Ольга Обская – Приговорён любить, или Надежда короля Эрланда (страница 19)

Победа досталась огромному, под два метра, рыцарю — лорду Сэмюэлю. Этот косая сажень в плечах под аплодисменты зрителей преподнёс розу застенчивой юной леди в голубом платье. После чего распорядитель закрыл соревнования. Никакого шоу после третьего дня турнира предусмотрено не было, так как на сегодняшний вечер был назначен бал.

Теперь бы ещё живой добраться до дворца. Всю свиту как ветром сдуло — топать придётся одной. Нет, Надя, конечно, понимала, что никто её, полномочного представителя Его Величества, не посмеет тронуть, но всё же холодок пробегал по коже при мысли, сколько сегодня человек остались недовольны её решением.

Только она вышла из королевской ложи, как оказалась подхваченной под руки с двух сторон. Это Лизи и Базиль решили исполнить роль почётного караула. У Нади мгновенно потеплело на душе. Вот они два её преданных друга.

Глаза у Лизи были размером с блюдца. Чувствовалось, что хочет много чего сказать, но при Магистре не решается. А вот сам Магистр был совершенно невозмутим. Будто ничего особенного на турнире не произошло.

Едва они отошли от трибун, дорогу перегородил Феликс. Он припал на колено и склонил голову:

— Прекраснейшая из дам, знаю, что не достоин вашего внимания, но смиренно прошу выслушать меня.

Из его разбитой губы сочилась кровь. На лбу и подбородке — синяки и кровоподтёки. Ох, горюшко луковое.

— Слушаю.

— Я опозорил честь рыцаря и не заслуживаю прощения, но, взываю к вашему милосердию. Могу ли я надеяться, что хоть когда-нибудь буду прощён? Что я должен для этого сделать?

— Мне достаточно вашего искреннего раскаяния, милорд. Вы прощены.

Феликс уже и так достаточно был наказан, чтобы его добивать. Осознал, что погорячился — вот и хорошо. Может, научится впредь контролировать эмоции.

Рыцарь просиял:

— Могу я рассчитывать, что вы не заберёте назад обещание, данное вами, когда принимали розу?

— Не заберу.

Всё ж таки свою розу Феликс заработал честно. Ладно уж, получит обещанный танец.

Он поднялся с колена и, окатив восхищённым взглядом, посторонился. Огибая его, Надежда заметила в нескольких метрах в стороне Вильгельма. Он мрачно наблюдал за сценой. Глаза горели, на скулах играли желваки.

Глава 22

Дворцовая сеть по распространению слухов

— Миледи Надя, вам нездоровится? — Лизи поставила поднос с полдником на столик у окна и с озабоченным видом подскочила к кровати.

Ну, почему сразу и нездоровится? Уже и прилечь нельзя.

— Лизи, я четыре часа провела на каблуках и в этом ужасном тесном наряде, пока шёл турнир, а вечером бал — ещё три часа на каблуках и опять-таки в каком-нибудь изуверском трёхслойном платье, которое ты на меня напялишь. Должна же я отдохнуть?

— Наши платья вам идут. Вы в них как королева, — Лизи приземлилась на стул рядом с кроватью. — Разве сравнить с теми ужасными мужскими брюками, в каких вы прибыли к нам?

— Эти, как ты говоришь, ужасные мужские брюки — удобные, — усмехнулась Надя.

— У вас в таких девушки ходят на балы? — сделала страшные глаза Лизи.

Если речь про студенческую вечеринку, почему бы и нет?

— Ходят, — добила свою любопытную помощницу Надя. Но чтобы та окончательно не впала в шоковое состояние, успокоила: — Но на самые торжественные балы наши девушки иногда надевают платья, похожие на ваши. Например, на свадебную церемонию.

Слово «свадьба» всех женщин приводит в особое возвышенно-сентиментальное состояние, вот и Лизи — разулыбалась. Но тревога по поводу горизонтального положения подопечной взяла верх — она снова нахмурилась и накрыла ладонью лоб Нади. Подержала с пару секунд и выдохнула облегчённо:

— Жара нет.

И тут же выдала диагноз:

— Миледи Надя, вы переутомились. У вас такой напряжённый день был. Сейчас схожу за бодрящей микстурой, — подскочила она со стула.

— Не надо, — попыталась остановить её Надежда, но Лизи уже выпорхнула за дверь.

Оставалось гадать, что тут является бодрящей микстурой — настойка эхинацеи или что-нибудь позабористей?

Лизи вернулась со стаканом в руках. Содержимое было абсолютно прозрачным, словно вода.

— Надо выпить залпом, — протянула она снадобье.

Жидкость пахла приятно — свежим огурцом. Не очень-то Надя доверяла местной медицине, но настойчивый взгляд Лизи заставил рискнуть принять микстуру. На вкус она оказалась чуть солоноватой и мятной.

— Через полчаса подействует — усталость как рукой снимет, — пообещала Лизи и снова пристроилась на стул в изголовье.

Надя догадывалась, что помощнице не терпелось поделиться последними сплетнями. Угадала.

— Помните, я вам рассказывала, что у меня есть подружка Милли, — начала Лизи, — а её подружка Вилия работает горничной в том крыле, где находятся покои братьев Вильгельма и Феликса?

Надежда кивнула. Имён прислуги она, конечно, не помнила, но то, что во дворце хорошо налажена сеть, по которой моментально распространяется любая мало-мальски интересная информация, уже давно поняла.

— Так вот Вилия видела, как сразу после турнира лорд Вильгельм приходил в покои брата. Она испугалась, что они продолжат драку, начатую на соревнованиях. Даже дворецкого на всякий случай позвала. Но в покоях было тихо. Если братья и ссорились, то делали это, не повышая голоса.

— Так может, наоборот — наконец-то помирились?

— Вряд ли. Когда лорд Вильгельм вышел от брата, он был зол как дьявол.

Эх, а Надя-то питала надежду, что удаление с турнира станет братьям уроком. Хотя так скоро проблема бы конечно не могла решиться. Накопленные годами обиды не забываются за один день.

— А, вообще, вы правильно сделали, что запретили им продолжить состязания, — Лизи произнесла это шёпотом как крамольную мысль. — Поделом им. Хотя лорда Феликса немного жалко. Я уверена, он не специально копья лорду Вильгельму поломал.

— Оба хороши. Конечно, старший виноват больше. Должен служить примером младшему. Но Феликсу уже не пятнадцать — пора научиться быть мужчиной — держать эмоции под контролем.

— Смелая вы, миледи Надя, — вздохнула Лизи. В этом вздохе слышался одновременно восторг и тревога. — А знаете, подруги меня жалеют, что меня к вам приставили. Думают, что вы немного не в себе.

— Это из-за моей прогулки по дворцу в нижней сорочке?

— Не только. Сегодняшнее ваше выступление на турнире… Так-то они поддерживают каждое ваше слово… но поверить не могут, что девушка в здравом уме может быть такой отважной, чтобы вызов мужчинам бросить. Я сама сегодня, чуть от страха не умерла, когда вы своё решение объявили. От страха за вас…

— Лизи… — Надя положила руку поверх руки своей помощницы. — Ну, нашла причину тревожиться.

— Нет, накликаете вы беду на свою голову. Свите могло не понравиться ваше решение. Они будут точить на вас зуб. И лордам Вильгельму и Феликсу наверняка не понравилось. И ещё неизвестно, как отреагирует Его Величество.

Вот как ни странно, но Наде верилось, что у Эрланда её решение не вызовет гнева.

— Кстати, не знаешь, он уже вернулся?

— Его Величества пока нет во дворце.

— А ты не в курсе, куда он поехал?

Эрланд, конечно, перед прислугой не отчитывается. Но Надя уже убедилась, что дворцовая сеть по распространению слухов работает исправно. Вдруг до Лизи дошла какая-то информация?

— Не знаю, — пожала она плечами. — Он уехал один, никого с собой не взял.

Вот и вечерами любит совершать конные прогулки в одиночестве. Совпадение?

— А не мог он поехать туда, куда прогуливается каждый вечер? Ты не знаешь, зачем ему эти поездки?

Не очень-то Надя рассчитывала на ответ, но глаза Лизи вдруг заблестели, и она придвинулась поближе — стало ясно, кое-какими соображениями на этот счёт помощница располагает.

— Ходят слухи, — тихо, на пределе слышимости прошептала она, — что он наведывается к ведунье.

— К ведунье?

— Ну а к кому ещё? Больше там, в лесу, куда он ездит, никто не живёт.

Вот это новость. Надя полагала, что Эрланд посещает возлюбленную — прекрасную юную нимфу. А тут вдруг какая-то бабка-ведунья. Хотя почему, собственно, Надежда решила, что ведунья обязательно должна быть преклонного возраста? Воображение тут же нарисовало знойную роковую молодую женщину с длинными густыми чёрными как смоль волосами и огромными магнетическими глазами. Околдовала короля, опоила приворотным зельем — вот тот и мотается к ней каждый день.

— Лизи, расскажи мне про неё. Что она умеет?

— Да всё умеет. Может сказать, что было, что будет…

— Подожди, разве «что было, что будет» не астрологи по звёздам вычисляют?