Ольга Петрова – Гори, гори ясно! (страница 22)

Я шла как зачарованная, стараясь не слишком откровенно глазеть и держать рот закрытым. Я будто вернулась во времена своего детства, в мою любимую деревню. Вот только дома побогаче, заборы поровнее, дорога без ям. Магазин и клуб на том же месте — и выглядят, как новые. Люди веселые и довольные жизнью, прямо как в советских фильмах про колхозы, только что хором не поют. Я поймала себя на том, что высматриваю знакомые лица — и ведь высмотрела! Навстречу мне шла Варвара.

В отличие от Дани, Варвара ничуть не отличалась от своего двойника из нашего мира, даже коса той же длины. Красивая, уверенная в себе. Не в силах сдержаться, я так и уставилась на нее, а она неспешно подошла, снисходительно оглядела меня с головы до ног, и уточнила:

— Катерина?

— Но как? — только и смогла пролепетать я.

— Это ведь ты с археологами приехала? — уже откровенно посмеиваясь, переспросила моя «параллельная подруга».

И тут до меня стало доходить, что в деревне, подобной Заречью, слухи расходятся быстрее, чем вай-фай, и несомненно, все жители были уже в курсе того, что у них остановились на время городские «археологи». Так что я была безошибочно вычислена, а вовсе не узнана, как мне с перепугу померещилось в первый момент.

— У Зинаиды будешь жить? — продолжила выведывать Варвара. — Не завидую я тебе, она сплетница, каких поискать. А друзья твои, значит, у Данилы в старом доме остановятся? Ты к ним идешь? Хочешь, провожу?

— Давай! — выпалила я, воспользовавшись возможностью перестать просто кивать в ответ и вставить слово, перервав поток Варькиной болтовни.

По дороге Варвара успела подробно расспросить меня о Косте и Максе — возраст, семейное и финансовое положение. А я все никак не могла отделаться от сильнейшего, до головокружения, ощущения дежавю. Ведь все это я уже рассказывала, причем именно Варваре. И, похоже, что и в этом мире ее точно также интересовала любая особь мужского пола, которая могла бы способствовать основной цели: повыгоднее выйти замуж и переехать в город, подальше от деревни.

Искомый дом стоял мало того, что на другом конце деревни, так еще и в некотором отдалении от остальных. Окруженный садом с цветущими деревьями, с белыми ставнями и голубой крышей, издалека он показался очень нарядным и вполне пригодным для жилья. Но вблизи стало видно, что двери рассохлись, ставни покосились, часть стекол отсутствует, а фруктовый сад зарос и одичал.

Мы тут же наткнулись на Костю, который блаженно растянулся на старом продавленном полосатом диване прямо перед домом. Изнутри слышался грохот передвигаемой мебели, потом на порог вышел Макс и возмущенно обратился к отдыхающему:

— Костян, хватит уже загорать, я что, остальную мебель сам должен таскать?

— А что, у тебя очень даже неплохо получается, — ответил тот, не открывая глаз.

— Мужчины, вам помочь? — ехидно осведомилась я.

— От помощи не откажемся — там все разной рухлядью забито. Такое чувство, что на протяжении всех лет, что дом пустовал, он использовался как склад для ненужных вещей, которые жалко выбросить. И воняет ужасно, — брезгливо поморщился Костя.

— Это мышами пахнет, — уверенно заявил Макс. — Кошку бы сюда.

— Ни одна уважающая себя кошка в таком бардаке жить не будет, — лениво отозвался Костя, сквозь прищуренные веки изучая Варвару с ног до головы, отчего и сам весьма походил на довольного кота.

— Верно, — подтвердила та. — Кошкам, как и женщинам, нужен уют. И ласка.

С этими словами она присела на диван рядом с Костей, закинув ногу на ногу и обнажив загорелые колени. Макс смутился и вернулся в дом, где загрохотал с удвоенной силой.

— Так какого рода ласка требуется и женщинам, и кошкам? — Костя повернулся к Варьке. Его-то не так легко было смутить.

— У женщин и у кошек много общего, вы никогда не замечали? Красота, грациозность, изящество, — мурлыкающим тоном сказала девушка, элегантно меняя положение ног в подтверждение своих слов.

— И так же гуляют сами по себе? — многозначительно поднял бровь Костя.

— Возможно, — ответила Варька, строя ему глазки по всем правилам: голова чуть повернута вбок, взгляд из-под трепещущих ресниц. — А вы любите кошек?

— Люблю, если они не царапаются и по углам не гадят, — усмехнулся непробиваемый Костя.

— Константин, вы такой остроумный, — с придыханием проворковала девица и легонько коснулась рукой Костиного плеча. — Ладно, пойду, не буду вам мешать. Еще увидимся.

Варвара небрежно махнула рукой и удалилась, усиленно покачивая бедрами. Костя и высунувшийся в окно Макс с явным удовольствием проводили ее глазами.

— А твоя подруга ничуть не изменилась, хоть какая-то стабильность в мирах, — Костя со вкусом потянулся. — Ну а ты что поделывала, пока нас тут в гастарбайтеры записали?

— Обед готовила, — пожала я плечами. — Заодно узнала кучу информации про Заречье.

Я рассказала ребятам все, о чем поведала мне словоохотливая Зинаида.

— Очень познавательно, — вздохнул Макс. — Мне только одно непонятно.

— Что? — с готовностью переспросил Костя.

— Как нам домой вернуться! — и Макс плюхнулся на диван рядом с Костей. Ветхая мебель не выдержала и разложилась с громким скрипом. Парни резко откинулись назад вместе с отлетевшей спинкой и потонули в тучах пыли.

— Нам надо быть очень осторожными, — проговорила я сквозь пыль и смех.

— Чтобы еще чего-нибудь не сломать? — спросил Костя, пытаясь встать.

— Чтобы не попасть впросак и не выдать, откуда мы сюда заявились.

— Мне почему-то кажется, что если мы кому-то выдадим эту страшную тайну, то попадем не впросак, а в сумасшедший дом, — проворчал Макс.

— Согласись, это будет как минимум неприятно. Так что давайте постараемся поменьше болтать и разузнать побольше фактов.

— Договорились! Вот, например, Максу нравится Варвара, это факт! — снова развеселился Костя.

— С чего ты взял? — занервничал Макс. — С ее внешностью она нравится всем, и тебе в том числе, это тоже факт. Я видел, как ты тут на диванчике с ней флиртовал.

— Кто с кем флиртовал, это вопрос, — парировал Костя. — А Катьке, например, она не нравится, и это еще один факт! Признайся, тебе неприятно было, что она со мной заигрывала?

— Не льсти себе, — охладила я его. — Слушайте, любители фактов, а вы-то хоть что-нибудь разузнали?

— Да что же мы могли разузнать, нас кузнец сюда привел, работать приказал и ушел, — жалобным тоном проныл Костя. — Паспорта забрал, так что никуда мы от него теперь не денемся!

— Костян, чего ты придуриваешься, ничего он не приказывал, — перебил его Макс. — Он сказал «посмотрите, что можно сделать». И вообще, если тебя условия не устраивают, можешь их обсудить с работодателем — вон он едет.

— И снова на коне. Видно, в детстве в индейцев не наигрался. Или переигрался, — недовольно пробормотал Костя.

Когда Данила появился из-за буйно разросшейся живой изгороди, стало видно, что он ведет в поводу упитанную рыжую лошадку.

— Привет! Я тебя у Зинаиды искал, а она говорит, ты ушла, не сказав куда, — весело обратился он ко мне. — Хорошо, люди подсказали, что девушка, которая приехала с археологами, вместе с Варькой к старому дому отправилась.

Он спрыгнул на землю и принялся подтягивать подпругу у рыжика. Конек замер, затаив дыхание. Совсем как ушлые учебные лошадки на нашей конюшне: надуют брюхо так, что ремни едва на последние дырочки удастся застегнуть. А стоит вставить ногу в стремя, чтобы запрыгнуть в седло, конь выдыхает, и ты плавно съезжаешь вниз вместе со всей амуницией. Но кузнец на эти хитрости не поддался, приналег шутя, и упрямец сдулся, как шарик, шумно выдохнув с возмущенным фырканьем. Звездопад ревниво наблюдал за манипуляциями хозяина, посверкивал белками глаз, но с места не двигался.

— Слушай, Данила, я посмотрел, в доме перегородки совсем хлипкие, — завел производственную тему Макс. — Можно их снести и планировку более удачную сделать.

— Отличная идея! Потом обсудим, — кивнул кузнец и обратился ко мне. — Ну что, готова?

— К чему? — опешила я.

— К исполнению мечты, конечно. Поедем в поля.

— Катя, ты уверена, что это безопасно? — хмуро спросил Костя. Правда, не уточнил, что «это» — скачки на вольном воздухе, или совместная прогулка с малознакомым привлекательным мужчиной.

— Орлик спокойный, к тому же он мерин, — заверил Даня, выдав интимную тайну конька.

Судя по лицу Кости, его это не успокоило. Похоже, что скорее он предпочел бы услышать то же о самом кузнеце.

Орлик был пониже Звездопада и ростом, и происхождением — простая крестьянская лошадка. Плотный и круглый до того, что, если бы Данила не уточнил, что это мерин, я бы решила, что это кобыла, к тому же жеребая. Но все это не имело значения, ведь я сейчас поеду "в поля"!

Я молча приняла повод из рук кузнеца, погладила рыжика по белой проточине на морде и влезла в седло. Седло было старое и потертое, стремена ржавые, а повод представлял собой длинную веревку. Я поерзала, пытаясь устроиться поудобнее. Хорошо еще, что не решилась Зинин сарафанчик надеть, вот была бы картина!

— Катюха, удачи! — крикнул мне вслед Макс. Костя промолчал, провожая нас хмурым взглядом.

Данила направил своего жеребца вдоль огородов к деревенской окраине. Орлик послушно тронулся следом, практически уткнувшись в круп Звездопаду. Тот сердито отмахивался хвостом, а мерин лишь довольно жмурился, используя дополнительную возможность отгонять мух от морды.