Ольга Райская – Фея для ректора (страница 25)

— Он плохой воин, — заметил Васс.

Вот не ожидала, что именно он окажется таким ябедой.

— Для непостижимых женщин такой пустяк не является критерием оценки. Хотя, на мой вкус, даже при такой красоте ваш Пушкин больше напоминает мороженную рыбу, чем желанного партнера. И для меня он, пожалуй, тоже не очень секси…

— А кто? — спросил он.

Наши взгляды встретились, и я сама не поняла, как так вышло. Оно само ответилось:

— Ты.

— Карина, я…

Уоррвик не ожидал. Он был так растерян, что даже не мог подобрать слова. Эх, женщинам, чтобы уладить ситуацию, всегда приходится все брать в свои нежные руки.

— Ты, — кивнула я. — Но это тебя ни к чему не обязывает. Тем более, я не кошка, но и мимо проходящие отношения, которые позволяют себе мурраны в отношении человеческих женщин, не для меня. Слишком уж разные у нас миры, разные представления о нормальных отношениях. У меня были родители: и мама, и папа. Мне бы хотелось, чтобы мама и папа были у моих детей.

Слова давались непросто. Я осознавала, что не смогу смириться с такими обстоятельствами. И даже если сам Уоррвик когда-нибудь захочет близких отношений со мной и даже поклянется в вечной верности, нельзя исключать того, что однажны хвостатая красотка захочет одарить его потомством. И что? Поставить Васса перед выбором: я или жизнь? Это жестоко и глупо.

Мосты нужно рушить сразу, пока они не достроены. Я выдавила улыбку.

— Но мы всегда можем остаться друзьями, верно?

— Карина, я… — Уоррвик снова хотел мне что-то сказать, но я уже не видела в этом смысла.

— Я шла сюда, чтобы поговорить о другом — о своих видениях. Их уже было несколько, и магистр Киссен посоветовал обратиться к… тебе.

Я немного замешкалась, раздумывая, стоит ли мне продолжать общаться с ректором запросто, на «ты» или все же соблюдать дистанцию, но решила, что однажды чего-то достигнув, не стоит поворачивать назад, даже если впереди безысходность. Видимо, оракулам счастья не положено. У меня ничего не вышло с Громовым, теперь же почти не было шансов выстроить отношения с мужчиной, который просто нереально притягивал к себе.

— Никогда не слышал о дружбе между мужчиной и женщиной, — все же сказал Васс. — Но если таково твое желание, то я готов попробовать. Тем более, до этого момента друзей у меня не было. Разве что призрак Уррса.

Мне показалось, что блеснувшие радость и надежда в прекрасных синих глазах угасли слишком стремительно. И несмотря на то, что Уоррвик безропотно согласился с моим предложением, мне стало грустно и как-то пусто внутри.

— С чего мне начать рассказ? С самого первого видения? Оно случилось еще в мэрии, когда артефакт мурранов еще не сработал, — стараясь не думать о собственных чувствах, спросила я.

— Род Вассов славился своими оракулами в прошлом. Конечно, я не умею и сотой доли того, что когда-то могли мои предки, но кое-что и мне подвластно. Если ты будешь просто думать и представлять то, что уже пережила в своих грезах, я смогу это увидеть, — сказал ректор.

— Что для этого нужно?

— Сесть рядом со мной. Еще лучше — на колени, — Уоррвик снова смутился. — И, Карина, я должен держать твою руку в своей.

Конечно, для уроженки Земли какие-то колени, какая-то рука — не были чем-то вульгарным и недопустимым. Я даже все это за намек на нечто интимное не приняла бы, но почему-то жутко разволновалась.

— А просто руки не достаточно? — засомневалась в стойкости своих бастионов я.

— Мне достался туар Уррса. Он мне подходит, но не идеально, поскольку любое существо уникально. Боюсь, даже тесный контакт будет большим испытанием для моей магии, — виновато улыбнулся Васс.

Да ладно, что это я, в самом деле? Не помню, чтобы с Громовым так робела.

Сделав глубокий вдох, решительно шагнула к креслу, которое занимал ректор.

И волновалась совершенно зря. Едва наши тела соприкоснулись, почти сразу пришло осознание, которое я могла объяснить лишь магией, мне казалось, что это самое правильное место во всех мирах. Нет, конечно, не на коленях Уоррвика, а рядом с этим мужчиной.

Если традиции этого мира не позволяют мне быть с ним на моих условиях, значит, их просто нужно изменить. Мне, как историку, хорошо известно, что любые обычаи, ритуалы и принятые законы всегда чем-то обусловлены. Они не рождаются на пустом месте, а всегда являются следствием и изначально выполняют полезную функцию. Просто нужно в этом разобраться.

Моя ладонь так гармонично лежала в его руке. Пальцы Уоррвика поглаживали кожу, касались линий жизни и судьбы. Символично? Да, наверное, но меня волновало нечто иное. То, что я чувствовала отнюдь не рукой, а вовсе даже другим местом.

Там что-то росло и твердело непосредственно подо мной. Сдается, это была совсем не дружба. По крайней мере, я себе ее не так представляла. Хотя, у меня, как и у Васса, в подобных вещах не было никакого опыта, и в дружбу между мужчиной и женщиной, которые испытывают притяжение друг к другу, я не верила.

— Ну… Что… там?.. — почему-то хрипло спросила я.

— Где?.. — несколько испуганно и тоже довольно сипло ответил Уоррвик.

— С магией… — простонала я.

И… Теперь уже поглаживали не только мою руку, а совершенно точно почти всего новоиспеченного оракула Итлана. Не побоюсь этого слова — надежду мурранов.

И что надежда делала?

Она позорно млела, не в силах совладать с собой.

Кое-какой темперамент у меня имелся и на Земле, но чтобы вот клокотало, словно проснувшийся вулкан… так точно не было никогда.

— Каррина… — прошептал он, и мы слились в самом неистовом и сумасшедшем поцелуе из когда-либо случавшихся со мной.

Вряд ли девственник смог бы так. И вот так он бы тоже точно не смог. А уж эдак…

Стоп. А ведь всему этому Уоррвик мог научиться только у человеческих женщин, которым Совет старых котяр платил мзду за постельные утехи. Еще чего доброго и меня за это самое на довольствие поставят. Нет, с этим я решительно не согласна!

Такая простая мысль отрезвила и фактически силой вырвала из того пожара, в котором я горела последние минуты. Вырвала и заставила ужаснуться. Скажите на милость, когда я успела?

Да-да, я все еще сидела на коленях Уоррвика. Ну… Как сидела?.. Я его обнимала. И не только руками за шею, но и коленями за то, что собственно могла ими обнять. Сам процесс переворота и смены целомудренной позы на вызывающую остался где-то в мире неги и грез, зато сейчас реальность стремительно наступала, оглушая и обескураживая.

Лорд Васс, как только я перестала отвечать на его поцелуи, застыл и внимательно следил за каждым моим движением, чтобы своим ответным действием не напугать меня. Что ни говори, но даже при разнице в культурах, в чуткости ему не откажешь.

— Это мы… зря…

Я медленно сползла с кресла и встала. Ректор прикрыл глаза и с шумом втянул воздух. Он ответил мне через несколько минут, когда в принципе смог говорить:

— Я так не думаю. Это было…

И я снова не дала ему сказать:

— Давай без банальностей. Лучше я тебе без магии все расскажу.

— Я все видел, Карина, — сказал он, вызвав у меня удивление и живой интерес. — Место, где собраны знания мурранов, мне не знакомо, но я читал о нем. Проход туда закрылся, как только туара перестала дарить свои семена. Что касается твоего последнего видения, я уверен, что замки, кошки и знаки это ключ к обретению былого могущества. В каждый из замков должен пойти наследник-куратор вместе со своей подопечной. Твое же место здесь — в замке Васс. Со мной. Твоя цель — та кошка, чье изображение ты мне показывала недавно. Я же попробую обратиться к древним скрижалям. Возможно, там мы найдем подсказки.

— Я бы поговорила с Уррсом. Он хоть и вредное привидение, но зато очевидец местного коллапса, — предложила я.

— А ты что же его тоже слышишь? — изумился Уоррвик.

— Так же отчетливо, как тебя.

— Я знал, что его могут видеть старейшины и твои подруги, но вот говорил Уррс только со мной.

Неожиданный поворот.

— Надеюсь, ты не станешь его ревновать, — заметила я.

— Не знаю, о чем ты говоришь, но я не стану делать того, что тебе неприятно, Карина, — очень серьезно ответил Васс.

Раздался мелодичный звук, похожий на перезвон колокольчиков.

— Что это? — озираясь вокруг и пытаясь понять, где находится источник, спросила я.

— Это сигнал к обеду. Идем.

Глава 18

За обедом я старалась не смотреть на Уоррвика, но все равно наши взгляды то и дело встречались. Он о чем-то тихо разговаривал с Киссеном. Верховный маг кивал, иногда косился на меня, но в общую беседу не вступал.

Да и была ли она, та самая общая беседа?

Все разбились по парам. Из кураторов отсутствовал лишь рыжий Марсси. Гайка делала вид, что ей все равно, но я подмечала, что она поглядывает в сторону дверей. Кроме того, в ее ауре темно-зеленый временами переплетался с привычными светлыми тонами. Это явно намекало на то, что Динка тоскует по рыжику и злится на саму себя за это предательское чувство.

Выходило, что озеро все же исполнило наши желания и послало нам именно тех мужчин, которые идеально подходили к нашим характерам, интересам, образу жизни. Хотя по Машке и Рричу на первый взгляд этого не скажешь. Однако, она ни разу его не оттолкнула, а он тянулся к ней, словно умирающий в пустыне к живительной влаге.

Проблема заключалась в том, что мироздание показало нам лакомый кусочек там, где мы его взять никак не могли. Из-за принципов, обычаев или еще Мурра знает чего, но не могли. И унылый вид Альки полностью подтверждал мои мысли. Ее Пушкин был как всегда флегматичен, равнодушен ко всему происходящему, словно и не носил Пилюлю на руках час назад.