Ольга Назарова – Ветер перемен (страница 11)
– А мне Максим ничего не сказал… – переживала Марина.
– Да он мне тоже поначалу ничего не говорил – просто застала его в позе «Всё пропало, всё погибли». Я-то за кошкой кралась – она носки крадёт и куда-то в новое место прячет, вот Мила и попросила меня посмотреть, куда именно – сама понимаешь, непорядок, когда носки в доме исчезают на глазах. Короче говоря, крадусь я за Нори с носком, а на кухне моральноумирающий Максим страдает. Кошка, когда его увидела, аж носок уронила. Наверное, от шока… Разумеется, я заинтересовалась. Правда, думала, что это несерьёзное что-то… Не ожидала, что Игорь Вадимович до такой пакости опустится, – Елизавета пожала плечами, вспомнив, что смешной мальчик ещё и рассказывать сначала не хотел – упирался, что сам разберётся.
– С его точки зрения, цель оправдывает средства… Учёные, что с них взять! – сказала Марина, которая и сама много лет занималась именно наукой, но себя считала скорее подмастерьем, несмотря на вполне серьёзные научные работы. Правда, это для кого-то серьёзные, а для академика – так… таблица умножения в песочнице. – А как фамилия этого самого деятеля, который Максу кровь портит?
– Валенков. Алексей Валерьевич Валенков. Ученик вашего свёкра.
– Аааа, Лёша? Так я его отлично знаю – талантливый, но крайне непростой человек! И он курирует направление Максима? Бедный мой мальчик… Хотя… Я тут краем уха слышала, что Валенка приглашают заведовать кафедрой в Екатеринбург. Так что, Максиму бы немного ещё продержаться…
– Он настроен очень серьёзно. Вплоть до того, что учителем химии пойдёт, репетиторством заниматься будет, но назад не вернётся, – Елизавета Петровна понимала, как это трудно – быть готовым отказаться от своего любимого дела, поэтому решила идти напролом, лишь бы не позволить властному типу изуродовать жизнь её внучатого зятя и Милы.
– Ну, полагаю, что до этого не дойдёт! – Марина хищно сощурилась. – Разумеется, мои возможности ни в какое сравнение с тем, что подвластно Игорю Вадимовичу не идут, но кое-что я могу! Например, намекнуть Валенку о том, что я в курсе, кто настоящий автор одной из самых известных его работ! А ещё, я отлично знаю тех, кого в Екатеринбурге эта информация живо заинтересует. В конце концов, невозможно жить в доме, битком набитом высшей научной элитой и ничего не знать… – извиняюще заметила она.
– Отлично! – Елизавета была уверена, что уж «обесточить» поползновения Валенкова Марина сумеет. – Правда, первоисточник проблемы остаётся, но полагаю, что я сумею сделать его жизнь достаточно невыносимой, для того чтобы он решил, что дешевле не связываться!
– Вы не будете против, если я к вам присоединюсь? Это мои дети, им повезло вырваться, и я не позволю вернуть их в этот паучий склеп! А всё это его научное бессмертие! – всплеснула она руками.
Елизавета вопросительно подняла брови.
– Когда умерла его жена, Игорь Вадимович был в шоке… Он оказался совершенно к этому не готов. Одно время он любил довольно высокопарно рассуждать о том, что умрёт первый, что мужчины меньше живут, грузил Вадима поручениями о своих похоронах, чтобы его жене не пришлось этим заниматься, а вот столкнувшись с реальностью, впал в настоящую панику, – Марина помолчала, а потом негромко продолжила:
– Все разговоры о его смерти с того времени звучали или с намёком на наследство – для управления внуками, или с мечтой о научном бессмертии. Он давно решил, что сделает из наследника свою копию – продолжателя дела, но пока была жива свекровь, она его притормаживала, а потом… потом это превратилось в навязчивую идею – единственную цель. Он просчитал, что любое открытие, когда умирает его автор, становится важнее своего творца. Ученого упоминают уже в связи с его детищем, а не наоборот. А вот если будет наследник, ревностно следящий за славой и научными открытиями, славного рода Вяземских, то и академик не будет просто упоминанием, одинокой строкой в химических справочниках!
– Цель – научное бессмертие? Ого… неслабо! – удивилась Елизавета.
– Да, слабого в нём маловато, – согласилась Марина. – Если честно, мне его очень жаль – он исключительно одинокий человек. На самом-то деле, изо всей семьи ему была нужна только жена. Ни дети, ни внуки, никто! Только она. Игорь Вадимович легко обменял бы нас всех на дальнейшую жизнь с ней. Хотя, она сама бы точно на это не согласилась.
Елизавета Петровна слушала внимательно. Очень внимательно. Да, если честно, ей тоже стало жаль этого невыносимого и несчастного типа. Правда, всё-таки не настолько, чтобы позволить ему продолжать делать то, что он хочет.
– Мавзолеи с захоронением вместе с господином слуг, коней и скарба для обеспечения бессмертия, нынче уже не строят, уважаемый мой оппонент! Даже если это научный мавзолей с курганом из открытий. А вы-то и не в курсе? – мрачно усмехалась Елизавета, глядя на освещенное окно кабинета академика. – Ничего-ничего, я вас просвещу. У меня всего одна внучка, и она точно не станет жертвой ваших диковатых глобально-посмертных устремлений!
Глава 8. Ближний круг
Максим с Милой приехали к Сергею, чтобы помочь приготовить комнату к возвращению Лены с дочкой из роддома. Собственно, никакой необходимости в этом не было – Ленины родители рвались помочь, да и невелика работа собрать кроватку – Сергею это раз плюнуть, но Мила упорно тянула мужа к его двоюродному брату.
– У тебя совесть есть или нет?! Ему надо помочь.
Если молодая жена чего-то так требует, право же, проще подчиниться, тем более что сил на сопротивление оставалось маловато.
Сергей и сам не очень понял, в чём была острая необходимость Максимовой помощи, но это непонимание продлилось недолго – ровно до того момента, пока Мила под предлогом срочно принести ей из машины специально позабытую там сумку, не выставила Макса и не осталась наедине с Сергеем.
– Спасай! Макса на работе придавили так, что он на грани увольнения! Его реально выживают! Позвонила Марина Леонидовна, у неё сейчас гостит моя бабушка… Выяснилось, что Максов куратор – ученик вашего деда!
– О как… давит по приказу? – Сергей дедов стиль знал преотлично.
– Конечно. Максу надо немного потерпеть… Валенков этот скоро переводится в Екатеринбург, Марина Леонидовна сказала, что вопрос решит, но надо чтобы сам Макс не сдался!
– Он что, хочет вернуться в Питер? – изумился Сергей.
– Да нет же! Он вообще собрался репетиторством заниматься. Мой двоюродный брат, да ты его видел на свадьбе – он муж моей лучшей подруги и по совместительству ближайшей соседки, уроки даёт и очень удачно – к нему ученики просто в очереди стоят, но у него языки, плюс, это в принципе его… Вот Макс и упёрся, говорит, что обеспечить нас сумеет, а больше уже ничего не хочет! А я же вижу, что ему важно то, чем занимается! Он потом страшно жалеть будет! Помоги! Поговори с ним! Потому что, когда я пытаюсь с ним разговаривать на эту тему, он старается меня не расстраивать и только говорит, чтобы я не переживала, и он всё решит.
Мила одной рукой машинально наглаживала млеющего от удовольствия громадного Серёгиного пса Полкана, а другой – крошечную чёрно-белую чихуа – свою тёзку.
Сергей выглянул из-за бортика кроватки, который закрепил на место и увидел, что она чуть не плачет.
– Мил, ну, что ты? Ничего такого страшного не случилось…
– Не обращай внимани
– Да уж… Дед их с Вадимом дрессировал на совесть – его одобрение было самым главным и важным в их жизни. А тут мало того, что не одобрение, так ещё и прямое давление! Надеялся я, что дед до этого не дойдёт, но видимо, у него совсем рычагов воздействия на Вадьку не осталось, вот он и решил Макса срочно вернуть.
Когда Макс приволок Милину сумку, отобрал у брата отвёртку и полез привинчивать второй бортик кровати, Сергей от души ему посочувствовал.
– Ну, дед и учинил! Устроил атаку, специально сотворил Максу проблемы… – Сергей в очередной раз порадовался, что выбрал своей сферой деятельности НЕ химию. – И меня академик Вяземский загнобил бы! – покачал он головой.
Милу Сергей попросил заварить чай, а сам хмуро уставился на Макса.
– Ну, что опять морской бой? Пробоина у мачты, штурвал в руках горит? – Сергей напомнил Максу их детскую присказку, которую не так уж и давно, а кажется сто лет назад, говорил ему сам Макс.
– А! Мила уже сказала… То-то я удивился, зачем она меня к тебе приволокла – ты и сам отлично всё тут сделал. Да, загнали… Что-то прямо совсем загнали! Не-вы-но-си-мо! Этот гад – Валенков цепляется к каждому слову, к каждому результату! Серёга, к ПРАВИЛЬНЫМ результатам! Вчера вообще заявил, что уволит! Но я уже решил, что это всё фигня. Я сам уволюсь и буду…
– Так, погоди! Куда тебя понесло? С чего это ты собрался увольняться?
– Ну, не свет же клином сошёлся на этой науке! Ты вот и без неё деньги зарабатываешь!
– Ты меня-то с собой не ровняй. У меня и таких мозгов как у вас с Вадькой, на химию заточенных, никогда и не было! Тебе в репетиторство идти можно, только если больше никаких иных способов работать и кормить семью не будет. Правда, тогда уже и грузчиком можно. Но у тебя-то есть выход! Просто подожди, потерпи! Глупо отказываться от