Ольга Обская – Приговорён любить, или Надежда короля Эрланда (страница 17)
— Ваше Величество, раз уж речь зашла о будущей королеве, хотела спросить вас…
— Нет, — резко перебил Эрланд. — Вы обещали мне историю, а не вопросы.
Он снова выстроил стену, загородился, закрылся от Нади этими своими тремя слоями брони. Она видела — он жалел, что потерял контроль, впустил ненадолго её туда, куда дал зарок не пускать никого.
Но Надя достучится, обязательно достучится — пробьёт металл, камень, гранит — всё, что он там нагородил вокруг себя.
— Хорошо. Я продолжу историю.
В этот раз уже не было шахматной доски. Но Наде она и не была нужна. Жаль только, что сидели они с Эрландом не друг напротив друга, как обычно. Ей нужны были его глаза. Она развернулась. Он не стал прятать взгляд. Какими бы стенами не отгораживался, но всегда смотрел на неё.
— Наша Королева счастлива. Она не понимает, что происходит. Но её Король рядом, и ей этого достаточно, чтобы быть на вершине блаженства. Её любимый так зол, так горяч, так неистов, так нежен. Она отдаётся ему беззаветно, даёт выпить всю — без остатка. Могла бы — растворилась в нём. Но вместо этого растворяется он сам. Черты любимого становятся нечёткими. Словно марево окутывает его.
«Сейчас ты уснёшь, любовь моя», — шепчет он. — «Просто уснёшь».
Она уплывает из реальности такой бесконечно счастливой, убаюканная ласками Короля, его нежным шёпотом. Разве может она знать, где проснётся? Каким страшным будет пробуждение.
Король смотрит на любимую, молочно-белую в лунном свете. Проходит час, а он всё не может выпустить уснувшую Королеву из рук. Проводит дрожащими пальцами по губам, целует закрытые глаза, зарывается в волосы, вдыхает их аромат. Он хочет запомнить всё до мельчайших деталей. Он прощается.
«Что ты наделала, любовь моя? Что ты наделала?»
Он облачает её в нежный шёлк — не в силах видеть страшных язв. Они напоминают, как уходила его первая супруга, как скверна разъедала её кожу и душу, пока она не стала добычей алчной вечности.
Почему любимая так поступила с ним? Разве сможет Король пройти этот путь второй раз? Нет, он не выдержит пытку наблюдать, как умирает любимая. Его душа выжжена дотла. Он принял самое трудное в его жизни решение.
Король идёт за доктором. Тот всё ещё в потайной комнате. Стоит, опустив поседевшую за один час голову, среди побитых склянок и поваленных полок.
«Возьмёшь сколько понадобится людей и сегодня же ночью отправишься в лечебницу при Горном Монастыре», — отдаёт приказ монарх. Молчит минуту. Добавляет: — «С ней».
Доктор поднимает глаза на Короля. Смотрит как на умалишённого.
«Горный воздух не поможет. Ничего не поможет».
«Я знаю. Останешься с Королевой до конца».
«Вы отправляете её в Горный Монастырь умирать?» — бледными губами шепчет убитый доктор.
«Собирайся», — выдавливает Король и выходит из комнаты…
Эрланд смотрел на Надю так, будто не понимал её слов. Вернее, не хотел понимать. Она знала, что сегодня ему не понравится то, что он услышит. Такой внешне спокойный, но на самом деле взведённый — его выдавали глаза.
— Королева проснётся по дороге в Горный Монастырь?
— Да, — ответила Надя, не желая щадить свою гранитную скалу.
— Как Король мог⁈ Как⁈ — эмоции вырвались наружу, пробили слои брони, расплескались по огромному залу надрывистым эхом. — Как Король мог так поступить со своей Королевой⁈
Надя оказалась поднятой на ноги сильными руками. Эрланд стоял напротив и сжимал её плечи.
— Но что он мог сделать? Спасти Королеву нельзя. А смотреть, как она умирает, не в его силах.
— Как он смог отпустить её⁈ Как смог расстаться⁈ — горячие ладони держали так крепко, будто это Надя должна сейчас куда-то уехать. Будто это её Эрланд не хочет отпускать.
— А что бы сделали вы на его месте?
Глава 20
За старшую
Лизи собирала Надю на третий этап рыцарского турнира с утроенным усердием.
— Вот чует моё сердце, что-то сегодня случится, — объяснила она свою старательность.
— Хорошее или плохое? — поинтересовалась Надежда, хоть, конечно, не особенно верила, что Лизи обладает даром предчувствия.
— Не знаю. Что-то такое… из ряда вон, — страшным шёпотом сообщила она.
— Со мной или вообще? — уточнила Надя.
— Не знаю, — снова пожала плечами Лизи.
— Так чего ж ты тогда меня наряжаешь, как на конец света, если ничего не знаешь? — подтрунила Надежда.
— Понимаете, миледи, если что-то должно случиться, неважно хорошее или плохое, неважно с вами или нет — вы должны выглядеть идеально.
Угу. Железная логика. Ну, не прелесть эта Лизи?
— Слушай, Лизи, называй меня просто по имени: Надежда или даже Надя. Хотя бы пока мы одни. Не очень-то я к этому вашему «миледи» привыкла.
— Ладно, — не стала она артачиться. — У вас красивое имя.
На этой оптимистической ноте Лизи приступила к самой садистской части ритуала одевания — затягиванию шнуровки лифа.
— А знаете, миледи… то есть, Надя, я сначала вас очень боялась, — вдруг выдала она.
Вот за что Надежде нравилась Лизи — её же хлебом не корми, дай пооткровенничать.
— Почему?
— Мы во дворце, вообще, все в шоке были, когда поползли слухи, что Его Святейшество Астролог Освальд назвал будущей королевой землянку. А потом слухи подтвердились, и нам объявили, что Его Святейшество Магистр Базиль переместил с Земли девушку. Но для начала не ту, которую назвал астролог — не невесту Его Величества, а другую. И она, ну то есть вы, будет участвовать в подготовке свадьбы.
Скорее, в подготовке Его Величества к свадьбе. Но не суть.
— А боялась-то меня почему?
— Поэтому и боялась — потому что вы с Земли, — со всей дури натягивала шнуровку Лизи. (И откуда в этой миниатюрной девушке столько силы?) — Мы совсем ваш мир не знаем. Только по страшным сказкам, которые детям на ночь о вашей жизни рассказывают. Об ужасных металлических механических чудовищах, которые передвигаются в десять раз быстрее лошади… А правда, что некоторое из них ещё и летают?
— Угу… ой… что ж ты так тянешь-то? Как по мне, так ваши наряды пострашнее наших чудовищ будут.
— А ещё слухи ходят, что все землянки немного не в себе… Не такие как Тай-Наильские девушки.
И Надя «постаралась» эти слухи подкрепить, разгуливая в одной нижней сорочке по дворцу.
— Нас предупредили, чтобы мы не обращали внимания на странности и не лезли ни с какими расспросами.
Поэтому местные на Надю только косятся, а подойти никто не решается? Ну, это не считая рыцарей. Для них предостережения, наоборот, сыграли роль красной тряпки.
— Вот я и боялась, — Лизи затянула последние завязки.
— А теперь?
— Теперь — нет, — она усадила Надю на стул перед зеркалом и занялась причёской. — Теперь я боюсь не вас. Я боюсь ЗА вас. Вы не такая как Тай-Наильские девушки — смелая. Даже Его Величества не боитесь. И можете накликать беду себе на голову.
— Волков бояться — в лес не ходить, — улыбнулась Надя.
В смысле, каменных глыб бояться — Советником не работать.
Лизи расчесала волосы и разделила на несколько прядей. Каждую подкрутила нагретыми на углях щипцами — ещё одно испытание не для слабонервных.
— А жаль, что это не вас назвал Его Святейшество Освальд, — неожиданно выдала она, закрепляя пряди в высокую причёску. — Мне бы так хотелось, чтобы вы стали нашей королевой.
Вот это признание! Ну, не прелесть эта Лизи? Надя — королева Тай-Наиля… да такое в страшном сне не приснится…
Сегодня Эрланд лично сопровождал Надежду в королевскую ложу. Дождался, когда она выйдет из дворца, и повёл к трибунам, предварительно окинув фирменным взглядом снизу вверх ярко красное платье, в которое Лизи нарядила Надежду по поводу «конца света» или что там её сердце на сегодня предчувствовало?
Король шёл молча. Выглядел как всегда монументально и спокойно. Хотя «как всегда» тут уже неуместно. Вчера Надежде удалось увидеть Его Грозное Величество настоящим, без брони, во власти переполнявших эмоций. Он так и не ответил ей на вопрос, которым закончился их сеанс. Велел идти, оставшись с этим жутким вопросом наедине. Надя догадывалась — история терзала Эрланда всю ночь. Невольно она задела какие-то болезненные струны в душе короля.
Вельможи уже были в ложе, когда Надежда и Эрланд зашли. Что интересно, место, с которого Надя смотрела вчера состязания, пустовало — никто из свиты на него не покусился. Более того, господа проявили верх любезности — поприветствовали поклонами головы, в частности и Арчибальд. Неужели смирились? Или это только красивые мины, чтобы не злить короля, а при первой же возможности Наде отвесят новую порцию издёвок?
Третий тур рыцарского турнира представлял собой состязания по метанию копья. Напряжение и на трибунах, и среди участников зашкаливало. Основной вопрос дня, конечно, был в том, кто из двух блондинов-рыцарей возьмёт сегодня верх и станет не только победителем дня, но и победителем всего турнира.