Ольга Обская – Приговорён любить, или Надежда короля Эрланда (страница 22)

Танец закончился, не успев начаться. Магия вальса рассеялась вместе с последними аккордами музыкантов. Эрланд мягко подхватил под локоток и повёл к софе:

— Позвольте пригласить вас на следующий танец.

— Нет, Ваше Величество, — Надя ответила резче, чем хотела. — День был тяжёлый. Я устала и хочу вернуться к себе.

Надежда действительно устала, но причина отказа была в другом. Ей подозрительно сильно хотелось ещё одного танца с каменной глыбой. И ещё одного. И ещё. А это плохой симптом. Это очень-очень плохой симптом — желать, чтобы эти сильные руки вновь обхватили, прижали, кружили, а эти серые глаза смотрели завораживающе и волнующе.

Это, вообще, как называется? Надо рубить подобные мысли на корню! Что за непрофессионализм — увлечься клиентом? И Эрланд тоже хорош. Зачем быть такой возмутительно притягательной монументальной скалой? Таким вопиюще мужественным? Таким соблазнительно напористым? И это Надя ещё молчит про комплименты и розу.

— Почему нет? — Его Грозное Величество слегка нахмурился. — Вы ведь обещали танец, а это пока был не танец, а только три последних такта танца.

Вот именно — три такта. Если этих трёх тактов хватило, чтобы в Надежде распалилось чёрт знает что, то что будет после целого танца? Нет уж, спасибо. Как-нибудь в другой раз — когда к Наде вернётся её железное самообладание.

Зал вновь наполнила музыка, но озвучивать отказ, к счастью, не пришлось — к Эрланду подошёл Арчибальд.

— Ваше Величество, прошу прощения, можно вас на пару минут?

Как только король отошёл вместе с Советником, Надя направилась к выходу из зала. Вот правда, смертельно хотелось, чтобы сегодняшний непростой день уже наконец закончился падением в кровать. Но надеждам, что приключений больше не будет, не суждено было сбыться. Заметив, что Надя осталась без опеки короля, к ней ломанулся Вильгельм. Равнодушно бросил прямо посреди зала свою партнёршу — рыженькую дамочку в огненном платье, и подскочил к Наде. Снова будет требовать танец? Да что же за карма на сегодня у Надежды такая? От одного партнёра спаслась — другой настиг. Она решила сработать на опережение. Не дала Вильгельму сказать ни слова.

— Милорд, я очень устала и уже ухожу, — Надежда обогнула несколько танцующих пар и выскользнула в коридор.

Вильгельм был бы не Вильгельм, если бы не последовал за ней. Надя нырнула в своё крыло, ускорила шаг. Но блондинистый рыцарь, конечно же, догнал без труда.

— Миледи, — остановил он её, оттеснил к стене и навис.

Во взгляде столько гнева — просто задушить готов.

— Что вам нужно, милорд? — Надя посмотрела строго и спокойно.

Ну, не задушит же он на самом деле. Она как-никак не просто гостья с Земли, а Советник короля. А он вроде бы как рыцарь. С большой натяжкой, конечно, но не безнадёжен.

— Зачем вы затеяли эту игру? Чего хотите добиться? — две сильные руки опустились пятернями на стену, взяв Надю в капкан. — Зачем мучаете меня? Ваша игра, она, меня злит, она меня заводит.

— Вы что-то перепутали, милорд. Я с вами не играю, — Надя попыталась поднырнуть под мощную руку и высвободиться, но Вильгельм не дал — подошёл ещё ближе.

— Вы особенная, миледи, — прорычал с адреналиновой хрипотцой. — Внутри меня всё клокочет при виде вас. И я сделаю так, чтобы и в вас кипела страсть. Я вас добьюсь. Добьюсь вашего поцелуя.

— Надеюсь, не силой? — Надежда посмотрела с вызовом. — Отойдите!

Слова протрезвили Вильгельма — он отступил на шаг. И Надя воспользовалась возможностью пройти оставшиеся несколько метров до своих покоев.

Только когда закрыла за собой дверь, смогла выдохнуть с облегчением. Скинула туфли и плюхнулась на кровать. «Весёленький» денёк. Сумасшедший, длиннющий, выпивший всю энергию. Уже и бодрящая микстура не действовала. Надо было бы позвать Лизи, чтобы та помогла переодеться, но даже на это сил не было. Пока хоть бы просто отлежаться, успокоиться, упорядочить мысли.

Эх, если бы тут вдруг оказалась ещё одна кровать, как в общаге, а на ней соседка по комнате Марина — можно было бы поболтать, поделиться, обсудить, перемыть косточки. Уж Надя бы наградила такими «лестными» эпитетами местных мужчин с их навязчивым вниманием, мало бы не показалось. Вот чего Вильгельм бесится? Влюбился? Да никогда Надя в это не поверит. Просто привык к быстрым победам, а тут попалась девушка, которая мгновенно не свалилась к его ногам — это и выводит его из себя.

Ну ладно Вильгельм. Его Надя хотя бы по полочкам могла разложить. А Эрланд? Вот кого не понимала. Думала, что разобралась в своём клиенте, во всех его слоях брони, а тут бац — и синяя болотная роза в подарок. Каменная глыба дарит цветок — разве такое бывает? Надя вдруг подскочила с кровати, забыв про свою смертельную усталость, и подошла к столику с вазой. Она ведь толком ещё не рассмотрела цветок. Его нежные лепестки чуть светились в полумраке. Надежда склонилась к бутону, чтобы вдохнуть аромат. Пусть растение и болотное, но пахло оно совсем и не тиной, а свежестью и морозным зимним утром.

Звук открывающейся двери, заставил обернуться. Кто там без стука? Вот уж кого Надя не ожидала увидеть у себя в гостях — дама с рыжими волосами в огненном платье. Та самая, которую бросил посреди зала Вильгельм, когда решил преследовать Надежду.

Барышня зашла и плотно прикрыла за собой дверь:

— Нужно поговорить.

Не дожидаясь приглашения, она проследовала к креслу и опустилась на край. Движения отточены и грациозны и можно было бы назвать девушку хорошенькой, если бы в лице не было столько неприязни и высокомерия.

— Слушаю, — Надя заняла соседнее кресло. С гостьей её разделял лишь столик.

— Вы у нас недавно, и возможно ещё не знаете наших правил. Особенно негласных.

— Возможно, — согласилась Надежда.

А рыженькая, видимо, явилась просветить.

— Я леди Равелина, — представилась она. — Наш род второй по значимости после королевского. Ни одна дама в трезвом уме не решится перейти мне дорогу. Моё влияние на дамское общество безгранично. Я легко могу сделать жизнь любой леди невыносимой. Ославить так, что её имя станет синонимом похоти и бесчестия.

— Вы мне угрожаете?

— Предупреждаю. Первый и последний раз. Вильгельм — мой.

Пф-ф. Да ради бога.

— Мы наслышаны, что землянки немного не в себе, и только поэтому я прощаю затеянную вами игру по соблазнению Вильгельма. ПОКА прощаю, — она стянула губы в злобную тонкую полоску. — Но вы должны прекратить ваши игры немедленно, иначе я вынуждена буду вас остановить, и не буду сдерживать себя в средствах.

— Вы глубоко ошибаетесь, миледи. Я не веду никаких игр. Мне не нужен Вильгельм. Пользуйтесь на здоровье, — Надя снисходительно усмехнулась.

Равелина позеленела. Ручки сжались в маленькие кулачки.

— Я всё слышала, — она указала глазами на розу в вазе. — Ваш разговор на балконе.

— Это подарил не Вильгельм.

Презрительная улыбка скривила губы — Равелина не поверила. Она перегнулась через стол и прошипела:

— Вы, что, не понимаете, что интересны ему только как диковинная иномирная зверушка? Согласны с такой ролью? — сощурилась язвительно.

— Миледи Равелина, зачем вам такой мужчина, который предпочитает вам иномирную зверушку?

Гостья пару раз схватила воздух ртом. Ярость мешала говорить.

— Мне не надо отвечать. Ответьте себе, — спокойно произнесла Надя.

Равелина подскочила с кресла. Досада, что собеседница, по сути, права, выжигала её изнутри, завладела ею, требовала какого-то выхода.

— Он не будет твоим! — она выхватила из вазы синий цветок. — Вильгельм мой! И эта роза предназначалась мне. Не тебе! Слышишь, мне?!!

Резким нервным движением она переломила стебель и с силой бросила на стол. Нежные лепестки разлетелись по поверхности.

— Тоже произойдёт и с тобой, если встанешь у меня на пути, — змеиным ядом выплюнула слова Равелина и, подхватив юбки, вышла из покоев.

У Нади от досады перехватило дыхание. Она подняла половинки переломленного стебля. Смотрела на бутон, потерявший большую часть своих лепестков, и первый раз за сегодняшний день не знала, что делать. Ей было до слёз жалко синюю розу, умирающую в её руках. Его подарок, первый и единственный…

Она не знала, сколько времени так простояла. Из транса вывели шаги в коридоре. Дверь, оказывается, была открыта настежь — Равелина не потрудилась её прикрыть. В проёме материализовался Эрланд.

— Хотел узнать, почему вы ушли. И что насчёт танца, который обещали, приняв розу?

Его взгляд, как всегда скользящий снизу вверх, дошёл до Надиных рук, сжимающих обломки стебля. Глаза потемнели. Вспыхнули, а потом потухли.

— Можете не отвечать. Я понял.

Он развернулся и ушёл. Грозная монументальная скала. А Надя медленно разжала пальцы, выпуская из рук искалеченную розу. В груди похолодело — Эрланд подумал, что это Надежда сломала цветок.

Глава 26

Грязная игра

С самого утра в Северном Дворце царила суета. Вчерашним балом рыцарский турнир закончился, и вся королевская свита собиралась назад — в Центральный Дворец.

Лизи упаковывала вещи, причитая:

— Как жаль, что маэстро Озарио заболел и не смог выступить.

Надя и забыла, что бал должен был завершиться грандиозным концертом местного поп-звезды. Вчера вечером ей было не до него. И как оказалось, она ничего и не пропустила.

— Но зато, говорят, через несколько дней, как только маэстро выздоровеет, он даст концерт в Центральном Дворце, — поделилась новостями Лизи.