Ольга Назарова – Самый лучший не рыцарь (страница 27)
– Тебя забыл спросить, как мне себя вести! – проворчал Иван.
Но Мила была упорна, и поговорив с кузеном, она позвонила Марине.
– Мариночка, привет! Ну, как он там? Я звонила, но он только ругается, что я тебе про него сообщила – очень переживает, что ты его больным видишь! Он с детства так – по пальцам можно было пересчитать, сколько раз болел, но всегда пластом. Мне кажется, что ты ему так нравишься, что он совсем засмущался, просто потому что боится тебя разочаровать. Ты же не сильно разочаровалась? Марин, он, правда, очень хороший! Он надёжный, спокойный, и добрый. Я маленькая его сильно доставала, и хоть бы раз он меня стукнул или шлёпнул! Марина, ты мне что-нибудь ответь, пожалуйста, а то я волнуюсь, что всё вам испортила.
– Мила, да что ты могла испортить? Я очень рада, что ты мне сказала. Нельзя же так, чтобы он один был, когда болен. А про остальное… Он мне тоже очень нравится, – всегда становится проще, когда главная мысль уже высказана вслух. Правда, подумалось ещё больше, но некоторые вещи лучше говорить непосредственно адресату и в нужный момент.
Глава 18. Это я хорошо на ночь посидела
Бывает такое… словно назло, когда человек принимает какое-то решение, хорошее, правильное и нужное, начинают происходить непонятные события, норовящие сбить с толку, запутать, отвести от того, что тебе на самом деле нужно.
Марина не была исключением… Сидела она на кухне, приехав от Ивана, мечтательно разглядывала собственный закипающий чайник, вспоминая как провела этот день.
– Ну и ну, Марина Владимировна, вот так взяла и влюбилась, да очень похоже, что не просто влюбилась, а очень-очень. Может, даже замуж пойду… если позовёт, конечно!
Вечером на кухне принимаются иногда очень важные и нужные решения. Особенно хорошо они идут под шум чайника, застенчивые постукивания дождя по подоконнику, сопение собаки, аромат бутерброда с чем-то вкусным.
Марина задумчиво поболтала ложкой в чае, и тут до неё дошло, о чём она только что размышляла…
– ЗАМУЖ? – она зажмурилась.
– Ой, что-то я как-то тороплюсь! Никто мне про замужество ничего не говорил, и, что показательно, не спрашивал!
Беда с этим самым женским мышлением. Беда, потому что дай ему только кроху идеи, как оно моментально начинает раскручиваться с такой скоростью – только держись!
Бывает, что девушка, первый раз отправившись на свидание с мужчиной, уже и свадьбу к нему примерила, и детей прикинула, и имена им всем придумала.
Вот и Марина первый раз за много лет оказалась захвачена этим порывом, несущим её вперёд, в воображаемое будущее.
Лёгкое воздушное платье, белые туфельки, рядом жених, гости, ресторан…
Ощущение от внезапного воспоминания, вторгшегося в эти мечты, было таким, словно она с разбегу в стену врезалась.
Белое платье, которое она купила к свадьбе с Виктором, она сожгла в печке на даче. Сожгла, вместе с туфлями, фатой и прочими мелкими, но с таким старанием подобранными деталями – перчатки, украшения для волос, колье… Огню в печи не сильно-то нравилась его странная еда, но Марина щедро приправила это блюдо жидкостью для розжига и в печке исчезали все материальные следы её надежд…
Красноватые живые отсветы на останках дров напоминали о том, что осталось в её жизни после Виктора.
– Пустота, на столько лет… Только попытки убежать, зарыться по уши в дела, забыть хоть что-то. Я же ничего и никого не хотела, а сейчас опять? Только теперь-то я всё это уже знаю – как бывает, когда теряешь. Начинать заново? Зачем? Я действительно это всё хочу?
Стоило только задать себе вопрос, а хочет ли она это всерьёз, как звонком смартфона принесло её давнего клиента, который уже года два регулярно приглашал её куда-нибудь с ним сходить.
– Мариночка, вы скучали? Да, конечно, нет! Но я-то скучал! Марина, приглашаю вас в…
– Нет, спасибо.
– Да вы же даже не дослушали куда! – немного обиделся упорный ухажёр.
– Простите, я никуда с вами не пойду. У нас исключительно деловые отношения, помните, мы в прошлый раз договорились?
– Ну, Мариночка, я не могу вас забыть!
– Очень сочувствую, соболезную даже, но помочь ничем не могу!
Только-только она закончила разговаривать с вязким и приставучим типом, как позвонил её начальник, решивший, что за прошедшие несколько дней Марина уже полностью отдохнула и готова вернуться в строй, если ей предложить достаточно «вкусный» объект для проверки.
– Марина! Давай, собирайся. Клиенту требуется ас, денег готовы заплатить куууучу! Выезжать надо завтра в обед!
– У меня отпуск… – мягко напомнила Марина.
– Да, ладно тебе! Ты ж без мужа-детей, у тебя отпуск может быть потом в любое время. Давай, быстренько собирайся, а я тебе сейчас договор пришлю – посмотришь.
– У меня отпуск именно сейчас, – уже построже ответила она.
– Ну, хватит уже! Что за капризы? Реальные деньги, крупный клиент, нам его удержать надо, а ты выпендриваешься…
– У-ме-ня-от-пуск! – отчеканила Марина. – В соответствии с трудовым законодательством! Будете домогаться с новым договором, вернусь после отпуска и буду вовремя домой уходить! Ровно в восемнадцать нуль-нуль!
Угроза была неожиданной и серьёзной. Начальство опешило, призадумалось и отключилось.
– Чего это был за парад-алле? – удивилась Марина.
И тут же снова затрезвонил весёлой мелодийкой смартфон, сигнализируя о том, что названивает её коллега.
– Да, Лен, привет! Ты что, плачешь? Что случилось?
– Маринаааа, – захлёбывалась слезами знакомая, – У меня беда! Я с мужем развожусь!
Марина, едва выбравшись из собственных воспоминаний, чуть не сказала, что, мол, какая же это беда – все же живы-здоровы! Едва-едва успела язык прикусить.
– А что случилось-то?
– Да я его ненавижу! Он негодяй, – подвывала Лена.
Звук почему-то стал слышен со стереоэффектом, и Марина изумлённо оглянулась – заслышав тоскливый вой из странной плоской говорилки, Карри тоже включилась, старательно выпевая песнь поддержки.
Карри удалось успокоить быстро, а вот с Ленкой такие фокусы никогда не проходили – раз она решала, что надо страдать, то делала это старательно и долго.
– Марина, какая ты молодец, что замуж не выходишь! И не делай этого никогда. Они все, все-все козлы! По-го-лов-но!
Марина флегматично кивала, словно её могли видеть, вздыхала, пыталась закончить разговор, припомнив, сколько раз Лена УЖЕ разводилась с мужем, да-да, с одним и тем же. В конце концов, отчаявшись в потоке претензий от незакрытого тюбика зубной пасты до неизменной мужниной рыбалки раз в месяц, выловить ключевой повод, приведший семейную лодку к краху, попросту спросила:
– Лен, а конкретно из-за чего вы разводитесь? Ну, вот что совсем невыносимо?
– Имам в обмороке с вариациями…
– ЧТО? – Марина даже решила, что ей послышалось. – Кто?
– Да не кто или что, а рецепт такой, баклажаны по-турецки! Очень сложный рецепт! Нет, традиционный имам готовить не трудно, а вот эти вариации… Мой гад баклажаны любит, вот я и убила четыре часа на приготовление, а он за пять минут сожрал, и говорит: «А чего-нибудь посытнее нет? Может, давай сделаем картошку с сарделькой?»
Марина вовремя заткнула себе рот, только таким незатейливым механическим способом ей и удалось сдержать подступающий смех.
– Я думала, что пришибy его сковородой! Марина, никогда не выходи замуж! Они только и требуют ухода, стирки, глажки, чистоты, готовки бесконечной! Я не могу больше! Я его уже ненавидеть начинаю! Сказала ему всё это, а он говорит, что, когда я к маме уезжаю, он без меня спокойно управляется! Всё! Развожусь! Пусть и живёт без меня, я вот посмотрю, как он тут будет сидеть голодный и грязью зарастать! Они же ничего сами не могут!
Марине невольно припомнился идеальный порядок в квартире Ивана, а ещё как он ловко лепил пельмени на даче у её бабушки, и рассказывал, что умеет и любит готовить.
А Ленка всё верещала, что раз уж она сама вляпалась в это проклятое замужество, надо, чтобы хоть Марина избежала этого ярма!
– Так что, Марина, будь умницей, не поддавайся никаким уговорам о замужествах, а то будешь такая же несчастная, как и я! Марин, ты меня слушаешь? Подавай хоть какие-то признаки жизни!
– Угу, – послушно подавала признаки жизни Марина, вдруг осознав, что все сегодняшние звонки были, как назло, на одну тему под названием «А зачем тебе быть с кем-то?»
– Не нужны мне посторонние ухажёры, бесконечная работа, да и чужие советы тоже ни к чему! – вдруг чётко поняла она, грея внезапно озябшие руки о чашку чая.
Снова вспомнилась печка, в которой закончило свою карьеру её свадебное платье, и Марина машинально пожала плечами:
– Ну, и правильно. Прошлое закончилось безвозвратно, а новое… ну, если оно будет, я уже точно знаю, что именно мне надо!
– Марин, ну, ты представляешь, какой он мерзавец? – добивалась её ответа Лена. Кстати, зря добивалась, не то у Марины сейчас было настроение, чтобы послушно подтверждать всякие глупости. Да и муж Лены, когда она уезжает в командировки, вполне успешно выживает и без обмороков имама, просто вполне спокойно готовит себе что-то простенькое – Лена как-то об этом рассказывала. Сама же она тяготела к сложным блюдам, тяжёлым в исполнении рецептам, к уборке до последней пылинки с сопутствующей потерей аварийного запаса сил и энергии – так ей казалось правильным и необходимым…