Ольга Николаева – Сестра, верни мне мужа! (страница 7)
- Ага. Только одна капля – старая, да? А вторая значительномоложе? И ей даже не нужно никаких ботоксов, подтяжек и прочего? Ты поэтому ейтак радуешься?! – Неведомая сила подняла меня на ноги, закружила по кухне,замотала, заставила метаться и переставлять беспорядочно тарелки, кружки,вазочки…
- Да ты никак, ревнуешь меня, милая? А? Ничего себе… А эточто-то новенькое, Лид… Когда ты меня ревновала в последний раз?
Макс перехватил меня сзади, прижался к спине, нежно провелгубами по шее…
- Вазочку поставь, пока не уронила… - Мягким, осторожнымдвижением вынул из моей ладони фарфоровую вазу, потянул за запястье,разворачивая к себе лицом.
- Макс… Ты что? – Он прижимался пахом к моему животу с такимоткровенным желанием, таким выпирающим и ощутимым, что в животе стало жарко итяжело… Дыхание сбилось.
- А что? Я тебе показываю, что ревность твоя – глупа и бесполезна. Хочу тебя, одну, только однутебя, слышишь, Лидусь? – Он жарко шептал мне на ухо, отводя губами прядки отуха, щекотал, дразнил, завораживал…
- Тут же Крис… Рядом… И Эта… - Мысли путались. Только страх,что дочка нас может застукать, еще заставлял немного соображать…
- Они там надолго застрянут, поверь. Пока все комнатыпереберут, пока шмотки из чемодана достанут… - Как он еще мог разговаривать очем-то постороннем, если наши тела уже прижимались друг к другу, трепетали,дрожали…
- О, как тут у вас жарко! Извините, я в другой раз зайду!
Твою мать!
Само собой.
Эта стерлядь нарисовалась. В самый интересный момент!
- Мамочка! – За спиной сестры нарисовалась и дочь.
Я едва успела одернуть полы кофточки. Это было оченьнеудобно – поправлять свою одежду, застегивать ширинку на джинсах Макса, и приэтом не разделять свои тела… Крис могла бы не вынести вида своего отца соспущенными штанами.
- Крис, мне кажется, мы тут не совсем вовремя… - Елизаветане сводила возбужденного, горящего взгляда с нас. При этом – пятилась, непозволяя моей дочери заглянуть через свою спину. Мне пришлось дажепочувствовать что-то, похожее на благодарность…
- Нет уж. Заходи. Обе заходите! – Макс аккуратно отодвинулменя в сторону, огладил ладонями, убеждаясь, что все мои вещи теперь в порядке,и что ни одна моя грудь не вывалилась из декольте.
- Мам. А чем вы там занимались? – Кристюха, как ни в чем нибывало, ухватила со стола виноградину, закинула ее в рот, уперлась боком вдверной косяк, и с явным удовольствием на нас пялилась. Казалось, что она прекрасно знала ответ насвой вопрос, и просто кайфовала от того, что заставила родителей смутиться.
- Боже, Кристи! Сколько тебе лет? – Пока мы с Максомлихорадочно соображали, как бы так поудачнее вывернуться – и не соврать, и неговорить правду, - моя сводная родственница оказалась шустрее. Она подмигнулаКристине, заулыбалась во все свои сияющие тридцать два зуба, - пора бы ужезнать, что делают взрослые наедине! И не нужно смущать маму и папу! Зачем тызаставляешь их стесняться, ну? Признайся честно, племяшечка! Ты же этого добиваешься? Чтобы родителипокраснели?!
- Фу, тетушка. Как ты могла обо мне такое подумать? – Ониобменялись шаловливыми улыбками. Мое сердце снова укатилось вниз: эти двое,казалось, уже прекрасно спелись. И понимали друг друга не только с полуслова,но и с полувзгляда даже!
- Ну, как приличная дочь, ты должна была притвориться, чтопросто ничего не заметила… - Елизавета ткнула пальцем Кристине под ребра.
- А мне, может быть, хотелось, чтобы они поняли: я знаю, чтомама и папа – живые люди, а не какие-то святоши. И чтобы они больше не вралимне, что меня им подослал им Боженька, прямо мамочке в живот, а папа там, какбудто, вообще никак не участвовал. Мне, между прочим, уже пятнадцать. И не надоменя считать дурой!
- Крис. А ты не могла нам как-то иначе об этом сообщить? Ане разглядывать, как я застегиваю штаны?! – Макс молодец. Он опять быстрее менясообразил, как реагировать. И даже умудрился не краснеть, отвечая дочери.
- Доченька. Ну-ка, выйди-ка сюда. – Меня еще передергивалоот отвращения, как только приходилось приближаться к этой стерве, моей своднойсестре. Но сейчас пришлось пересилить себя. – Что это на тебе такое надето?!Почему ты, среди бела дня, разгуливаешь в ночной сорочке, а?!
Она пряталась за спиной Елизаветы неспроста!
- Крис? Поясни? – теперь уже заволновался и Макс.
- Мы сегодня с Лизой пойдем на дискотеку! И я пришлапоказать вам платье! – Дочь развернулась вокруг своей оси, демонстрируя что-тоультра-короткое, блестящее, переливающееся… Мини-платье, обшитое пайетками,прикрывало только ее живот . Ни ноги, ни руки, ни плечи, ни грудь – ничего небыло спрятано. И задница, в общем-то,тоже ничем не прикрывалась.
- Где ты взяла этуночнушку, дочь?! С каких пор ты ложишься спать в блестяшках, словно елка? И неговори, что это мама тебе такое купила!
- Мне Лиза дала. Сказала, что в клубе все просто сойдут сума, когда меня увидят!
- Ты никуда не пойдешь в этом! Даже не мечтай! Прямо сейчас– иди и сними этот разврат! И не смей никогда ни в чем подобном показыватьсямне на глаза!
- Да, Крис. Реально, мы чего-то с тобой переборщили…Давай-ка, пойдем, подберем тебе что-то более приличное…
- Ну, Лиз! А когда?! Когда мне будет можно?! – Теперь дочкаобиделась и на эту тварь. И мне сразу стало легче и радостнее. И даже непришлось думать о том, что Елизавета внезапно перешла на нашу сторону с Максом.
- Скажи спасибо, что в клуб тебе еще не запретили идти!Пойдем, оденемся нормально! И сразу сбежим, да? – Она подмигнула дочери,схватила ее за руку и утащила подальше от нас.
- Ты понял, что сейчас случилось, Макс?
Муж задумчиво почесывал переносицу.
- Наша дочь внезапно показала, что стала взрослой?
- Нет, любимый. Нас только что обвели вокруг пальца. Иплатье это было натянуто не просто так! Мы ведь по поводу дискотеки ни слова несказали!
- Ну, можешь сказать сестре своей спасибо… - Макс лукавоухмыльнулся и снова протянул ко мне руки. Так, словно ничего не случилось, иникто нам не мешал предаваться забавам на кухонном столе.
- Нет у меня сестры! Не было, нет, и не будет! И прекрати,пожалуйста, называть так эту самозванку!
Вывернулась из его объятий. Знала прекрасно: чуть дайслабину, позволь и дальше меня трогать и обнимать, и я снова обо всем на светепозабуду! Макс – как зелье, от которого мой разум мутится, плывет, а я самастановлюсь безвольной, послушной куклой.
- И вообще! Ты меня в последние дни так часто соблазнитьпытаешься, что это становится подозрительным, дорогой мой муж!
- Это на что ты такое намекаешь? – Он ни чуточки не смутился.Словно не заметил перепада в моем настроении. Снова положил ладони на моюталию, притянул к себе, призывно, играючи потерся пахом о мой живот…
- Ты меня как будто пытаешься отвлечь от того, что в нашемдоме поселилась посторонняя тетка? Ты что, заодно с нею?!
- Я заодно с тобой, любимая! И я лучше всех на свете знаю,как поднять твое настроение… Ну, же, Лид, прекращай дуться! – Он снованаклонился, пытаясь меня поцеловать в губы. Едва успела увернуться.
- Знаешь, Максим, раньше я за тобой такого рвения незамечала… А настроение у меня портилось и раньше, не только сейчас… Последниелет десять, кажется, ты совсем так сильно не старался уложить меня в постель…
- Не поверишь, милая… Ты давно меня так не заводила, каксейчас! Смотрю на тебя – и сразу руки чешутся. – Он шаловливо пощекотал меняпод ребрами, заставляя млеть, таять и извиваться. Это было слишком хорошо ислишком близко, чтобы снова начать сопротивление.
Странное состояние, похожее на наваждение: мне хотелосьубивать свою семью, ненавидеть ее, за то, что так быстро и легко меня предали…И не было сил на это. Я могла лишь снова поддаваться обаянию мужа. Слишкомжеланного и слишком любимого, чтобы долго на него сердиться…
- Мамочка! Папочка! Мы с Лизой ушли! – Дочь снова заглянулана кухню, неслышно подкравшись откуда-то издалека. – Да не прыгайте вы уже! Явсе про вас прекрасно знаем! Мы как раз, вот, свалим сейчас, а выразвлекайтесь!
Из-за ее спины выглянула та, которую Крис уже так радостно иблагосклонно называла Лизой… Мой язык никак не мог для этого повернуться…
- Куда вы пойдете? -Я, конечно же, все равно отскочила от мужа на максимально возможноерасстояние. – Еще же раннее утро! Кто втакое время ходит по клубам?!
- Мы подумали, что вам нужно дать время, чтобы побытьвдвоем. А мы пока прошвырнемся по магазинам. Прикупим что-то модное для Крис…
- Я недавно покупала ей целый ворох модной, стильной,качественной одежды! Ей не нужно больше ничего!
- А кто спорит? Для скучных занятий в школе племяшка одетаидеально! А вот погулять с мальчиками… Боюсь, пацаны не оценят вкус ее мамы… Вконце концов, девочке пятнадцать, а не сорок пять…
- Мне не сорок пять! – Злость на эту рыжую крысу сновавозвратилась. Еще и с утроенной силой. Жаль только, Макс держал меня сзади забока, прижимал к телу руки, не позволяя прихватить что-то тяжелое и одним махомизбавиться от непрошеной и нежеланной родни!
- Ну, прости…Наверное, тебе тоже не помешало бы сменить имидж…
Крис притворилась, что не поняла, как меня только чтооскорбили. Она помахала рукой на прощание и упорхнула. Мы слышали только, какхлопнула входная дверь.
- Максим. – Пока ябеззвучно открывала и закрывала рот, он успел отпустить меня, отвернуться иактивно заняться уборкой со стола. С таким видом, словно только это его в жизнии волновало. И он совсем не пытался домогаться до меня с утроенной силой….