Ольга Пашнина – Ангел шторма (страница 32)

– Мы поняли, – усмехнулся Кейман.

Кажется, ему это действо доставляло особое удовольствие. Или он так жаждал доминировать и унижать, что с утра проснулся в прекрасном настроении? Впрочем, сегодня все преподы выглядели довольно дружелюбно, и только Яспера мрачным видом нарушала идиллию.

– Начинаем с магистра Бергена и адепта Бергена, затем магистр Ленард и адепт Сайзерон, потом магистр Уорд и адепт Марс, магистр Майлз и адепт Кристоф, магистр Ванджерия и адептка Шторм, магистр Крост и адепт ди Файр.

Оставили сладенькое напоследок! Почему нельзя было пустить Кеймана и Бастиана вперед нас с Ясперой? А то я с отбитыми почками и сотрясением мозга не смогу насладиться боем двух полуобнаженных красавцев.

– Не использовать магию… не использовать магию… – бормотала я себе под нос. – Знать бы еще, где эта чакра, да заткнуть ее…

– Пошли, – хмыкнул Бастиан, неведомо как очутившийся за моей спиной. – Я знаю как, тебе понравится.

– Дебил.

– Я? Это твоя подружка, Шторм. – Он кивнул на трибуну, и я залилась краской, ибо Аннабет радостно трясла плакатом «Деллин, вперед!».

– Хорошо, что у нее Яспера ничего не ведет. А то бы отчислила.

– Адепт Берген! – крикнул тренер. – Магистр Берген! Просим на поле боя!

Адепты зашумели, приветствуя Бергенов. Они вытащили мечи и приготовились. Затаив дыхание, мы ждали сигнала, и, когда он прозвучал, а мечи с оглушительным грохотом встретились, вздрогнули от неожиданности.

Бой был быстрым и больше напоминал постановочный. Вот Берген-младший идет в атаку, которую магистр с легкостью отбивает, вот его отец делает пару неубедительных попыток атаковать, сбивает сына с ног. Берген чудом удержал меч, вскочил на ноги – и танком попер на отца с новыми силами. Я украдкой взглянула на Бастиана: он улыбался. Перевела взгляд на трибуну и поняла, что так радовало ди Файра: Берген-старший поддавался. У него была отличная физическая форма, а сыну не доставало ни ловкости, ни техники. Но для отца унизить сына проигрышем в бою перед всей школой оказалось непосильной задачей. Когда магистр остался без меча, Кейман закатил глаза, а трибуны взорвались аплодисментами.

Берген-младший подал отцу руку, и тот, ухватившись за нее, поднялся, улыбаясь слегка виновато.

– Один-ноль, – прокомментировал Бастиан.

Ритуал с поданной рукой и улыбками повторился еще дважды: когда Ленард за две минуты разделал «в ноль» Габриэла и когда магистр Майлз не справился с Кристофом. Ничего особенного в этих боях не было, короткие и не самые зрелищные схватки.

А вот на поединке Уорда и Марса мое сердце не раз испуганно сжалось. Огневик не выглядел хилым интеллектуалом, он явно уделял куда больше внимания физподготовке, чем зубрежке, но даже тренированный старшекурсник не мог тягаться с магистром Уордом. Так остервенело, пожалуй, не в каждой драке бьют.

– Да он как будто не за очко для команды бьется, а за собственное, – язвительно процедил Бастиан.

– Ты можешь не выражаться?

– А ты считаешь, нет повода?

В этот момент Уорд взмахнул мечом, оставив на груди Марса длинную царапину, мгновенно покрывшуюся выступившими капельками крови. Сквозь стиснутые зубы у Марса вырвался стон, а меч выпал из ослабевших пальцев.

– Бой окончен! – крикнул Вингорд.

Кейман поднялся.

– Отведите адепта к лекарю, пожалуйста.

– Адептка Шторм и магистр Ванджерия, приглашаем на поле боя!

Появилось отчетливое желание развернуться и сбежать, особенно при виде крови Марса на траве.

– А если мне снесут голову, это будет считаться первой кровью или последней?

– Иди давай! – Бастиан подпихнул меня в направлении поля.

Позориться перед всей школой не хотелось, поэтому я сделала то же, что и обычно: приняла равнодушный вид и притворилась, что мне совсем не страшно и не обидно проиграть. Ноги стали ватными, ладони вспотели, но вслед за Ясперой я сбросила куртку, оставшись в тренировочной рубашке, взялась за холодную рукоять меча и встала в стартовую позицию, как учили на тренировках.

Многие из адептов тренировались на мечах с детства. Для них это было что-то вроде нашего волейбола: развлечение для улицы, игра для урока физры, пляжная забава. Бастиан, Габриэл, Берген – они все научились держать меч раньше, чем я – ложку.

А что можно выучить за пару месяцев? Несколько стоек, выпадов, ну и приноровиться к тяжести меча в руке.

Вингорд взмахнул рукой. Я старалась не смотреть в колдовские глаза демоницы и не думать о том, что ее ненависть сейчас можно было пощупать. Никто не ждет от меня победы, задача-максимум – не облажаться в первую минуту.

– Начали!

В слабом дневном свете блеснули клинки. Яспера была в своей стихии, получала наслаждение от взмахов меча, от звонких ударов. Мне удалось парировать несколько первых, увернуться от третьего и даже попытаться атаковать. На моей стороне была только маневренность: я могла уклониться даже там, где Яспера не оставляла мне шансов. Ну и, думается, если бы над ней не висел запрет на убийство адептки, мне было бы сложнее.

От сильных ударов, отдающихся в руку, запястье неприятно ныло. Пальцы, сжимающие рукоять, онемели. Все внимание было приковано к Яспере, я следила за каждым, даже самым мимолетным, движением. Встречала удары, отступая к самому краю поля.

Демоница, казалось, не знала усталости, а вот я выдохлась за пару минут. Пропустила удар, чудом увернувшись. Волосы выбились из пучка и упали на лицо. Наверное, я оказалась слишком близко к Яспере, потому что в следующий момент она с силой ударила меня в грудь ногой. Это было не запрещено правилами, но на моей памяти такими приемами пользовались только парни в спарринге. Девчонок обычно жалели, и уж точно никто, даже Уорд в поединке с Марсом, не переходил на примитивную драку.

Я не удержалась на ногах, больно упала на спину и выругалась, стиснув зубы. В позвоночник словно воткнули раскаленную вилку. На лице Ванджерии промелькнуло торжествующее выражение, но тут же исчезло: я чудом удержала меч и не позволила ему коснуться земли.

– Хочешь поиграть, Деллин? – Яспера улыбалась так, как улыбалась лиса перед тем, как сожрать колобка.

Из легких выбили весь воздух. Дышать получалось через раз. Наверняка будет хороший синяк.

– Ты долго этого ждала, – просипела я.

– О, поединок с тобой был единственным условием моего участия в этом балагане.

Наверное, на моем лице что-то отразилось, потому что глаза демоницы опасно блеснули. Соблазн посмотреть на Кеймана был невероятно огромный, но разборки с этой скотиной я решила оставить напоследок. Если выживу.

Острие меча оказалось перед моим лицом.

– Бросай меч, – скомандовала Яспера. – Слышала, что сказал тренер? Или первая кровь, или разоружение… будет обидно оставить тебе шрам на милой мордахе. Бросай.

Разжать пальцы. Просто ослабить хватку – и бой окончен, преподы торжествуют и празднуют победу, Аннабет не придется страдать от последствий бурного празднования. Разжать пальцы – и эта стерва уберет от меня свой меч и удовлетворится наконец победой.

Просто взять и сдаться на глазах у всей школы. Сдаться более сильному противнику. Простое решение, принять которое придется.

– Твоя проблема, Таара, что ты боишься бить в полную силу. Отбрось чувства, забудь, что я твой брат. Разбуди в себе ярость к противнику – тогда ты победишь.

Акорион улыбается и протягивает мне руку. Задница ноет от жесткого приземления, а меч вообще валяется где-то в стороне.

– Ну же, детка, ты ведь все умеешь. Мы сто раз тренировались, давай, покажи, на что способна. Представь, что я – то, что ты ненавидишь, найди в себе злость.

Я снова вскидываю меч, когда Акорион идет в атаку. Как послушная ученица, стараюсь отыскать в глубинах души эту ярость, о которой он говорит, но там только досада. Я не воин, можно потратить годы, как это сделал брат, и обучить меня всем премудростям поединков, но для настоящего боя внутри должен гореть особый огонь. А у меня, кажется, даже угольки не тлеют.

В очередной раз ловкая подсечка сбивает меня с ног. В грудь упирается острие меча, а брат, глядя сверху вниз, укоризненно качает головой.

– Ты не стараешься, Таара. Ты проигрываешь бой еще не взяв меч в руки. Я же вижу по глазам. Все думаешь, какой я умелый и насколько бесполезно тебе со мной тягаться. Нельзя сдаваться. Ты не способна на это. Ты сильнее, чем те, кто бросают мечи в надежде на пощаду.

Я смотрю на ступеньки замка за спину Акориона и вижу Кроста. Муж стоит облокотившись на перила, задумчиво смотрит за нашей тренировкой. Иссиня-черные волосы собраны в тугую косу. Пожалуй, сейчас он особенно красив, но я вдруг с удивлением чувствую, как что-то в груди обжигает.

Его не было столько времени!

Воспоминания о брачном ритуале и первой ночи после него накатывают, как штормовые волны на песчаный берег. Он просто исчез наутро… я проснулась в новой комнате, которая должна была стать семейной, в одиночестве, а он исчез, наказывая меня за слабость, за нежелание этой проклятой свадьбы!

В ярости я отпихиваю меч брата рукой и вскакиваю на ноги.

С лица Ясперы сошла самодовольная усмешка, а в глазах появился опасный блеск.

– Хочешь играть дальше?

Я смотрела на демоницу и видела попеременно то ее, то Акориона, не понимая, где реальность смешивается с чужими воспоминаниями. Телом сейчас управляла не совсем я, оно словно знало больше, чем разум. Мой меч встречал удары Ясперы, наносил ответные, а я двигалась так, словно за плечами тысячи боев.