего мягко забрал у меня мельницу со словами, что никто, кроме него, не способен на то, чтобы столь качественно и быстро перетирать камни. Сколько он их истёр за свою жизнь – не счесть! И за каждую партию ничего, кроме благодарностей и хвалебных грамот, не получал.
Я движением руки остановила хвастливую речь Маркаса и вытащила глиняную миску, в которую ссыпался полученный порошок. На выходе у нас получилась знакомая любому советскому человеку чуть сероватого цвета известь.
- Это то, что тебе было нужно, Ками? – спросил Маркас, который не мог не сунуть нос и осмотреть получаемый продукт.
После моего согласного кивка он горделиво усмехнулся, мол, он другого и не ожидал. Но это было ещё не всё – сама по себе извёстка была для меня не столь интересна, как бетон. Точные пропорции мне были, конечно же, не известны, поэтому я пользовалась старым советским методом – «на глазок». Да и потом, недостатка во времени или образцах у меня не было, можно продолжать эксперименты. В большое корыто, которое я позаимствовала у плотника, мы высыпали немного сухой глины и толчёного известняка, добавили воды.
Я долго смотрела в получившееся месиво и не могла определить, насколько то, что я вижу в корыте, соответствует желаемым показателям. Затем плюнула и попросила Маркаса добавить песка и опять же, не была уверена в полученном результате.
- Ты слишком критически относишься к себе, дорогая! – подмигнул мне супруг, подумал немного и заявил, что этой серой каше не помешает ещё пара ингредиентов.