Ольга Семенова – Исчезнувший клад (страница 17)

Атаман-убийца еще немного постоял возле места, где был закопан сундук, потом повернулся и, даже не посмотрев на свои жертвы, исчез в тумане.

Прокофий сидел, привалившись к стене, ни жив, ни мертв, он не смел ни пошевелиться, ни глубоко вдохнуть. Неизвестно сколько прошло времени, только вдруг он стал замечать, что в пещере как-то посветлело — это снова загорелась лампа. Мужчина оглянулся — грот выглядел как обычно, туман исчез, у противоположной стены так и лежали четыре скелета. Прокофий посмотрел вниз на свои руки и понял, что он сжимает в них нож. Но на этот раз Прокофий уже знал, где зарыт сундук. Он решительно взялся за лопату.

Глава 6

60-е годы

XX

века, город Касли

Касли тем и хороши: по какой улице ни пойдешь до конца, обязательно упрешься в какое-нибудь озеро. В этот чудесный воскресный день Екатерина и Сабира оказались на берегу Больших Каслей. Берега озера раскинулись рядом с крайними домами улиц. Жители городка любили приходить туда отдыхать, и выполнить какие-нибудь домашние дела. Тут тебе и невысокие деревянные подмостки для того, чтобы подойти поближе и набрать воды, отполоскать белье, постирать половики, да мало ли что надо сделать по хозяйству. Чуть дальше, правее и левее, как твоя душа пожелает, песчаные с мелкими камешками пляжи.

Запах воды и свежей рыбы приятно щекочет ноздри, громко кричат чайки, птицы летают над водой рядом с берегом — вдруг что-то перепадет. Каслинские хозяйки часто чистят рыбу прямо на берегу, для этого приспособлены небольшие удобные подмостки, специально отведенные для такого трудоемкого дела. Озер вокруг много, и рыба, конечно, там водится. Хозяйка еще не успевает рыбу почистить, а птицы уже склевали все рыбьи потроха.

Если ты пришел искупаться, конечно, надо немножко погреться на берегу, ведь вода в озерах все равно холодная. А вот когда ты прокалился на солнышке и так нагрелся, что сил терпеть больше нет, тогда надо срочно бежать в воду. У берегов озеро неглубокое, дно пологое, и заходишь туда постепенно: сначала по колено, потом по пояс, смотря, как умеешь плавать.

Катерина очень гордилась тем, что она все-таки смогла когда-то научиться плавать именно в озерной воде. В морской-то воде плавать все умеют, там вода сама держит, не утонешь. А вот в озере и в реке плавать сложно, особенно учиться. Сначала Катя мужественно заходила в воду по грудь и делала вид, что плавает, а на самом деле она просто прыгала на одной ноге по дну. У нее никак не хватало смелости лечь на воду и довериться ей. Отец долго и безуспешно убеждал Катю в том, что вода будет сама ее держать, все было бесполезно.

— Я тебя держу, плыви вперед, — настаивал он. — Работай руками!

— Я боюсь…. — всхлипывала маленькая Катюшка. — Ты меня отпустишь!

— Руками двигай, как я тебя учил, — сердился отец. — Учись сразу плавать по-настоящему, а не по-собачьи.

— Руками я еще могу, а ногами боюсь, — со всхлипами объясняла начинающая «пловчиха», соскакивая с надежных ладоней отца и с удовольствием вставая обеими ногами на дно.

— Ноги тоже должны работать по схеме, — терпеливо учили ее. — Бултыхаешься как щенок, смешно смотреть.

Вот это «смешно» и заставило Катерину разозлиться и оттолкнуться от дна самостоятельно и заработать одновременно руками и ногами. Ура, получилось! Девчонка вдруг почувствовала необыкновенную легкость и свободу, вода действительно держала ее и совсем не пугала. С тех пор она часто ходила на озеро плавать.

Местные мальчишки учились плавать совсем по-другому. Старшие пацаны бросали младших с мостков в воду у берега, страховали их по мере сил, но зато малыши уже умели держаться на воде через пару дней, а через неделю плавали как рыбы в воде.

Но до Сабиры в плавании Катерине было очень далеко. Детство Сабиры прошло в большом городе, но она ходила в плавательную секцию, куда ее еще в детстве записала мама, так что обе девушки могли наслаждаться озером и плаванием.

Они плавали с удовольствием, но далеко не заплывали, их отпугивали лодки и моторки, которых было очень много на озере в воскресный день. Моторки сновали мимо довольно часто, а лодки пугали девчонок своими широкими взмахами весел. Но у Сабиры была еще одна причина не заплывать далеко: у нее в кармане платья лежали найденные в старом доме четки. Они дожидались ее на берегу, и она боялась, что если уплывет далеко и надолго, то когда вернется, четок уже не будет. Конечно, когда Катерина и Сабира, накупавшись и вволю наплававшись, вернулись из воды на берег, четки ждали их в кармане платья. В те годы люди даже дома свои не запирали, ключи оставляли под ковриком или у подворотни, и вообще не помышляли о воровстве.

— Достань еще четки, я хочу посмотреть на них, — попросила Катерина подругу.

Сабира достала четки, и девушки еще раз внимательно их рассмотрели. Бусин в четках было ровно сто восемь, девушки пересчитали их несколько раз, в ярких солнечных лучах они светились своим теплым светом, и, казалось, от них исходят теплые лучики. Хотелось все время держать их в руках и перебирать каждую бусинку.

— Какие они теплые, так и не хочется с ними расставаться, — сказала Сабира и с сожалением убрала их в карман платья. — Может, уже будем собираться домой?

— Да, мы тут долго купаемся. Бабушка нас, наверно, ждет, — согласилась подруга.

Девушки быстро собрали свои вещи и направились в сторону дома.

Погода благоприятствовала их неспешной прогулке. С утра было жарковато для августовского дня, после обеда стало парить, и подруги даже боялись, как бы не началась гроза, но тучи походили-походили, да и их разогнало ветром.

Катерина и Сабира шли домой не спеша, они чувствовали небольшую вину перед Таисьей Кирилловной за то, что нарушили ее наказ не ходить в дом у кладбища. Но как же можно было удержаться?

«Все-таки зря Сабира взяла четки, — думалось Катерине, — надо бы их обратно положить, вдруг хозяева дома хватятся, и подумают, что их ограбили».

«Какой странный мужичок был на чердаке, — думала в это время Сабира. — И так странно он исчез, как будто его и не было, да ведь и ребята его не видели. Как же он мимо них-то прошел?»

Посещение таинственного и запретного дома не выходило из головы у обеих подружек, они постоянно возвращались к нему в своих мыслях и разговорах.

— Знаешь, я почему-то боюсь, как бы твоя бабушка не узнала про наш поход, — неожиданно прервала молчание Сабира. — Я бы не хотела, чтобы она на нас рассердилась.

— Да откуда она узнает? — отмахнулась Катерина. — Мы же ей сами не скажем, и Валентина не должна проговориться.

— Хорошо бы и Константина с Сергеем предупредить, чтобы они не проговорились, — предложила Сабира. — На всякий случай. — Она снова незаметно в кармане потрогала руками четки, чтобы убедиться, что с ними все в порядке.

— Предупредим, — успокоила подругу Катя. — Если, конечно, не забудем, — добавила она самокритично.

Так незаметно, спустившись по косогору, они оказались возле Катиного дома. Последние шаги были особенно приятными, девушки шли по мягкой зеленой лужайке босиком, сняв свои летние босоножки на каблучке. Лица и руки подружек после долгого пребывания на солнце у воды подрумянились и выглядели загоревшими.

Катерина шла немного впереди, она первая открыла ворота своего дома, зашла внутрь и оторопела. На крыльце их поджидала Таисья Кирилловна, и вид ее не предвещал подружкам ничего хорошего. Катя редко видела такой свою любимую бабушку.

— Все, что вы оттуда взяли, надо обязательно вернуть на место, — с места в карьер начала бабушка. — Причем сделать это надо прямо сегодня, и хорошо бы до заката солнца, а он не за горами.

— Бабушка, ты про что? — попыталась Катя ввести в заблуждение бабушку.

Сабира помалкивала, она лишь бессознательно схватилась за карман, в котором лежали четки. Таисья Кирилловна не могла их видеть, потому что карман был глубоким по последней моде. Однако та обвиняюще уставилась на Сабиру и строго сказала:

— Давай-ка доставай и показывай свою находку. Как тебе только в голову пришло их забрать?

— Ну, само собой получилось, — пробормотала Сабира. — Таисья Кирилловна, они такие красивые, я бы их потом обратно отнесла.

— Не тобой положено, не тебе и брать их! — отрезала Таисья. — Покажи-ка мне их.

Сабира хоть, в отличие от Катерины, подсознательно и готовилась к такому повороту событий, все равно была сражена словами хозяйки дома. Она не могла ее ослушаться и медленно достала из кармана четки. За день она столько раз внимательно рассматривала их, что ей казалось, она может описать каждую из ста восьми бусин. Сабира чувствовала необъяснимое притяжение к этим четкам, они как будто чем-то манили ее, завораживали, за короткое время, пока четки были у нее, она так привыкла к ним, что не представляла, как можно с ними расстаться.

— Зачем вы их взяли? — настойчиво спросила Таисья Кирилловна.

— Бабушка, ты-то откуда знаешь про них? Мы же с утра с тобой не виделись! — с удивлением воскликнула Катя. Она подумала, что в заброшенный дом неожиданно вернулись хозяева, обнаружили пропажу и подумали на них, потому что кто-то из соседей видел, как они с парнями заходили в дом. Кате стало очень неудобно, и она виновато сказала: — Мы вернем все на место, мы вообще не хотели их брать, как-то само получилось.