Ольга Савельева – Симфония добра (страница 2)

– Мне кажется, – и дальше следовал длинный, витиеватый монолог парня.

Игорь – аналитик и прагматик по своему мировоззрению, всегда находил факты, опровергающие речь Влада. Завязывалась дискуссия, иногда переходящая в спор. Ребята даже придумали игру «Аргументы и факты».

– Разубедите меня. Я никак не понимаю Кузнецова. Неужели он такой слабохарактерный, что попал под влияние Журбина? Своя голова должна быть на плечах! – дискутировал Соболевский.

– Если бы он был слабохарактерным, разве бросился бы защищать девчонку? – возражал Игорь.

Алина только что прочитала роман под названием «Саундтрек в тональности «Мечта» и была согласна с мнением Вознесенского: «Плохой человек никогда не встанет на защиту слабого».

                                    ***

– Мам, я пришел! – известил о своем прибытии Влад Соболевский.

Он небрежно бросил на пол заляпанный грязью рюкзак и пакет со второй обувью. Повесил на плечики промокшую куртку. Маленькие лужицы от кроссовок растекались по чистому полу коттеджа.

– Я отцу звонил, хотел, чтобы он забрал меня из школы искусств. Не дозвонился. «Абонент недоступен», – передразнивая механический голос телефона, сказал парень.

– Теперь весь мокрый. Хоть выжимай. Мы с ребятами пока добежали, все до нитки промокли. Я домой свернул, а Игореха пошел Алинку провожать. У нее голова сильно болела. Она снова вся бледная, – тараторил, не меняя интонаций, Соболевский.

– Мы же ближе живем. Зашли бы к нам, переждали дождь, а потом разошлись бы по домам, – предложила Соболевская.

Ей сталь жаль эту тоненькую, бледную девочку, бегущую под проливным дождем.

Софья хорошо знала маму Алины – Валентину Константиновну. Знала, как та тянется из последних сил, стараясь обеспечить дочери достойное образование.

В своей комнате Влад снял с себя мокрую одежду, облачился во все сухое, завалился на кровать.

– Мать, есть что перекусить? Сегодня в школе такую невкуснятину давали, что есть невозможно. Голодный целый день ходил, – потребительски обратился он к матери.

– И не мать, а мама, – поправила сына Софья Михайловна. – Ты прекрасно знаешь, что мне не нравится, когда ты меня так называешь! Марш в гостиную. Все уже давно готово.

Чмокнув Софью Михайловну в щеку, Влад отправился в гостиную, где его ожидал ужин.

– Первое, второе и компот, – пошутил парень, уплетая за обе щеки наваристый, ярко-красный борщ с чесночными булочками.

***

Мама Игоря Вознесенского – Татьяна Ивановна, работала медицинской сестрой в детской поликлинике. На врачебном приеме, она старательно заполняла медицинские карточки больных детей, выписывала рецепты с лекарствами, которые назначал врач – невролог.

Оторвавшись от компьютера, Татьяна Ивановна посмотрела в окно.

– Осень, опять эта осень. Так быстро отпуск пролетел. Скоро дождь пойдет, – подумала женщина. – Игорек надел куртку или нет?

В подтверждение ее мыслей за окном загремел гром. Косые потоки дождя прерывал и колыхал сильный ветер.

– Сегодня штормовое предупреждение было – дождь и сильные порывы ветра, – будто подслушав невеселые мысли женщины, сказал невролог.

С правильной речью врача нельзя было не согласиться. Это они, взрослые, все понимают. А подростки разве слышат мать? Юношеский максимализм сына всегда удивлял женщину. Если Игорь что-то задумает, то обязательно сделает. Утром она сто раз повторила, чтобы тот, собираясь в школу, взял теплую куртку. Но Игорь упорно доказывал всем окружающим, что у него крепкое здоровье. Он, действительно, обливался по утрам холодной водой и пренебрегал теплыми вещами.

– Что ты меня, как малыша кутаешь постоянно? Мне шестнадцать скоро исполнится, – сопротивлялся Вознесенский.

– Какая разница сколько тебе лет. Беречься надо. Мы на Севере живем. Здесь погода меняется каждые пять минут, – отвечала мать.

Такие разногласия происходили в семье постоянно, особенно зимой. Игорь категорически отказывался от перчаток и теплых шапок. Сегодня, естественно, парень также не собирался надевать верхнюю одежду и злополучная курточка осталась висеть в шкафу.

Татьяна Ивановна вышла в больничный коридор. Она достала телефон и приготовила гневную речь, но передумала его ругать.

– Ты не промок? – коротко спросила она.

– Мы с Алиной уже бежим домой. Промокли, конечно. Вечером будешь меня воспитывать, – сказал Игорь и отключился.

Врать матери было бесполезно. Естественно, они промокли и намочили ноги. Да и кто бы остался сухим, если хлещет дождь, сопровождаемый раскатами грома. Весь город превратился в Венецию!

2 глава

В этот дождливый, промозглый осенний вечер Софья Соболевская, так же как и сын, тщетно пыталась дозвониться мужу. Влад уже и забыл, что «абонент не доступен», поужинал и занялся своими делами, а вот Софья Михайловна не находила себе места. Она знала, что ненастная погода и гроза не являлись настоящей причиной отсутствия абонента в сети. Такие моменты стали все чаще и чаще происходить в их семейной жизни, в любую погоду и в любое время суток.

Отец Влада, Леонид Яковлевич Соболевский – спортивного телосложения, высокий, статный и уверенный в себе мужчина. Настоящий трудоголик, для которого работа – главный смысл жизни.

Когда Лёне было десять лет, мальчик уже понимал, чем он будет заниматься, когда вырастет. Смотрел, наблюдал за отцом, за его умелыми и ловкими движениями в столярной мастерской. А в шестнадцать лет он сам начал активно участвовать в бизнесе отца: пилил, строгал, чинил предметы из дерева. Умело пользовался инструментами столярного цеха.

Небольшая мастерская, организованная отцом Лёни Соболевского в 90-х годах прошлого столетия, стабильно приносила высокий доход. Отец был мастером на все руки: дом сам построил, изготовил мебель, даже игрушки детям и внукам из дерева вырезал. О золотых руках замечательного столярного мастера Якова заговорил весь город.

Первым заказом для Лёни стал ремонт стойки обувного магазина друзей отца. Деньги предложили хорошие. Когда через день стойка была готова, и Лёня получил свой заработок, ему в голову пришла отличная идея – почему бы не сконструировать универсальные стойки под товар, сделать этакие удобные, деревянные стеллажи.

В то время знакомые отца начали открывать маленькие ларьки и магазины. Дальше «сарафанное радио» сделало свое дело – через пару месяцев Леонид получил крупный заказ на двадцать восемь стеллажей для хозяина семи контейнеров с шубами и обувью. А осенью поступила заявка на изготовление стеллажей для нового магазина парфюмерии и косметики. Идеи и бизнес – планы по изготовлению изделий из дерева множились в голове Леонида, но отец принял решение отправить сына учиться в строительный институт города Тюмень, чтобы получить высшее образование.

– Надо учиться – говорил Яков Соболевский. – Наступает новое время. Необходимо быть на «плаву». Уметь делать руками – это одно, а умело продать на рынке – это другое. Менеджмент закончишь – потом строгай, пили, если хочешь, а сейчас за учебниками посиди. Деньги – не вопрос, пока я при деле – пробьемся!

И Лёня на некоторое время оставил столярку.

В институте предпринимательская жилка Леонида не угасала. Уж если она есть, то спокойно человеку не живется. В насыщенной институтской жизни, Леонид успевал подрабатывать в предвыборной агитационной кампании – ходил по квартирам жильцов многоквартирных домов с агитацией за того или иного кандидата от партии. В одном из таких походов, на пороге квартиры Казанцевых возник красивый, высокий парень. Он так широко и приветливо и заразительно улыбался, что девушке ничего не оставалось, как так же широко и приветливо улыбнуться ему в ответ.

агитационной бригаде, он познакомился с Софьей Казанцевой. Леонид учился на 4 курсе института, а Соня заканчивала второй курс музыкального училища по классу фортепиано.

– Футболка и кепка со смешной агитационной символикой, – отметила для себя Соня. – Но джинсы и обувь! Такие есть не у каждого!

Лёня протараторил какую-то предвыборную агитационную речь. Убеждал Сониных родителей, что только эта партия и кандидат, фамилию которого уже не помнят ни он, ни Соня, достойны внимания и голосов избирателей.

Вдруг девушка спросила: «Как можно устроиться на подработку в агитационную бригаду?»

– Очень просто! – ответил ей Леонид.

С этого момента их дружба, а за тем и роман стремительно закрутились вверх по спирали! Через полгода они сыграли свадьбу. А еще через девять месяцев у них родился Владик! Учебу в училище Софья оставила.

– Главное, удачно выйти замуж! – считала она.

Сначала молодая семья жила с родителями Сони, но свободолюбивый дух и тяга к предпринимательству в сфере деревообработки тянули Леонида домой, в столярку. Тем более, что здоровье отца серьезно пошатнулось и помощь сына была необходима. Северный климат и тяжелый труд сказались на работе позвоночника Якова Соболевского. Приходилось пользоваться только наемным персоналом, а за ним нужен был глаз да глаз.

– Воруют и пьют! – жаловался он сыну. – Приезжай. Помощь нужна!

Софье идея переезда на Север не очень нравилась, но перечить мужу она не стала и согласилась. Огромным аргументом в пользу переезда для нее послужила перспектива безбедной жизни и возможность быть домохозяйкой. Ей не хотелось работать «на дядю». Прагматичная Софья выбрала для себя то, о чем мечтала, и теперь пожинала плоды судьбы домохозяйки: готовить еду, убирать дом, растить детей, ждать с работы мужа.