Ольга Назарова – По ту сторону сказки. Дорога в туман (страница 3)

Катерина начала надеяться, что её смогут у лебедей забрать, и желательно поскорее, но птицы летели очень быстро, гораздо быстрее, чем настоящие лебеди.

Увидев погоню, лебедь, летевший первым, крикнул, от стаи отделилось несколько крупных птиц, которые налетели на Волка и Сивку. Щипали, били крыльями. На земле у них не было бы никаких шансов, но в небе они серьёзно мешали Катиным друзьям. Жарусю тронуть не посмели, её крылья угрожающе вспыхивали язычками пламени.

Жар-Птица кружила над стаей, не собираясь отставать. Она явно рассчитывала подхватить Катерину, если представится случай. Волк и Сивка, отчаянно отбивающиеся от лебедей, начали отставать. Со спины Сивки доносились хриплые вопли Баюна, который сражался с лебедями, старающимися его стянуть, и Катя, обернувшись, крикнула Жарусе:

– Спасай Баюна, его сейчас скинут!

И вовремя, потому что у двух особенно крупных птиц получилось подхватить Кота за загривок и за заднюю лапу и сбросить со спины Сивки-Бурки. Баюн с воплем полетел вниз, и был пойман Жарусей практически у земли. Она бережно опустила перепуганного и местами прилично ощипанного Кота на землю. Рядом тяжело приземлился Сивка, кубарем перекатился через голову Волк. Вся лебединая стая, кроме вожака и лебедя, несущего Катерину, с криками вилась над их головами, не давая взлететь.

– Я её уничтожу! Я её порву, зацарапаю насмерть! – выл Баюн, кидаясь на ближайшие деревья и когтя их так, что только щепки летели.

Сивка вскидывал передние копыта и пытался достать гогочущих лебедей, Жаруся мрачно смотрела вслед паре, уносящей Катю.

Волк с трудом встал, встряхнулся и бурой тенью кинулся вслед лебедям по земле. Его тут же догнала Жаруся и крикнула в ухо:

– С ума сошёл, там в лесу уже давно лежит туман! Можно только поверху! Сейчас эти уберутся – и полетим!

Волк как будто её не слышал и продолжал бежать прямо к лесу. Тогда Птица прихватила его когтями за загривок и легко подняла, не высоко, так, чтобы лапы не доставали до земли. Волк пытался извернуться, но Жаруся держала крепко.

– Угомонись! Так ей не поможешь, только сам сгинешь! Ты же знаешь, что мы не можем долго в этом тумане двигаться, сами засыпаем. Да не рвись ты! – Птица тряхнула Волка, потом разжала когти и, взмахнув крыльями, поднялась прямо в стаю лебедей. Волк, приземлился на лапы и озадаченно следил за Жарусей.

– Что, птички Ягусины, выполнили приказ? Довольны? – мрачно спросила Жаруся. – Ну, хорошо же! Тогда заслужили награду! – Она повисла в воздухе и всплеснула крыльями так, что они соприкоснулись. Тут же на каждом пёрышке Жаруси вспыхнул огонёк, язычки пламени набирали силу, и вот уже крылья стали огромными факелами.

– Куда понесли девочку? – Жаруся спросила вроде тихо, но её услышали все перепуганные лебеди. Те в ответ что-то хрипло загоготали.

– Мне всё равно, что она с вами сделает! – обычно мелодичный голос Жар-Птицы напоминал теперь грозный рёв.

Она опять вскинула крылья, потоки пламени с них плеснули прямо на стаю. Несколько наименее удачливых птиц стремительно кинулись тушить свои перья в ближайшем болотце. Остальные как привязанные висели рядом с Жарусей в воздухе, несмотря на отчаянные взмахи белых огромных крыльев.

– Я ещё раз спрашиваю, куда Яга приказала отнести девочку? —

Жар-Птица сверкала так, что смотреть на неё было страшно. В этот раз лебеди не решились спорить и послушно загоготали – куда. Жаруся смахнула пламя с крыльев в особенно старательных преследователей Волка и Сивки, и пока лебеди спасались от огня, пачкаясь в ряске и тине болота, опустилась рядом с Баюном на землю.

– Давно меня так никто из себя не выводил! – заметила она, потряхивая крыльями. – Яга велела отнести Катю к своей средней сестре. Та уже давно в тумане, вот Яга и решила и сказочницу испытать, и сестре помочь. А эти, – она мрачно кивнула на лебедей, – и рады служить. Да ещё чего-то про родственников своих гомонили, я не разобрала.

– Уа-у-оу!!! – Вой Баюна перекрыл гоготание лебедей, переживавших за опалённые перья. – Вот мерзавка какая! Да как же ребёнок там управится! Куда тебя опять понесло! Стой, Бурый! Да стой же!

Баюн прыжком перелетел через Волка и загородил ему дорогу.

– Я должен их догнать! Я Катерине обещал! Я всем им обещал, и я её подвёл! —

На Волка было страшно смотреть.

– Да мы все обещали и не бросим её, но надо помочь, а не сгубить. Стой, Бурый! Жаруся, да придержи ты его! Сейчас вместе полетим и всё исправим! Эти вон уже нам не помешают! – Кот презрительно кивнул в сторону перепачканных, закопчённых лебедей, гуськом выбирающихся на противоположный от друзей берег болотца.

Вдруг лебединые крики опять раздались в воздухе. Кот отпрянул за Волка, а лебеди радостно загоготали, ожидая подкрепления. Вместо этого из-за деревьев показались те два лебедя, которые несли Катю. Они метались в явной растерянности.

– Чего они гомонят? – спросил Сивка, который не очень понимал лебединое наречие.

– Она упала! – прислушавшись, медленно, с усилием выговорила Жаруся. – Она упала в лес.

Мимо пролетела бурая тень. Волк, которого никто не успел остановить, кинулся в туман…

Глава 2. Первая встреча с туманом

Катерина видела и Жаруся успела поймать Кота, и как остальные прекратили погоню. Видела она и то, что всех серьёзно потрепали клювы больших и очень сильных птиц. Если обычный лебедь или гусь ущипнет, это очень больно, а тут лебеди-то огромные!

– Как же я не поняла, что это лебеди, слуги Яги, её посланники! Вот шляпа! Сама виновата! Дались мне эти кроссовки! Стоп! А что, если… – Катерина подтянула к себе сумку, достала несчастную пару кроссовок и, закрыв сумку, внимательно их осмотрела. – Вот уж что не жалко, так это вас! – сообщила Катерина несчастной обуви и, дождавшись, когда лебеди снизились к речке и полетели невысоко над землей, метнула правую кроссовку в летевшего справа вожака.

И попала!

Лебедь, не ожидавший нападения, нелепо замахал крыльями, закрутился в воздухе. Второй, на котором Катя летела, невольно начал оборачиваться, чтобы уточнить, что случилось. И тут же уточнил, получив второй кроссовкой по голове.

Земля приблизилась стремительно. Катерина кувырком слетела с птичьих крыльев и укатилась под какие-то колючие кусты. И замерла там. Лебеди, придя в себя, начали искать беглянку и нашли бы непременно! И кусты бы не помогли, если б Катерина не вспомнила про серую мягкую шапочку, шапку-невидимку, которую, собираясь в Лукоморье, бережно спрятала во внутренний карман сумки. Выхватить и надеть её было делом одной секунды.

– Вот и ищите теперь до морковкина заговенья! – сердито прошептала Катя в адрес лебедей, на бреющем полете прочёсывающих местность. Она дождалась, когда птицы в полной растерянности улетят, а потом, аккуратно придерживая колючие ветви боярышника, чтобы не содрали и не порвали шапку-невидимку, вылезла из кустов.

– И куда это они меня затащили? – Катерина медленно осматривалась, пытаясь понять, что же ей делать. Слева река, назад вернуться не получится, там непролазный бурелом совершенно поганого вида, справа лес, и тоже неприветливый… Видимо, разумнее всего идти вперед по берегу реки. Русло реки поворачивало направо, а за поворотом Катерина увидела то, что её пугало больше всего: прямо перед ней замерла стена зеленоватого густого тумана. Катя и сама замерла на месте. Медленно повернула голову в сторону леса и увидела там тот же туман.

– Бежать! Немедленно бежать отсюда! Хорошо, что хоть обувь нормальная. Ой, ну о чем я, при чём тут обувь! Надо через бурелом. Я проберусь, потом как-нибудь до Дуба, а там решу, может, они кого-то другого найдут. Ну что я им, герой, что ли! – свистели в голове отрывочные мысли. Тяжёлое дыхание мешало думать.

Добежав до бурелома, Катерина с ужасом обнаружила, что там, в глубине, тоже повис тот же отвратительный туман. Она села под куст и заплакала.

– Ну кто я им? Добрыня Никитич, что ли? Витязь-герой? Как я должна помочь сказке, если к ней надо лезть в эту гадость? Я боюсь, я просто боюсь! Я честно говорила, что ничего у меня не выйдет! Я им так и скажу! Я не могу! Я… – Катерина подняла голову и прислушалась.

В лесу явно что-то происходило. Её начала бить нервная дрожь, застучали зубы. А ну, как кинется из тумана вампир или ещё монстр какой-нибудь?

– Катя!!! Катерина-а-а!

– Голос похож на Волка, но он же не может в туман? Нет, это какая-то хитрость, точно! – метались мысли.

И вдруг Катя вспомнила слова, которые тут же доставят её к воротам. Она даже представила их: ворота, витые столбы… Только коснись, створки откроются, а там ждет её семья. И дача, и сад, и… Сад, который с ней говорил, терем, светлый и теплый терем, подарок от сказочных героев. Она больше не посмеет в него войти. Никогда.

– Катерина-а!

Голос Волка становился все слабее. Чтобы не поддаться на хитрость, Катя зажала уши и забилась ещё глубже под куст.

– Катя! – слабый вскрик и тишина.

Тишина проникла сквозь ладони, как будто в Катю плеснули ледяной водой.

– Стоп, какая такая хитрость? Какие монстры могут знать, как тебя зовут? Чего ты под кустом трясешься, как заяц? Это же Волк кричал! Зная, что уснет в тумане, он всё равно бросился тебя искать, а ты, гадость трусливая, даже крикнуть ему побоялась!

Катерина медленно отвела ветви куста и сняла шапку-невидимку. Потом спрятала её, заставляя себя успокоиться. Распрямилась и, как будто ныряя в прорубь, шагнула в лес, в туман, туда, где слышала голос Волка.