Ольга Новикова – НЕкнига. Непридуманные истории: как улучшить свою жизнь с помощью коммуникации (страница 4)

Не выдержав внимания к себе как к новенькой в классе и намека на критику, я стала комплексовать. Через пару месяцев я ощущала себя белой вороной с трясущейся головой и подбитыми крыльями. Знала бы я тогда, что гадкий утенок обязательно превратится в лебедя, что девочка с трясущимися от страха руками, ногами и головой во время ответа у доски через каких-то тринадцать лет будет проводить свой первый тренинг и станет бизнес-тренером, в том числе по публичным выступлениям…

Каждый день в гимназии был для меня настоящим испытанием. Учиться становилось сложно психологически. Я поняла, что начинаю отставать. Помню, как сидела до трех ночи и делала домашние задания по химии, чтобы не скатиться в троечницы. Я всегда была «хорошей девочкой», совсем не хотелось расстраивать маму с папой новостью о том, что их дочь не приняли в классе. Поэтому я долго не посвящала их в свои проблемы. Еще немного – и нервный срыв был бы мне обеспечен. Состояние, и без того шаткое, осложнялось отсутствием нормального сна и поддержки.

Ближе к Новому году я поняла, что одна не справлюсь. Интуитивно стала искать опору снаружи и внутри.

Первым шагом на пути выхода из тупика стала вербализация текущего состояния.

Я написала свою историю старшей сестре, которая жила в другом городе. Тогда еще не было сотовых телефонов и эсэмэсок, а на бумажные письма ждали ответа две-три недели. Ее письма были для меня большой поддержкой, я уже не чувствовала себя наедине с проблемами.

Легче мне стало как только я доверила мысли бумаге, описала ситуацию, свои чувства и переживания. По сути, я без профессиональной психологической помощи дала названия собственным эмоциям и состоянию, посмотрела на себя со стороны.

Однажды вечером родители разговаривали на маленькой кухне, и я, набравшись смелости, рассказала, что надо мной смеются в классе и мне очень трудно. Несмотря на то, что фактически ничего не изменилось – меня не перевели в другую школу и не отправили к психологам, ведь тогда это было не принято, – все-таки стало легче. Меня выслушали, поняли и приняли. С этого момента я чувствовала поддержку и любовь родителей. И это мне давало огромную силу и опору.

Где-то во второй половине учебного года, благодаря то ли гриппу, то ли ОРВИ, я почти месяц просидела дома. Не помню, как нагоняла программу, но именно эта пауза дала возможность восстановить энергию. Я разрешила себе ничего не делать по уважительной причине.

После возвращения в учебный процесс нагрузка оказалась мощной: нужно было нагнать упущенную за месяц программу, вернулись домашние задания до трех ночи, музыкальная школа, многочасовые занятия дома на аккордеоне, подготовка к экзаменам как в 9-м классе, так и в музыкальной школе. Передо мной стояла цель: без троек окончить обе школы и любыми путями избежать перехода в 10-й класс. Это означало, что нужно хорошо учиться, чтобы поступить в музыкальное училище.

Я не хотела играть на аккордеоне – просто не смогла сказать об этом родителям, когда меня привели в музыкальную школу. Это сейчас я понимаю, какую важную роль музыкальное образование сыграло в моей жизни и как оно мне помогает до сих пор, но тогда я думала: раз отдали – значит так надо. Могла ли я бросить занятия музыкой? Нет. Они стали для меня отдушиной. Поэтому перспектива поступления в музыкальное училище для меня была неплохой альтернативой учебе в 10-м классе.

Я представляла себя свободной, раскованной, уверенной в дружеском окружении понимающих людей, дышащей полной грудью. У меня появилось желаемое состояние.

Чтобы выдержать учебную нагрузку, я начала искать информацию в книгах, ведь тогда не было Интернета. В какой-то из них я нашла примеры аутотренингов. Текст был примерно такой: «Лежа на спине, подложите под колени валик из подушки или одеяла. Закройте глаза, сделайте глубокий вдох и выдох. Медленно расслабьте стопы, голени, колени, бедра, ягодицы, поясницу, живот, грудную клетку, область вокруг ключиц, лопатки, мышцы шеи, лица и головы. Почувствуйте каждую клеточку своего тела. Дышите свободно животом…»

Сейчас я понимаю, что это был мой первый осознанный опыт налаживания контакта с телом. Днем я приходила из гимназии, обедала, затем ложилась, подкладывала валик под колени и слушала свое тело, разговаривала с ним, расслабляла его, давала ему внимание и энергию. И оно откликалось. Уже через 15–20 минут я садилась за аккордеон, повторяла программу, а затем шла в музыкальную школу. Вечером делала домашние задания и готовилась к следующему учебному дню.

Отвечая на уроках, слушала свой голос и голос тела – стук сердца, ощущала стопы, колени, ладони и голову, прислушивалась к реакциям тела – налаживала контакт с ним. К концу учебного года моя голова больше не тряслась во время ответов, и одноклассники уже не смеялись надо мной.

Музыкальную школу и 9-й класс я окончила без троек, как и намеревалась. На выпускной пришла в голубом платье, с какой-то незримой внутренней опорой и намерением больше ни одного дня не провести за партой. А дальше все сложилось само собой. Я будто вошла в нужный поток обстоятельств и… поступила в музыкальное училище в другом городе. Это было совсем нелогично – уехать из большого города от родителей в музыкальное училище, не испытывая большого желания заниматься музыкой.

Но на тот момент для меня это было лучшим вариантом развития событий.

Итак, вербализация текущего состояния – пауза и восстановление энергии – желаемое состояние – контакт с телом – состояние доверия потоку. Эта схема еще не раз сработает в моей жизни.

…

«Наш тренинг будет длиться шесть часов с двумя пятнадцатиминутными перерывами. Для начала давайте познакомимся…» Ух ты! Мой голос звучит уже не как из унитаза, хотя руки все еще трясутся и блузка мокрая. Я живой человек – потею и трясусь. Это хорошо. По крайней мере знакомо. Ощущения практически те же, что и в музыкальном училище во время выступления на сцене с аккордеоном: трясет, потеешь, но играешь свою программу…

– Ребята, сколько вам лет? – спросил наш преподаватель по специальности в музыкальном училище.

– Шестнадцать.

– Семнадцать.

– Пятнадцать.

– А тебе, Марина?

– А мне четырнадцать.

Сразу после окончания 9-го класса гимназии и 5-го класса музыкальной школы я поступила в Бийское музыкальное училище в Алтайском крае, где уже работала преподавателем моя сестра, та самая, с которой мы переписывались. Я была младшей на курсе. Теперь моя жизнь была связана с музыкой еще на девять лет: окончив училище с красным дипломом, я поступила на бюджетное место в консерваторию.

Студенческие годы – это всегда начало самостоятельной взрослой жизни, первая влюбленность и друзья на всю жизнь. А еще это регулярная практика публичных выступлений. Выходишь на сцену с двадцатикилограммовым аккордеоном на плечах и с мыслью: «Хоть бы не упасть на ступеньках», а на тебя в гробовой тишине смотрит полный зал студентов и педагогов. Садишься на стул в центре сцены, пытаясь абстрагироваться от давящей мозоли на пятой точке, появившейся после многочасовых ежедневных занятий. Делаешь вдох-выдох и входишь в особое медитативное состояние: просто позволяешь себе слиться с инструментом, а руки и корпус двигаются в потоке звуков так, как они были приучены за несколько месяцев занятий. Главное – не контролировать этот процесс, иначе все может рухнуть.

Представьте, что вы водитель с десятилетнем стажем. Наверняка легко можете выпить кофе, одновременно включив поворотник и нажав с нужной силой на педаль тормоза, а затем – газа, чтобы красиво повернуть налево, параллельно рассказывая по громкой связи другу о ярком событии вчерашнего вечера. И все это на автомате.

А теперь представьте, что вы решили сопроводить каждое действие максимальной концентрацией. Наверняка либо кофе разольется, либо поворотник предательски включится не тот. Так же и в музыке. Включать сознательные процессы необходимо во время изучения, а на сцене важно довериться состоянию потока. Чем качественнее осознанная подготовка, тем красивее выступление.

Состояние потока. Позднее я поняла, что такой же принцип доверия состоянию потока работает в спикерстве. В результате многолетнего опыта осознанного выступления наступает тренинг, когда ты, с одной стороны, делаешь осознанно тренерскую работу, а с другой – находишься в медитативном трансе. Это награда за очередные несколько десятков часов подготовки. А затем этот цикл повторяется.

…

«Родненькие мои» – главное не сказать эту фразу вслух. Она и правда помогает настроиться, если проговаривать ее про себя. Ну вот и не трясет больше: движения плавные, жесты гармоничные, голова и плечи подвижные – тело становится моим сообщником. «Сегодня нам с вами предстоит увлекательное путешествие в мир розничных продаж», – говорю я…

…Опыт розничных продаж стал судьбоносным в моей жизни. После окончания консерватории я переехала в Москву. Первые три года работала продавцом-консультантом в премиальной розничной сети магазинов швейцарских часов и ювелирных украшений. Именно там я познакомилась с тренингами как их участница. Мне так понравился процесс и тренеры, что я сама захотела стать бизнес-тренером, ощущать себя так же, как они, двигаться, слышать, говорить с аудиторией и видеть горящие глаза участников.