Ольга Пашнина – Ученье – свет, неученье – смерть (страница 37)
– Годы тренировок!
– Ну и стерва эта бывшая Смерти, – проскрипела Лахеса.
Едва лифт вернулся, я быстро прошмыгнула внутрь, чтобы не узнать ничего нового о нынешней. И пусть Макс настоятельно просил остаться, теперь его приказы носили характер рекомендаций. А к рекомендациям я и в лучшие годы не прислушивалась.
Пока кралась за Хелен по темному и пустому торговому центру, размышляла, какая у нее могла бы получиться красивая история.
Хрупкая и прекрасная смертная девушка влюбляется в бессмертного парня. Ради нее он готов отречься от вечной жизни и собственной сущности, но она не позволяет любимому жертвовать собой и обрекает себя на вечное одиночество. Однако через многие сотни лет, в очередном воплощении, неожиданно для всех становится бессмертной.
Второй акт, элемент драмы: у ее бывшего новая подружка. Воссоединение влюбленных невозможно, но Хелен счастлива, что ей дали шанс войти в новый мир. Она заводит новых друзей, становится настоящей бессмертной, и Макс бросает свою швабру (то есть меня), чтобы вернуться к первой и единственной настоящей любви.
Зал рукоплещет, бабушка вытирает слезы кружевным платочком. Об этом написали бы книги и сняли кино. А я бы рыдала в комнате, объедаясь мороженым, и снова ругалась с Офелией из-за косметики.
Но вместо того, чтобы так изящно и красиво войти в жизнь Смерти, Хелен выбрала другой путь.
Ей не понравилось то, как принял ее наш мир. Возможно, она ждала всеобщего восхищения, а получила лишь легкое удивление и слабый интерес к смертной жизни. А может, разозлилась, что Макс не ждал ее вечность. Хотя, если она его бросила, какие могут быть претензии?
Но как бы то ни было, едва Хелен поняла, что у нас со Смертью что-то есть, она назначила меня главным врагом и лишь выжидала нужный момент, копя внутри злобу. Каков был ее план? Улизнуть из бабушкиного дома и связаться с Голодом? Дунуть в его дурацкую трубу, чтобы насолить бывшему и его новой пассии?
Воистину женская месть бессмысленна и беспощадна. Дурочка даже не понимала, что ей тоже придется жить в проклятом мире, который она намеревалась помочь создать.
Макс все понимал. Он догадался о сущности Хелен гораздо раньше меня, но почему-то это знание только радовало. Я вообще чувствовала слишком неприличный подъем сил для такой серьезной ситуации.
На улице Хелен ткнулась сначала к одному телефонному аппарату, потом к другому. Не сомневаюсь, что Персефона рассказала, как найти Голода и компанию. Но наивная Хелен слишком долго шаталась по бессмертным мирам: телефонные автоматы давно стояли отключенные, весь мир перешел сначала на сотовую связь, а потом и на беспроводной вай-фай.
Пока Хелен истерично носилась по площади перед торговым центром, я гуглила все вероятные места их встречи с Голодом.
Персефона, как сказал Макс, была выбрана не случайно. Редкий обитатель подземного мира поднимался наверх. А вот Аидова женушка делала это регулярно. Голоду было принципиально важно заручиться поддержкой кого-то из свиты Аида. А все почему? Потому что Голод хорошо учил географию и знает, что именно под царством Аида находится Тартар – бездна с чудовищами.
– Одни гекатонхейры добавят нам проблем, – заметил отец, когда мы прорабатывали план.
– Гекатон чего?
– Я оставлю тебя еще на один год в академии, если ты скажешь, что никогда о них не слышала. Они стерегут Кроноса и остальных.
– Кроноса давно расчленили. Какой дурак полезет в бездну, чтобы собирать гигантский мясной пазл?
Очевидно, этот идиот – Голод. В моей голове мгновенно родился план просто подождать, пока он пробудит Кроноса и тот его сожрет, но Смерть с папой почему-то не одобрили. Пришлось идти длинным путем – по следам Хелен.
Не прошло и часа, как по пустой парковке разнесся скрип шин. Возле Хелен затормозила спортивная машина, за рулем которой я рассмотрела Нину. Вот ведь везучая коза! Мы обе связались со всадниками, причем я-то с хорошим, а красную машинку получила все равно она. Несправедливость высшего уровня.
Так вот, для пробуждения самых страшных монстров из глубин Тартара Голоду нужны были:
1. Хелен, Ангел Апокалипсиса.
2. Труба – мощный артефакт, который призовет чудовищ.
3. Место, где можно устроить апокалиптическую вечеринку.
Именно для последнего пункта Голод и завербовал Персефону: чтобы попасть как можно ближе к бездне.
Когда машина скрылась из вида, я достала смартфон и набрала папин номер.
– Птичка вылетела из гнезда, прием-прием, Чума, это Катастрофа, повторяю: птичка вылетела из гнезда.
– Джульетта, какая еще птичка?!
– Голубь, я думаю. Это они вечно нормальным людям на головы срут.
– Хватит придуриваться. Возвращайся.
Надо было звонить Максу, у него с чувством юмора получше. А еще погоняло классное: я дала ему позывной «Капец».
Конечно, на глобальный махач меня никто не звал, но благодаря тактической ошибке Смерти и Харона я туда все же попала. Как? Это было несложно: едва я вернулась в академию, застала там мечущуюся по сторонам Лору.
– Я – преемница всадника! Лучшая ученица Смерти! Я десятилетиями готовилась к тому, чтобы сначала занять место ректора, а затем и всадника! А они! Они! Они!
У нее чуть пар из ушей не пошел.
– А они не взяли тебя на главное событие года. Я хоть и не готовилась в преемницы Макса, меня уже в третий раз оставляют не у дел. И что? Будем, как послушные жены, просто грызть маникюр в академии? Пока они там предотвращают апокалипсис?!
– Что ты предлагаешь?
– Харон опытом делился?
Лора удивленно подняла брови.
– В смысле: грести умеешь?
О безмятежный Стикс! Поэты воспевали мрачную тоску, что охватывала их при виде реки, но я чувствовала только сырость и приближение неприятностей. Мы с Лорой изо всех сил работали веслами, чтобы успеть к началу заварушки. По карте все было верно, но на местности результаты не впечатляли: ни бережка, ни маяка. И лодка посреди бескрайней темной воды со стелющимся туманом.
– Вынуждена признать, мы заблудились, – вздохнула я.
– Да, теперь мне не светит даже должность повара в студенческой столовке, – тоскливо протянула Лора.
– Прости. Я говорила, что не слишком хорошо ориентируюсь по картам. И почему карту подземного мира не загрузили в интернет?!
– Ладно, – Лора взяла карту и нахмурилась, – мы не можем сидеть здесь вечность. Давай грести к берегу. В любом случае рано или поздно мы приплывем куда-то, а там разберемся.
И мы погребли снова, но обе думали одинаково. Представляли лица и смех Макса с Хароном, когда они узнают, как мы облажались.
Через десять минут я была готова уже на все. Позорьте меня, насмехайтесь надо мной, только не заставляйте больше грести!
– Когда сойдем на берег, попробуем добраться в обход, – сказала я. – Какие-то же ориентиры там будут, это подземное царство, а не…
– Джули! – почему-то шепотом позвала Лора. – Смотри!
Вода вокруг лодки нехорошо забурлила. Сначала несильно, с интервалами, а потом мы вдруг оказались в центре кастрюли с почти готовыми пельмешками. И они всплыли, да еще какие!
Четыре здоровых, со ствол дерева толщиной, щупальца вырвались из воды. Мы дружно завизжали.
– Началось! Не успели!
Неужели Хелен все же дунула в трубу? Я думала, план такого не подразумевал!
Какая мерзость и гадость, брр! Щупальца с присосками, блестящие от воды, кружили вокруг нас, но лодку пока не трогали. Какое из чудовищ пробудила Хелен? Надеюсь, не Кроноса. Мало ли откуда у него эти щупальца растут, я вот как-то читала одну из привезенных бабушкой книг, и там…
Лора пронзительно заорала, когда щупальце ласково приобняло ее за плечи, а я размахнулась и от души двинула по нему веслом. Потом призвала косу. Сейчас мы этого ихтиандра укоротим.
– Кракен! – вдруг раздалось откуда-то сверху. – Вот ты где! Опять сбежал, зараза!
Из воды показалась мокрая усатая голова, и я с облегчением выдохнула.
– Посейдон! Зараза не кракен, а ты, он нас перепугал до смерти! Что вы оба здесь делаете? Я думала, вам больше по кайфу смертный океан.
– В последние годы он часто сбегает сюда. Стикс чистый, – вздохнул водный бог, – а в океане как пластика наглотается, так потом неделями болеет. А что вы здесь делаете? Джульетта, как папа? Как школа?
– Папа нормально, а школа давно закончена. Я пишу диплом.
– Как быстро растут чужие дети…
– Слушай, Посейдон, мы должны попасть к вратам в Тартар, вы с кракеном нас не подкинете?
– Вечность, Джуличка, зачем тебе в это страшное место?
Еще один пункт в моем списке «Самые мерзкие ласковые производные от моего имени».
– Ты что, вообще не в курсе? – спросила Лора.