Ольга Рузанова – Не верь мне (страница 7)
Не то от вина, не то от пережитого во рту сухо, как в Сахаре. И кончики ушей горят, как обоженные.
– Ничего страшного не случилось, поняла?...
– Конечно... я вообще даже не до конца проснулась, – вру, заикаясь, – Даже не поняла, что произошло.
– Хрень произошла, – бросает он, включая чайник, – Меньше пить надо...
Я давлю нервный смешок и решаю не перечить – Паша–то всего два глотка вина выпил.
– Больше не пью.
– И не ночуешь у меня.
А вот тут обидно. Подавившись глотком воздуха, я уставляюсь в его спину. Меня депортируют?
– Даже если больше не подойду к двери твоей спальни, когда ты там спишь?
Он наливает воды в стакан и ставит передо мной на стол.
– Хватит, Коть... не маленькие уже.
– В смысле?... – не верю своим ушам, – Какая разница, маленькие или нет?... Мы должны перестать дружить, потому что... что?...
– Я не говорил, что мы должны перестать дружить, Катя! Но ты у своей сестры ночуешь реже, чем у меня!...
– И что?! Я тебя стесняю?... Надоедаю?!
Его взгляд как удар хлыстом по лицу. Обжигает до рези в глазах.
Мать твою, что я несу?!... После того, что было!... Конечно, стесняю и надоедаю! Это же ненормально!
– Ты же знаешь, что этого больше не повторится... Немного занесло.
– Знаю, – говорит, отлично сохраняя самообладание, в отличие от меня, – Косякнули... с кем не бывает?
– И это никак не повлияет на наши отношения, да?
– Разумеется.
– И вспоминать мы об этом не будем.
– Зачем?...
– Правильно. Незачем, – глотаю воду из стакана и собираю языком капли с губ, – Ты для меня был и остаешься лучшим другом.
Вкус лучшего друга все ещё у меня во рту, но я клянусь себе забыть о нем уже завтра утром. Паша прав, не случилось ничего непоправимого, мы сумели остановиться и статус наших отношений сохранить тоже сумеем.
Облегченно выдохнув, я залезаю на барный стул и подпираю подбородок кулаком. Ещё немного, и я смогу шутить на эту тему.
– Разнополые друзья не спят в одной кровати, Котя, поэтому...
– Да не подойду я больше к твоей кровати! – восклицаю со смехом, – Обещаю!... Даже если ты меня умолять будешь.
– Точно не буду, – хмыкает он, – С тобой опасно связываться.
Закинув голову, я весело хохочу.
– Клянусь не посягать на честь твою и твоей кровати!... А ты пообещай, что никому не расскажешь, как я чуть тебя не обесчестила.
– Нечем хвастать, – посмеивается Паша, заваривая чай, – Забыли.
– Иначе твои фанатки вывезут меня из города и прикопают в лесу.
Мне действительно становится легче, и это полностью Пашина заслуга. Если бы не он, я сама себя закопала бы живьем.
– Поэтому тебе и стоит перестать у меня ночевать...
Нет, не могу принять. Чувствую отторжение, но все равно продолжаю улыбаться.
– Из–за твоих подружек?
– Из–за них тоже, – отпивает чай, глядя на меня поверх края чашки.
– Блин... Только не говори, что это случилось... потому что сегодня на моем месте должна была быть кто–то из них...
– Не утрируй. Но мне и правда часто приходится подстраивать под тебя свои планы...
– Ладно, – поднимаю обе ладони, – Я поняла.
– Поняла?... И не обижаешься?
– Не обижаюсь, – отмахиваюсь легко, – Ты взрослый мальчик и тебе нужно...
– Да... Давай уже взрослеть, Катя.
Глава 6
Катя
– Кстати... – вспомнив, поднимаю вверх указательный палец, – Ещё пару месяцев назад мне Таня говорила, что видела, как Авдеенко к Андрею в машину садится. Я не поверила, потому что доверяла ему! А он клялся, что такого не было!. В итоге я поругалась с Таней и чуть не поругалась с Евой, которая сказала, чтобы я не очень–то доверяла Николаеву!
– Думаешь, он уже тогда с ней встречался?...
– В том–то и дело, Паш, что я не знаю, – продолжаю мыслить логически, не давая волю эмоциям, – Возможно, она клеилась к нему, но он первое время сопротивлялся...
– Может быть, – кивает Паша, глядя исключительно на дорогу.
– Ну знаешь... преследовала его. Приставала с переписками... и все такое...
Я трещу как сорока. Озвучиваю все, что приходит в голову, лишь бы не молчать. Кажется, у меня развивается паранойя – каждая секунда тишины вбивает между нами клин. И нет, скорее всего, это не так, а всего лишь мое накрученное до предела воображение, но заставить себя заткнуться я не могу.
– Думаешь, это она виновата?...
– Ага... – хмыкаю, постучав пальцем по своему виску, – Если верить тому, что пишет Андрей...
– Ты с ним переписывалась?
– Я ничего ему не отвечала, но он продолжает посылать мне простыни, – отвечаю быстро, – Так вот... если верить Андрею, то эта сучка ему просто прохода не давала! Вешалась и таскалась за ним повсюду, и даже знаешь, что?...
– Что? – спрашивает, ловко входя в поворот на сложном перекрестке.
– Говорила про меня гадости! Говорила, что я его обманываю и что у меня есть кто–то помимо него...
– Даже так?
Обычно моя болтовня Пашу раздражает, но сегодня он невозмутим как Будда, и это почему–то пугает. Чисто интуитивно я хочу, чтобы он вел себя как прежде.
– Да!... Представляешь?... Вот же сука!
– Но ты же понимаешь, что сейчас твой Андрей скажет что угодно, лишь бы ты поверила ему? – бросает на меня косой взгляд.
– Конечно, понимаю! И не собираюсь снимать с него вины!... Он обманул меня!
– Если простишь на этот раз, то, поверь, будет следующий...
– Я знаю.
– Люди ведут себя с нами ровно так, как мы это позволяем, – проговаривает Паша негромким вкрадчивым голосом.