Ольга Романовская – Яду, светлейший? (страница 33)

Вместо ответа Рута плюнула мне под ноги.

– И тебе не хворать! – ответила ей издевательской улыбкой.

А на что ты рассчитывала, когда подошла излить душу?

– Прекрасно! – потер ладони Линас и засучил рукава. – Придется применить к вам методы иного воздействия. Госпожа Томаско, – неожиданно обратился он ко мне, – вам знакомы эти растения?

Инквизитор обвел рукой полки.

Ответила осторожно:

– Некоторые.

– Тогда выберите что-нибудь на ваш вкус и приготовьте для нашей гостеприимной хозяйки. Надо же отблагодарить ее за кофе.

Рута побледнела, дернулась; на покрытой синяками шее запульсировала жилка.

– Вы… Вы не имеете права!

Видя, что я колеблюсь, Линас повысил голос:

– Госпожа Томаско, делайте! Это приказ.

Ладно, видно, судьба моя – кого-то отравить.

С задумчивым видом почесала переносицу, пробежала взглядом по тряпочкам и банкам. Рута, конечно, та еще стерва, но не хочу, чтобы она мучилась. А мгновенная смерть у нас – это… Буду милосердной, выберу дурман и приправлю цикутой.

– Я все скажу!

Растеряв былую уверенность, Рута забилась в истерике.

Кинула взгляд на Линаса – он велел продолжать. Ладно. Разожгла спиртовку, поискала перчатки – работать без них нельзя.

– Я знаю, где он прячется. Помилуйте, светлейший! Я и заказчика вам сдам, скажу, мол, все сделала, только пощадите!

По щекам Руты катились крупные слезы. Может, притворялась, может, действительно испугалась. Но своего она добилась – Линас передумал ее травить, вместо этого велел принести перо и бумагу.

Писать Рута от избытка чувств не могла, пришлось мне превратиться в ее секретаря. Из сбивчивых показаний следовало, Юргас не сбежал куда подальше, как я полагала, а устроился в самом настоящем замке в нескольких часах пути от Колзия. Рута бывала там пару раз в бытность его любовницей. Якобы замок перешел Юргасу в наследство от некого родственника. Точное место Рута назвать не могла, так как предусмотрительный темный маг возил туда своих пассий с завязанными глазами.

– Там парча, камин во всю стену, – захлебываясь, тараторила травница. – И портрет родственника этого покойного. Импозантный такой мужчина, весь в черном, а пуговицы золотые. Кто таков, не знаю, может, дочке своей, – она кивнула на меня, – он чего и рассказывал, а мне вечно рот затыкал.

– Ясно, – всплывшие факты Линаса не порадовали. – А заказчик?

Им оказался уже знакомый маг под личиной. Правда, с Рутой он прокололся – она запомнила перстень-печатку:

– Лисица там была.

Если прежде инквизитор был мрачен, то теперь и вовсе стал темнее тучи.

– Эту, – он ткнул пальцем в Руту, – в камеру. А мы с вами, – это мне, – завтра же отправляемся в столицу. Есть у меня подозрения… Хочу проверить.

Глава 14

Линас молчаливо усмехался. Хотелось дать ему локтем в бок, но я держалась, тренировала силу воли, приличествующую особам голубых кровей. Хотя, по мне, кровь у них была самая обыкновенная, любой вурдалак подтвердит. Знавала я одного… Или он меня. Словом, мило общались пару минут. Он стоял внизу, я сидела на дереве и орала что есть мочи. Подоспевший Вилкас разлучил нас навсегда. Жестокий мужчина! Но Линас в сто раз хуже. Мог бы как-то подготовить, объяснить, что столица такая большая. Как я тут общественный сад найду, если шаг сделать страшно?

Остера произвела на меня неизгладимое впечатление. Схожее испытывает человек, которого только что вытащили из воды. По пути мы останавливались в городках немногим больше Колзия – сдается, специально. Линас мечтал, чтобы я умерла от разрыва сердца, и он предстал перед родителями благообразным скорбящим женихом, которому не посмели бы подсунуть брачный договор даже самые нехорошие родители. Заодно решилась бы проблема с моими манерами. Нет невесты – нет манер. С мертвых не спрашивают, лежи себе в гробу, руками букетик сжимай.

Вжавшись в сиденье наемного экипажа, жутко тряского, подпрыгивавшего на каждой колдобине, через окошко наблюдала за незнакомой жизнью.

Колзий на фоне столицы– деревня. Во-первых, тут сплошь мощеные мостовые. На окраине – специальными деревянными брусками, ближе к центру – камнем. Во-вторых, дома без садов-огородов, многоэтажные, большей частью каменные.

По деревянным настилам тротуаров важно прогуливались барышни с шелковыми зонтиками. Юбки узкие, с оборками на талии, лиф в облипку, лишний раз не вздохнешь. Все – пастельных тонов, с кружевами, ничего кричащего. На шее разные украшения, у кого простая цепочка, у кого бархотка, а у кого жемчужная нить. Господа тоже франты, щеголяли в узких штанах, укороченных приталенных сюртуках, разноцветных жилетах и шейных платках. Зато простые люди одевались, как мы, без особых затей, разве только, следуя моде, подчеркивали талию и забирали волосы в высокие прически – просто с распущенными волосами в столице никто не ходил.

Рука сама собой потянулась к собственной шевелюре. Кажется, в саквояже были шпильки…

– Не нужно! – остановил меня Линас. – Там, куда мы направляемся, пускать пыль в глаза не требуется.

Запаниковала:

– Как, разве мы не в гостиницу?

Я-то надеялась спровадить инквизитора и отправиться на прогулку. Чем раньше избавлюсь от свертка отца, тем на душе спокойнее.

– Нет. Боюсь, иначе мы его не застанем.

– Кого – его? Неплохо бы предупреждать меня о своих планах. Учтите, я с дороги, злая, уставшая, развлекать ваших друзей не собираюсь.

– И не потребуется. Вы тихо посидите в приемной, выпьете чаю, поболтаете с секретарем о последней моде…

– С чьим секретарем?

Скользнувшее между слов замечание задело. Да, я без прически, не в одном из тех роскошных платьев, которые пошили для имения Клавелов, но юбка чистая, белая блуза тоже опрятная. Белый цвет вообще вне моды, вот!

– Секретарем ректора, – неохотно пояснил Линас. Он даже не пытался скрыть, что его утомили мои вопросы. – Мы ненадолго заедем в университет. Ректор – тот самый человек, который может пролить свет на печатку с лисой.

– Университет – это прекрасно!

Плечи сами собой распрямились, усталость как ветром сдуло. Я сгорала от нетерпения увидеть место, где готовили лучших магов королевства. Не век же мне в глуши сидеть и подставных невест изображать – поброжу, поговорю, вдруг осенью пополню студенческие ряды? Ведьма – это хорошо, но надо развиваться. Много ли денег заработаешь на порошках от поноса, а тут высшее образование. Стану чиновницей, заведу кабинет с симпатичным секретарем. Он будет варить мне мятный чай и массировать натруженные ноги. Так и быть, по доброте душевной, могу Юргаса взять охранником – все же родственник.

Замечтавшись, не заметила, как мы свернули с оживленной широкой улицы в извилистый проулок. Вокруг, сколько хватает глаз, одни стены и ни единого окошка.

Встревожилась:

– Светлейший, а куда мы?

– Так короче, – невозмутимо отозвался Линас.

Может, оно и так, но я предпочла бы снова очутиться среди людей. Кто знает, какие темные мысли бродят в голове инквизитора?

Однако скоро вновь выглянуло солнышко, лошади застучали копытами по булыжной мостовой бульвара – так затейливо называли усаженную с двух сторон деревьями улицу, – и я посмеялась над собственными страхами. Благо моим вниманием всецело завладел Он.

Сначала я приняла стремительно надвигающиеся башни за дворец, но вскоре поняла, что ошиблась. Да, над ним реял флаг Маконда, но не было королевского штандарта. Даже такая деревенщина, как я, знала, его неизменно поднимали над монаршей резиденцией. В пользу моей версии говорило и полное отсутствие охраны. Вряд ли король позволил бы разному люду прогуливаться прямо под своими окнами.

– Университет! – указал на замок Линас.

Только и смогла вымолвить:

– Ух ты!

Высунувшись из окна, рискуя превратиться в замарашку из-за летящей из-под колес пыли и мусора, не могла оторвать глаз от величественного строения. Если бы я закончила такое заведение, тоже бы задирала нос, как Линас.

Я насчитала шесть башен и еще одну, квадратную, самую широкую, в центре. Вместе с древними, местами осыпавшимися стенами они образовывали шестиугольник – далось же магам это число![1] Линас пояснил, некогда университет выполнял оборонительные функции: «Времена были непростые, Маконд поделен на мелкие уделы, так что между лекциями студентам приходилось отбиваться от отрядов какого-нибудь барона, вздумавшего захватить Остеру и примерить корону». О тех временах напоминали наполовину заваленные подземные ходы (инквизитор по секрету признался, что вместе с товарищами пользовался ими, чтобы погулять в городе после отбоя) и те самые стены. Их не срыли, внутренние помещения, если позволяло их состояние, приспособили под учебные нужды.

Экипаж притормозил у ворот: чтобы въехать внутрь, нужно было распахнуть вторую створку.

Линас вышел, чтобы уладить формальности. Я же пощипала себя за щеки, мельком взглянула в зеркальце, пытаясь за минуту-другую превратиться из заспанной ведьмы в ослепительную ведьму.

Вот так, капля духов за ухо. Их я делала сама, не доверяла аптекарям. Запах – дело интимное, индивидуальное и очень важное. Моя душистая вода состояла из лишайника, призванного удержать запах на коже, нежнейших фиалок, собранной на рассвете травы и роз, куда уж без них!

– Дальше придется пешком, – извиняясь, сообщил Линас и попросил кучера: – Любезный, обождите нас, встреча не займет больше часа.