Ольга Назарова – Убежище для своих (страница 9)
Поля много чего рассказала про Пашкиного друга и его кота.
– А ещё там есть Эдик! Мам… ты видела кота, который бы спал на пицце?
– На какой? – изумлялась Света.
– Хороший вопрос – пиццу с салями он облизывает – колбасу зачищает. А на пицце со шпинатом улёгся спать – она тёплая была, и, по его мнению, несъедобная – мне его хозяйка жаловалась!
Приход мужа в атмосфере, где царили коты, собаки, минипиг, козы и куча креативных гусей, прошёл как-то малозаметно – пришёл и пришёл!
Света даже внимания особого на него не обратила, не зная, что тем самым повергла супруга в крайне озадаченно-мрачное состояние.
Пашка с Пином вернулись в абсолютно беззаботно-заснеженном виде. Причём непонятно было, кто больше извалялся в снегу – пёс или его хозяин. Обоих чистила Полина, и происходило это на сторонний взгляд просто и обыденно. А на самом деле – тайно-совещательно.
– Не разговаривают?
– Нет. Мама собралась разводиться. Причину не говорит, но судя по тому, как ведёт себя отец… Ну, ты понял.
– Понял, чего ж тут не понять! Так, стоит ей разводиться или нет, это она сама разберётся, но вот ту гадину-Еву мы должны убрать, и подальше! Завтра поедем типа к Мишке, он в курсе и прикроет, а сами – к бабуле Иннуле!
– Ты договорился?
– Само собой!
– Что сказал?
– Что нам очень нужен их ценный совет! Причём, обеих!
– А Мила-то сможет?
– Гыыы, я ж сказал, что изложим всё, только когда они обе соберутся, так Инна Милу из-под земли выкопает и притащит!
– Тоже верно! – Полина почистила брата, потом, гораздо более нежно – Пина, а потом очень нехорошо усмехнулась. – Если я что-то в чём-то понимаю, то наши бабтётушки будут в восторге от возможности пообщаться с этакой цуцей.
– А что такое цуца?
– Это смесь цацы и будущего цуцика! – с превеликим апломбом ответила Поля.
Глава 6. Две сестры
Звонок Пашки с просьбой о совете был штукой не просто редкой, а просто… просто небывалой!
Инна Павловна Мошенова преисполнилась такой гордости, таким чувством нужности и необходимости, что, если бы её сестрица Мила сама не стала бы рыть копытом от нетерпения и желания к ней завтра приехать, приволокла бы её силком и пинками!
– Посоветоваться… – счастливо улыбалась Инна. – Доросли ПП! Осознали, что я – самый мудрый человек в семье!
Правда, это высказывание, озвученное в беседе с Милой, едва-едва не стало причиной очередной ссоры сестриц:
– Почему это ты?
– Да потому, что мне Пашка позвонил!
– И что? И ты прямо сделала такие далеко идущие выводы из простого звонка?
– Да ты просто завидуешь, что именно мне позвонил двоюродный внук!
– Ой ли… а не ты совсем недавно рассказывала, что он неуправляемый хулиган? – расхохоталась Мила. – Или у тебя склероз?
– Нет у меня никакого склероза! – оскорбилась Инна. – Я же только что сказала, что он дорос до осознания и понимания! Это ж подростки – у них развитие скачкообразное! Так что прими как должное – именно мне звонил Паша!
– А мне – Полечка! – парировала Мила. – Я всегда знала, что она умнее!
– Да? Тебе Полька звонила? – опешила Инна. – И что сказала?
– То же, что и Пашка тебе! Только ещё добавила, что мы им очень нужны обе, потому что проблема, о которой они хотят посоветоваться, сложная, и подходить к ней нужно разнопланово!
– Ээээ, ну и ладно! Только вот всё равно едут-то они ко мне!
– Да, и Полечка мне объяснила, почему – тебе ко мне ехать не так удобно! Они даже рассчитали, кто из нас где работает! – расплылась в улыбке Мила
– Вот я ж говорила – повзрослели, а ты всё возражаешь!
– Да ничего я не возражаю, это ты ничего не поняла!
Дальнейший разговор был наполнен привычными, но от этого не менее восхитительными колкостями, которыми обменивались сестрицы, а потом так же привычно перетёк во вполне мирную калькуляцию брёвен в органах зрения знакомых и дальних родственников.
Короче говоря, в назначенное время обе бабушко-тётки как штыки сидели ждали ПП. Разумеется, тут же сцепившись:
– Ой, ну надо же! Ты даже торт купила… – ахала Мила, делая удивлённые глаза.
– А что тебя смущает? Я работаю на приличной должности, хорошо зарабатываю, могу себе позволить прилично накрыть стол к чаю! Так, знаешь ли, принято!
– Да что ты говоришь! А я и не знала! Кстати, я тут прибавку к зарплате получила, так что зарабатываю не хуже. Да и про угощение к чаю в курсе, нас одни родители воспитывали, если ты забыла!
– Так чему же ты изумляешься?
– Как чему? Тому, что торт стоит у тебя в прямом доступе, а ты ещё даже не посыпала его ни одной из своих индийских вырвиглазных специй!
– Я умею отличать законченное кондитерское изделие от блюда, которому надо дополнение! – парировала Инна. – А вот ты? Что такое с тобой приключилось, раз ты ещё не кинулась передвигать стол и перетасовывать чашки? Как ты могла допустить, чтобы твоя энергия ци кружилась тут абсолютно бесхозной?
Они бы много ещё чего сказали, но звонок домофона заставил обеих отодвинуть в сторону их привычные «комплименты» друг другу.
Правда, пока Инна шла открывать дверь, она неосознанно покосилась на кухню, прикидывая, не нужно ли принести к столу натуральную корицу, недавно полученную из Индии, а Мила торопливо передвинула-таки стулья, расширив русло для свободного протекания энергии в гостиной её безалаберной старшей сестры.
– Паша, Поля, заходите-заходите мои дорогие! Милка, включи чайник! – командовала Инна из прихожей, провожая внучатых племянников в гостиную.
– Милка, верни стулья назад, как стояли! А то… а то я тебе твою ци усилю перцем и корицей в чай! – рыкнула Инна, покосившись на ПП – те даже и не думали смеяться.
Так… только чуть дёрнулся глаз у Пашки и чуть прищурилась Поля.
– Ну, сначала чай и торт, а потом – рассказывайте! Хотя нет! Сначала рассказывайте, а то я изведусь совсем! – велела она, решив брать командование на себя – зря, что ли, она тут старшая!
– Совести у тебя нет! Даже эти… Бабы-Ёги сначала путников кормили, поили, в баньке парили, а потом вопросы задавали! – ввернула вредная Милка, намеренно коверкая название сказочных персонажей.
Правда, вредничала она не очень уверенно. Самой хотелось узнать, что такое случилось у близнецов, чтоб они – небывалый случай – попросили их с сестрой совета.
– Тётеньки! Нам нужна ваша помощь! – с тяжким вздохом выдал Пашка, и Инна чуть не села мимо стула, хорошо хоть Милка его вовремя подтолкнула к сестре.
– Чтааа? – ахнула Мила, правда, потом тут же поправилась и отреагировала более достойно: – Пашенька, расскажи нам, что случилось?
– Привязалась к маме какая-то подруга… и её так расстраивает, так изводит! – вступила Поля.
– Тааак… и что за гангрена? – насторожились обе сестры. – Что ещё за подруга?
– Да вот… заявляет, что мама – плохая мать, что нами никак не управляет, что должна с папой развестись и нас ему оставить! – горестно покачал головой Пашка, а Поля умело добавила:
– Вы же знаете, что мама расстраивается легко, да и вообще не такая сильная и выносливая, как, например, вы. Но разве она в этом виновата?
Нет-нет, обе сестры неоднократно рассказывали друг другу о том, что Витькина Светка – слабосильная команда, что без опоры прямо падает, что мать никакущая, потому что с ПП справиться никак не может, управляться с детьми не умеет, но…
Что позволено Юпитеру, нипочём не позволено какой-то коровище, которая именует себя подругой, а сама… нет, вы только подумайте! Рушит семью их племянника, расстраивает их племянчатую невестку и вообще несёт ТАКОЙ БРЕД!
– Тааак… – слаженным хором протянули Инна и Мила, мрачно переглянувшись, и это «тааак» прозвучало реквиемом по опрометчивой Евгении. – И откуда же это такая красивая тётенька к нам пожаловала? А?
– Светочка, конечно, не виновата! Она… просто нуждается в опоре, а Виктор… – начала было Мила, но тут же ойкнула, сердито покосилась на сестру, ловко пнувшую её под столом, и спохватилась – ну да… детям же про романы отца рассказывать как-то не того… неправильно!
– Хотя это ж ПП. Они наверняка всё знают! – думала Мила. – Но с Витькой мы потом разберёмся, а вот с подружайкой этой… Надо срочно что-то делать. Ишь, полезла в чужую семью! Да, Витька тот ещё муж, прямо скажем, но не посторонним бабам решать, что делать Светочке!
– Да, что и говорить, Света слабенькая, податливая, я б на её месте Витьку уже в рога винторога завертела, но она, бедненькая, так не может, а тут ещё какая-то змеища! Это ж надо, человеку соль на раны сыпать, да ещё горстями, да ещё про детей! Ах ты ж… ну, погоди! – рассуждала Инна, а вслух задала вопрос по существу: