Ольга Пашнина – Драконы обожают принцесс. Книга 1 (страница 32)

Мачеха кровожадно усмехнулась и протянула ко мне руку. Я думала, она хочет погладить по голове, как иногда делала, когда была жива, но она вдруг выдернула несколько моих волосков.

– Ай! – взвизгнула я и зачесалась, как лишайный кот. – Ты чего?!

Смерть изменила мачеху, на лице проступили звериные черты, кожа стала темной, белки глаз заволокло серо-зеленой поволокой. Местами красиво поблескивала чешуя, а вдоль рук и ног выросли гибкие плавники.

Но сейчас она на глазах вновь принимала человеческий облик.

Мой.

Точная копия меня, Корнеллии, стояла напротив и даже улыбалась так же, как я: ехидно и загадочно. Хотя, пожалуй, мои глаза редко блестели такой жаждой крови. Это была наглядная иллюстрация того, какой бы я стала, будь герцогиня Тернская моей кровной матушкой.

– Думаю, это, – она осмотрела «меня-себя», – привлечет его быстрее.

– Главное, не привлеки никого другого. Того, что с хвостом, – не жрать! Он дурак, но хороший.

– Я потеряла человеческую душу, но не потеряла память, Корнеллия, я знаю, как выглядит Эртан Райленторгский. Но раз уж ты просишь моей помощи, позволь мне самой решить, как поступить с ним. Я здесь уже долгие годы… много лет не видела людей. Я имею право поиграть.

При слове «поиграть» она так странно облизнулась, что я поспешила уточнить:

– Только играй, пожалуйста, не в моем обличье, лады? Заманивай чем хочешь, но развлекайся так, чтобы этот идиот потом не хвастался, что наставил рога дракону. Ты его должна наказать, а не осчастливить.

– С годами ты становишься занудой, – фыркнула мачеха. – А теперь уходи!

– С превеликим удовольствием. Мы в расчете!

Когда я уже была далеко, мачеха вдруг крикнула:

– Удачного замужества, Корни!

Я обернулась, почувствовав, как горло сжалось в приступе тоски.

– Спасибо, Ариэлла.

И это тоже еще одна длинная и довольно грустная история, о которой я не готова вспоминать.

Ускорив шаг, я поспешила вернуться к Линду и Кристи. Как ни хотелось отомстить Эртану и лично убедиться, что каждый раз, когда он будет думать о дворце, начнет заикаться, надо было возвращаться и нести сестру в замок. Ей бы успокоиться, почувствовать себя в безопасности, поднабраться сил да превратиться до пикника, чтобы отсутствие старшей принцессы не вызвало подозрений.

А мне – побыть наедине с собой и предаться тоске. Немножечко оттого, что скоро я уеду. Немножечко оттого, что папа и Кристи много лет скрывали от меня правду. Немножечко от несправедливых обвинений в газетах. И немножечко из-за мачехи – встреча с ней всколыхнула давнее чувство вины.

Линд стоял ровно на том же месте, где я его и оставила. Кристи, завернутая в мою куртку, дремала, пригревшись на его руках. Завидев меня, дракон вопросительно поднял брови, но я отмахнулась, мол, не спрашивай.

– Идем, раз уж у тебя не сложилось с охотой, проберемся на кухню и что-нибудь съедим. Кстати, как ты улизнул от папы?

– Сделал вид, будто гонюсь за добычей.

– Банально, но действенно.

– Не скажешь, зачем тебе лиса?

– Не-а.

– Она ведь не поедет с нами, в компании горгона и зомби-пуделя?

– О нет, это стратегическая лиса. Она должна остаться в Дорторе. Кстати, Зомбуделя тоже брать не будем. Вдруг собачка изволит все же упокоиться в родной могилке? Из твоего замка не добежит.

– Я прямо чувствую, как мне легчает.

– Не переживай, меня будет достаточно с лихвой.

Обмениваясь колкостями, мы брели к замку. Кристиана спала у меня на руках, восстанавливая силы, Линд сбежал с ненавистной охоты, а я чувствовала усталость, смешанную с гордостью: из очередных неприятностей удалось выпутаться быстро, изящно и незаметно.

Это, конечно, оказалось полнейшей ерундой, но тогда я еще ничего не подозревала.

Ужас! Кошмар!

– Кристи, милая моя, ну хватит! – взмолилась я, припав к полу. – Матом тебя прошу, будь человеком!

Но лисица, не иначе как по ошибке именуемая сестрой, забилась под кровать и категорически отказывалась оттуда выходить. Отчасти я ее понимала: оборотни в облике зверей вообще реагируют на потусторонних сущностей очень нервно. Неизвестно, кто испугался больше: вывернувший из-за угла Зомбудель или Кристи у меня на руках, но все произошло так стремительно, что я даже не успела среагировать.

Мы с Линдом расстались у лестницы. Он пошел принимать душ и готовиться к пикнику, а я направилась к сестре, чтобы дать ей спокойно перевоплотиться. Уже у самой спальни мы наткнулись на Зомбуделя, которому надоело сидеть в грободомике. Почувствовав живую тварюшку, Зомбудель зарычал и ощерился, а зверушка, истошно завопив, скрылась в комнате.

– Кристи, я все понимаю! – вздохнула я. – Но через час нас ждут на пикнике! Если ты не придешь, будут вопросы. Я могу сказать, что ты заболела, но папа точно захочет узнать чем и хвост выдерет!

Из-под кровати раздалось флегматичное «фыр-фыр-фыр». С чего вдруг сестра перестала со мной общаться, я не понимала. Страх страхом, но поговорить-то можно?

– Я тебя чем-то обидела? Ты злишься, что я так поступила с Эртаном?

Я вздохнула и без сил опустилась на пол возле постели.

– С ним ничего не случилось. Подумаешь, испугался? Зато перестанет мучить зверушек. Что еще надо было делать, наябедничать его отцу? Так герцог уже вышел из того возраста, когда это кажется угрозой. Или ты обиделась, что я оставила тебя с Линдом? Он тебе что-то сказал? Нет, это невозможно, Линд – хороший дракон. Хотя у меня к нему есть определенные вопросы, но он милый. И с ним весело. Тебе же тоже он понравился! Кристи, ну выходи!

«Фыр-фыр-фыр».

Кристи бодро заточила кусок отбивной, который я стащила с кухни, но добрее и разговорчивее не стала. В душу начали закрадываться нехорошие подозрения.

На одной из лекций нам говорили, что иногда маг-оборотень теряет человеческую ипостась. В основном это связано с сильными переживаниями и наследственностью. С каждым поколением магия все сильнее угасает. Обычно род превращается в немагический постепенно, однажды явив поколение обычных смертных. Но порой это происходит стремительно, и оборотень не может перевоплотиться в человека.

Собственно, поэтому их крайне мало.

Нашему роду, конечно, далеко до вырождения магии – потому на власть отца никто и не покушается, слишком мало в Дорторе таких сильных магов. Но Кристи-то не его дочь! Кто знает, насколько сильными были ее предки?

– Кристи, пожалуйста, скажи, что ты превратилась в лису не навсегда! – взмолилась я, охваченная паникой.

Если она сейчас издаст свое «фыр-фыр-фыр», я и впрямь сошью воротник!

Когда в дверь вдруг постучали и подергали ручку, от неожиданности я подпрыгнула, а лиса заметалась под кроватью.

– Не ссы, это не Зомбудель, он не достанет, – сказала я Кристи.

– Кристиана! Я ищу Корнеллию, где она?

Не Зомбудель. Хуже! Это его хозяин! Папа!

– Скажи ему, что все нормально! – потребовала я, заглянув под кровать.

Ответом мне стали два светящихся в темноте глаза и лисячий чих – под кроватью оказалось пыльно. Чем в этом замке заняты слуги?

– Кристиана! Да что такое, во что твоя сестра снова вляпалась?! Она же клялась, что будет собирать вещи!

– Папа, я здесь! – не выдержала я.

Ручка затряслась активнее.

– Корни? Что ты там делаешь? Где Кристи? Вы готовы? Я хочу перекинуться с вами парой слов перед ужином. Открой дверь, пожалуйста.

– У тебя последний шанс избежать выпоротого хвоста, сестренка, – тихо сказала я лисице.

Но паника уже превысила все мыслимые и немыслимые размеры. Придется сдаваться папе. Я мало что знаю об оборотничестве. Возможно, может помочь Линд, но Кристи просила не рассказывать ему. Больше некому, только отцу.

Когда у родителя уже кончилось терпение, но еще не появился в руках таран, я поспешила отпереть дверь.

– Привет, папочка! – просияла я.

Папа не разделил радости. Внимательно оглядел меня с ног до головы, насторожился при виде уличного костюма, испачканных в земле ботинок и сдвинул седые брови.

– Корнеллия, что происходит? – ласково спросил он.

– Понимаешь, тут такое дело… Мы с Кристи были в лесу и спасали лисят.