Ольга Серж – Демоны спасения: чертоги отражений (страница 7)

Не может быть.

Я лихорадочно пролистала дальше:

"3 ноября. Сон повторился. На этот раз "другая я" что-то говорила, но я не слышала слов. Проснулась в холодном поту. Мама говорит, что это стресс перед экзаменами, но…"

Последняя запись была сделана три дня назад:

"Сегодня в библиотеке нашла старую книгу о зеркалах. Там был рисунок точно, как в моих снах. Должна узнать больше. Если это не бред, то…"

На полях – небрежный набросок: зеркало с трещиной в форме молнии.

Точно, как в Чертогах Отражений.

Я вскочила, опрокинув стул.

Алиса что-то знала. Возможно, даже чувствовала этот мир.

А значит…

…где-то здесь есть ключ.

Время в комнате текло медленно, словно густой мед, и я наконец осознала – сидеть в четырех стенах, перебирая чужие вещи, бесполезно. Мне нужен был настоящий мир – его звуки, запахи, опасности. Тот мир, в котором мне предстояло выжить.

Я натянула легкую куртку (оказалось, она висела на крючке за дверью) и, впервые за этот странный день, вышла на улицу.

Город встретил меня шумом и движением.

Воздух – прохладный, с примесью выхлопных газов, жареных каштанов и чего-то цветущего.

Звуки – гул машин, смех где-то за спиной, далекая музыка из кафе.

Люди – они везде. Спешащие, разговаривающие, живущие своей жизнью.

Я замерла на тротуаре, чувствуя, как ветер играет моими волосами. Он был живым, этим ветер – не таким, как в моем мире, где даже воздух подчинялся воле сильнейших.

Свобода.

Это чувство обрушилось на меня неожиданно.

Никто здесь не знает, кто я. Никто не кланяется, не шепчется за спиной, не ждет, что я сожгу их взглядом за малейшую оплошность.

Я – никто.

И это было… восхитительно.

И эта первая прогулка превратилась в исследование.

Магазины с яркими вывесками, где люди покупали еду, одежду, безделушки. (Зачем им столько вещей?)

Кафе, где пары сидели за столиками, смеялись, целовались. (Так открыто? Без охраны? Без политики?)

Парк с детьми, бегающими по траве. (Их не учат сражаться? Не тренируют выносливость?)

Я шла, впитывая каждую деталь, каждую невероятную мелочь этого мира.

Но затем…

Первая опасность.

Мужчина в темной куртке (слишком теплой для этого дня) резко свернул в мою сторону. Его глаза скользнули по мне – оценивающе.

Он что-то заподозрил?

Я инстинктивно приготовилась к атаке – но руки были пусты. Ни кинжала, ни маны, ни даже тени, чтобы скрыться.

– Эй, красотка. – Он ухмыльнулся, показывая желтые зубы. – Ты тут одна?

Мое сердце забилось чаще. Но не от страха.

От ярости.

Он осмелился.

Я медленно повернулась к нему, улыбнулась (как в том учебнике – губы напряжены, глаза холодные) и сказала тихо, четко:

– Если ты не исчезнешь в следующие три секунды, твоя мать будет оплакивать то, что от тебя останется.

Его лицо исказилось.

– Да ты…

– Один.

Я сделала шаг вперед.

– Два.

Его зрачки расширились.

– Ты сумасшедшая! – Он резко отпрянул и зашагал прочь, оглядываясь через плечо.

Я рассмеялась.

Они боятся даже без магии.

День только начинался, а я уже чувствовала азарт, как будто играла в игру, где ставка, моя жизнь.

Пока я наслаждаюсь этой свободой.

Я зашла в кафе (как это делала настоящая Алиса?), заказала капучино (что бы это ни было) и села у окна.

За соседним столиком девушка с розовыми волосами что-то быстро печатала в телефоне.

Напротив – пожилая пара делила кусок пирога.

А за стеклом…

За стеклом отражалась я – чужая, но уже не совсем.

Кофе оказался горьким и обжигающе горячим. Я только-только поднесла чашку к губам, когда дверь кафе распахнулась с веселым звоном колокольчика.

– Алиска! Вот ты где!

Голос – звонкий, чуть визгливый – прорезал шум кофейни. Я медленно повернула голову и увидела их:

Трое девушек, одетых в яркие куртки и джинсы с искусственными порезами.

Первая (та, что крикнула) – рыжая, с веснушками и розовыми наушниками на шее.

Вторая – высокая брюнетка, с модным маникюром и холодным взглядом.

Третья – маленькая, с синими прядями в волосах, нервно теребящая брелок.

Подруги Алисы.

Мои пальцы непроизвольно сжали чашку.

Рыжая уже мчалась ко мне, размахивая руками: