Ольга Назарова – Убежище для своих (страница 10)
– Паш, а что это за баба?
– Тридцать девять лет, замужем, живёт с мужем в его квартире, с ними же проживают их дочь и мать мужа, – Пашка достал планшет и поочерёдно предъявлял фото самой Евгении, её мужа и всех прочих.
– Дочь свою она терпеть не может! На её личной страничке в соцсети куча постов о том, что детей любить необязательно, что и хотеть-то их – глупость, и вообще, если мужья настаивают на детях, то надо их им и оставлять! Пусть сами возятся, – добавила Поля.
– Хм… чайлдфри, которая зачем-то родила и прикукушила дочку свекрови? Оригинально! – переглянулись Мила и Инна.
– По-моему, она не только детей не любит… – Поля пожала плечами. – А вообще всех, кроме себя!
– Думаешь, себя любит? – c сомнением уточнил Пашка, покосившись на сестру.
– Очень! Постоянно расписывает любой свой хороший поступок, аж смакует его!
– Да откуда вы всё это знаете? Взломали её страничку?
– Зачем? Она сама всё это и выкладывает. И ещё в журнале работает, так там периодически статейки пишет. Мы просто посмотрели этот журнал ради любопытства, а там… ну, такое похожее на её стиль написано, что аж скулы сводит. Потом собрали подборку статей, и вуаля! Вот она Евгения Николаевна Сергеева со всеми своими рассуждениями! Она даже про нашу маму там пишет – правда, назвала её в своих статейках Леной Мошкиной.
– И что она там пишет? – Инна вытащила очки, нацепила их на нос, взяла планшет и… через пару минут ощутила огромное желание притопить особу, вот это всё понаписавшую, где-нибудь в жирной такой, увязистой грязи! – Там ей и самое место! Ах… ты… – пока Инна шипела на манер разъярённого манула и захлёбывала противное ощущение чаем, за планшет взялась Мила.
Правда, её результат чтения был схожим:
– Да шшшштоб тебя! Да как она ссссшшмела!
«Только такая ограниченная, тупенькая и слабенькая особа, как Лена Мошкина, может терпеть рядом изменщика и гулёну! Только такая глупая и зависимая от чужого мнения женщина может сомневаться в необходимости уйти как можно скорее от этого негодяя, оставив ему его отпрысков! Да-да! У родителей равные права – оставьте детей тем, кто их хотел, и будьте счастливы, свободны и независимы! Не нужно прислушиваться к совковому наследию, не нужно хоронить свою жизнь, обделяя себя радостью, жертвуя всё, что у вас есть, на бессмысленные, пускающие пузыри и вопящие кульки! Пусть о них заботятся те, кто их так жаждал, а вы, вы должны добиваться своего счастья, делать карьеру, путешествовать, наслаждаясь каждым днём своей жизни! Ваше счастье превыше всего! Любите себя, цените себя, не поддавайтесь внушениям тех, кто вас в чём-то обвиняет, хочет принести ваши жизни в жертву бессмысленным младенцам, капризным дошколятам, неуправляемым подросткам! Вот так и моя знакомая, глупенькая и ограниченная Лена Мошкина, почти стала жертвой, просто потому что не в состоянии даже голову поднять и оторваться от своих устаревших установок!»
– Мила, положи лопаточку для торта. Во-первых, это памятный подарок, а во-вторых, есть предметы и поудобнее! – прокомментировала Инна выражение лица младшей сестры. – Поля, отбери у неё лопатку! И вообще, хорош уже читать всякий бред!
– Да ты не поняла! Тут ещё и отзывы есть! Вон сколько. И надо бросать такого мужа и таких детей, и всё бросать, и быть счастливой. Ещё куча пишет, что все мужики такие. А вот ещё… ещё несколько пишут, что уже побросали детей, платят алименты, стали воскресными мамами и счастливы, занимаются своей личной жизнью, – глубокомысленно покачала головой Мила.
Инна не отставала от сестры:
– Интересно, а зачем заниматься своей личной жизнью, если «фсемужикитакие», а если не все, то всё равно они могут захотеть ребёнка? И что? Опять бросать на мужа, а потом снова быть счастливой и устраивать свою личную жизнь? Мне одной кажется, что логика тут где-то того… скончалась смертью храбрых? Не, ну, я понимаю, не любишь ты детей, не хочешь их, да и хорошо. Никто ж тебя не заставляет рожать насильно – вольному воля! Живи одна и будь хоть по уши счастлива. Или, если не хочешь одна, найди себе мужчину со сходными взглядами, и радуйтесь этому хоть до морковкина заговенья. Дело-то ваше! Но так зачем? Вышла замуж – родила – выкинула ребёнка мужу – развелась – ищет нового мужа.
– Слом системы! – вежливо подсказал Пашка. – Чего-то хочется нового, но всё заканчивается привычным замужем!
– Видать, романтизьм заедает! – покачала головой Мила. – Или очень внушаемы, или так злятся на мужей, что с грязной водой и ребёнка выплеснуть готовы! Но мужа-то кто выбирал? Сейчас же даже не скажешь, что гады-родители! Сама выбрала! – она потыкала пальцем в один из комментариев под статьёй и покачала головой. – Вот бедолага! Послушала такую Евгению и жизнь свинье под хвост! Да ладно бы только свою – дети-то в чём виноваты, что их матери так вышвыривают из своей жизни?
– И вот это… гм… создание смеет Светочку грязью обляпывать, да ещё в семью чужую соваться? – Инна раздула ноздри и нехорошо покосилась на планшет.
– Паш, убери гаджет от греха подальше! – велела Пашке Мила. – А то сестра сейчас его в окно швырнёт!
– Так, погоди убирать! Как там этот журнальчик называется? – Инна прищурилась. – Ага… ну-ну. Изданьице средней паршивости. И что показательно, мир тесен! Один мой однокурсник работает в Роскомнадзоре… а его дочка недавно развелась с прекрасным зятем, с которым и мой однокурсник и его жена расчудесно дружили! И развелась-то по глупости. Примерно такого разлива! – Инна подтолкнула пальцем несчастный планшет.
– Ого, какие у тебя знакомства! – преувеличенно зауважала сестрицу Мила. – А я вот никаких таких однокурсников не имею, зато у меня есть потрясающе желчная соседка.
– Что, даже более желчная, чем ты? – усмехнулась Инна.
– Да даже тебе до неё как отсюда и до Камчатки пешком! – умело парировала Мила. – Так вот – она свекровь. И на неё разведённые сын и невестка сбросили внука. Нет, они оба очень и очень щедро их содержат, и внука она любит, но мальчишка-то по маме плачет! Короче, времени у неё, пока внук в школе, полно, цепкость поразительная, а гнева на таких «любисебябольшевсех» предостаточно! Она с наслаждением займётся преследованием этой Евгении в соцсетях.
– А справится? Как она как с интернетом? – осторожно поинтересовались ПП.
– Салаги! Да она забыла об этом больше, чем вы когда-либо знали! Она на кафедре информатики всю жизнь проработала, на пенсию недавно вышла! – ухмыльнулась Мила. – А надо ей будет – напишет программку для отслеживания всего того, что выкладывается в сеть с компа и смартфона этой «себялюбимицы»! Так что особо и искать не надо будет – только отвечай. А уж что ответить, она найдёт. К тому же такую, как она, не заблокировать...
– Вот и славно! Вот и давайте есть торт! – как-то слишком торопливо предложила Инна, незаметно подмигивая сестре.
Ну, то есть она думала, что незаметно, но не учла собственное отражение в застеклённой дверце шкафа.
ПП послушно и с аппетитом принялись за торт, мимолётно переглядываясь и усмехаясь – уж они-то видели точно такие же переглядывания у своих тётьбабуль…
– Спорим, что они и самолично Евочкой займутся? – рассмеялся Пашка, выйдя из подъезда Инниного дома.
– Да чего тут спорить-то? Однозначно! Недаром Инна нас услала на кухню, чтобы мы с тобой вдвоём отнесли четыре таких тяжёлых блюдечка от тортика… А вот планшет потом лежал не там, где ты его оставил. Так что все данные уже переписаны или сфотканы, не знаю уж как им там удобнее было.
– Чудачки они! – нежно улыбнулся Пашка. – Знаешь, это забавно вдруг обнаружить, что невыносимые двоюродные бабушки имеют с нами кое-что общее.
– Прилично этого общего! – поправила Поля брата.
***
А Виктор тем временем страдал… По всему выходило, что жена настроена серьёзно и не просто на скандальчик-другой, это бы он легко пережил, а на…
– Развод! Вот точно разведётся, и всё!
Стоит только ощутить, что чего-то теряешь, как это самое начинает казаться не просто нужным, а необходимым!
Нет, если бы Света частенько угрожала бы ему разводом или если бы он сам был не прочь расстаться, то он бы только порадовался – баба с возу, ему только легче. Но он-то не хотел!
– Не-не! Светка… Светка она своя от и до. Красавица, умница, жена прекрасная, мать отличная. А потом… ну, как она справится? Она действительно слабенькая. А ну как мать её опять вынырнет из… где она там в домике у моря проживает? Подомнёт же опять под себя!
И, как будто мало было всего этого, где-то на задворках сознания, но весьма активно и настырно замаячил возможный соперник!
– Да полно красивых, пол-но! А вот таких, с которыми рядом орлом себя чувствуешь, – мало! А она ж ещё и… – дальше следовал перечень положительных качеств жены, которые он как-то подзабыл, а вот сейчас вспомнил все разом!
Нет, он пытался бодриться, а как же!
– Ну ладно. Положим, разведёмся. И ничего, не помру! Вон, вокруг все разводятся! Найду себе помоложе, и…
И настырно звучал в ушах голосок Ируськи: «Что сам? Ну, так… средней паршивости, но где они сейчас лучше-то? По крайней мере, такой… ухоженный и наивный».
Да не просто так, а с уверенным обещанием «Вот у меня он шагу в сторону не сделает, сидеть рядом будет как миленький!»
Видал он такое, как же – приятель, который гордо пригласил друзей отметить его развод со надоевшей старой женой и скорую свадьбу с новой, молодой и свежей, через год за голову держался: