Ольга Назарова – Дорога в туман (страница 50)
– Нет у меня князь сказочника. – сказал Кот. И Катерина увидела, какая мука отразилась на лице князя. – Сказочница есть. Вот. Катерина. Её и проси. Она в туман ходит, ей и решать.
Велислав только сейчас увидел девочку, прислонившуюся к необъятному дубовому стволу.
– Она? Ходит в туман? – он поднял брови и встретился со строгим взглядом Баюна.
– Да, именно! – кивнул головой Кот.
Велиславу было сложно в это поверить, но, он понимал, что врать Баюн сейчас не будет. Не та ситуация. Он сделал шаг вперед. И тут же наткнулся на Волка.
– Подальше-ка отойди. А то ходят тут разные! – проворчал Бурый.
– Да что ты в самом деле! Будто меня не знаешь!
– Знаю, поэтому и прошу по-хорошему. Подальше, шагов на пять. – насупился Волк.
– Ладно, ладно как скажешь. – Велислав отступил с кривой улыбкой ровно на пять шагов, посмотрел на Катерину и откашлявшись сказал:
– Прошу тебя сказочница, помоги моей земле, моим людям, и моему младшему брату Градиславу! Он попал в туман, путешествуя с дружиной на ладье, отправленной нашими купцами по Северному Озерному краю. Ладья была затянута в туман течением, и больше её никто не видел! Помоги его найти и вывести из тумана и я буду в вечном долгу перед тобой! – он выдохнул и наклонил голову в поклоне.
Катерина глянула на Кота, который чуть заметно кивнул, и ответила: – Если это будет в моих силах, я постараюсь помочь твоим землям и твоему брату.
– Так ты пойдешь в туман? – похоже, что для князя это было сродни шагу в огонь.
– Нет! – рявкнул Волк.
– Да. – спокойно ответила Катерина. – Баюн, как скоро мы сможем туда попасть?
– А вот птичка наша вернется, и поедем. – Кот посмотрел вверх, как будто ожидал, что Жаруся свалится ему на голову. – Князь, езжай к себе. Мы догоним.
Велислав, кивнул, развернулся, и выдернув по дороге к коню пару своих спутников из-под упрямых дубовых корней, тут же отправился в путь.
– Как редиску достал, право слово! – то ли похвалил, то ли удивился Кот. На Волка он старался не смотреть.
– Это вообще-то удачно вышло. – он потирал лапы, посмеиваясь в усы. Велислав, если уж пришел с просьбой, очень даже хороший союзник. Пригодится.
– А зачем он тебе, Котик? – спросила Катя. Она тоже чувствовала, что Бурый в гневе.
– Да, видишь ли… Там кораблей куча скопилась. Если все будет благополучно, и туман уйдет, то надо люди для того, чтобы все ладьи и корабли благополучно разошлись, не было бы драк. А если не получится. Так тем более будет нужен! Ладно, будем надеяться. – Кот выглядел озабоченным. – Да, пошли поболтаем, пока Жаруся не появилась.
Провожаемые чрезвычайно мрачным взглядом Волка и озадаченным взглядом Степана, Катерина и Баюн пошли по тропе, по направлению к ручью.
– Кот, что случилось? – Катерина видела, что Баюн задумался.
– Да не люблю я водяных. Особенно того, кто письмо прислал. Болотника помнишь?
– Ещё бы! – Катя поёжилась.
– Вот, так водяной царь опаснее будет. В настоящем виде, он сильно смахивает на огромного отвратного сома. Огромного старого склизского сома. Но, жен у него уже несколько сотен. Иных у родителей выторговывает. Этих ещё можно вызволить, хотя их он и на цепи держит, а чаще сам девушек таскает, тварь мерзкая. Правда, есть у него одно ограничение. Девица сама должна ему навстречу руку протянуть. Разумеется, в его настоящем виде его поначалу никто из этих несчастных не видит. Хотя, он вообще-то и словами может заворожить. Без вида. Дурочки и идут. На голос, на пустые речи, если этого не хватает, тут уж видят прынца речного. Оборачивается сказочным писанным красавцем. Знаешь, такой, волосы золотые, глаза синие. А когда руку ему протянула, то хватает её уже сом мерзкий, и всё, никогда ей на берег больше не выбраться! – Кот повесил голову.
– И нет никакого способа? – спросила ошарашенная Катя. Она сразу припомнила ощущение отвратительной мокрой лапы Болотника. Беее. Сома только не хватало!
– Нет. Раз сама согласилась, выбор сделан, обратно пути нет. Не люблю его, не переношу просто. Так бы разорвал когтями на мелкие клочья! Да силен он невероятно! И ловили гада, и запруду делали, один раз почти поймали его семьи тех, кого он утащил, так он ухитрился уговорить его отпустить девицу, сестру одной из его жен. И вырвался с её помощью, и её, дуру, уволок. Так что к нему подходить опасно. Слушать его страшно опасно. Короче, с водяным НЕ ОБЩАТЬСЯ!!!! – Кот рявкнул так, что задумавшаяся над печальной судьбой влюбленных в речное чудище девушек, Катерина подпрыгнула и чуть не упала.
– Да ну тебя в самом-то деле! – Катерина сердито посмотрела на Кота. – Чего ты так вопишь?
– Я тебе объясняю, доходчиво! – Кот заглянул Кате в глаза. – Понимаешь, под водой ни один из нас силы не имеет. Никакой. Ни я, ни Волк, он потому так и бесится, ни Жаруся даже.
– Да ладно! Котинька, а ты ничего не спутал? – над головой Кота зависла мрачно усмехающаяся Жаруся. – Я, в отличие от вас, как раз могу очень даже много чего с ним сделать! Я ему озеро паром могу по ветру пустить, и напомню ему об этом, так что не пугай мне девочку. Полетели, дорогая, отдохнем! – Жаруся зацепила Катерину коготком за лямку сарафана и они моментально оказались высоко над лесом.
– Полетаем? – рассмеялась Жар-Птица.
– Давай! – Катерина в воздухе стала лебедкой и полетела рядом с Жарусей, наслаждаясь каждой секундой.
– Не бойся, ты можешь стать добычей водяного, только если в сердце пусто! Они это не понимают! – крикнула Кате Жаруся. – Они думают, что надо напугать и этим защитить. Как будто остальных не пугали! Ты любима многими людьми, ты прикрыта этой любовью как панцирем, непробиваемой стеной. Тем более, что мы тебя тоже любим. Только не забывай этого, никогда не забывай любящих тебя! Вот что важнее всего! Кроме того, им тоже есть чего опасаться! Водяницы у Озерного царя очень коварные! – усмехнулась Жаруся.
Поворот в воздухе, вниз, чуть правее, на солнце, опять поворот. Четыре крыла двигаются синхронно, два золотых и два белых. Круг, мягко снизились, вверх в розовеющее вечернее облако, которое озарилось изнутри золотым светом, вниз, поворот. Степан задрав голову смотрел на этот танец. Не верилось, что вон та белая птица, на самом-то деле просто Катька.
– Красиво… – над ухом раздался вздох Волка. – Золотое и белоснежное! Как же я боюсь эту поездку! – неожиданно сказал Бурый, и низко опустив голову, ушел в Дуб.
Ехали молча, быстро и сосредоточенно. Катерина вспоминала, как перевернула кучу сказок, относящихся к Северному Озерному краю.
– Кот! Что за бардак у тебя! Почему ты ничего не знаешь? – возмущалась Жаруся, глядя на Катерину, лихорадочно копающуюся в книгах и картах.
– Да при чем тут я-то? Они сами перебираются на другое место! Меня, знаешь ли, никто не спрашивает! И в известность не ставят! – орал в ответ Кот.
Волк, сжав зубы от тихой ярости, швырял бедного Степана, гораздо дальше обычного.
– Волк, я не могу больше! – не выдержал тот, наконец. – У меня уже все болит!
– Иди воды попей! На тебя одна надежда, а ты как барышня кисейная! – рявкал злющий Бурый.
Глядя, как Степан, держась рукой за стенку, выползает из оружейной, Катерина не выдержала и попросила Волка её покатать. И хоть немного отвлечь его от тренировок.
– Недосуг! – резко ответил тот. – Занят!
Катя почувствовала, как наворачиваются слезы на глаза. – Сама полечу! – она стиснула зубы и сердито посмотрела на Волка.
– Не пущу! – озлился тот ещё больше.
– И спрашивать не буду! – Катерина моментально оказалась у выхода из Дуба, и с порога взвилась в небо.
– Да что ж такое-то! – Волк стартовал через секунду, чуть не сбив Степана, который, после родниковой целебной воды уже вполне приемлемо передвигаясь, шел в оружейную.
– Чего это с ним? – Cтепан тупо смотрел на место, где только что стоял Волк.
– Злится и волнуется. – флегматично вздохнула Жаруся.
Катерина набирала высоту, изо всех сил взмахивая крыльями, разумеется, Волк её быстро догнал, и теперь пребывал в недоумении, как бы её вернуть обратно. Была бы в обычном виде, так это проще простого, за руку прихватил и на спину закинул. А лебедя как? За шею не возьмешь, тонкая и хрупкая. За крыло? Сломать можно запросто. Лапы коротки и прижаты.
– Катерина, заканчивай дурью маяться! – рыкнул Волк, так ничего путного и не придумав.
– Я и не маюсь! Я сварилась уже над книгами! Я устала! Отдыхаю я! – с трудом проговорила сильно запыхавшаяся Катерина.
– Оно и видно! Не упади смотри! От отдыха такого. – усмехнулся Волк.
– А и упаду, чего тебе-то! Ты занят очень сильно, вот и лети обратно, занимайся. Злись дальше, сколько влезет.
– Ну, все, все, я был не прав. – покаялся Волк. – Я просто с ума схожу, как представлю эту рыбью морду!!!
– Да мне-то до него что? Мне туман надо убрать с озер. Волк, а Волк, ты меня поймаешь? А то я правда, что-то устала. – едва проговорила Катерина.
– А то! Поймаю, конечно. – рассмеялся Волк.
– Ну, лови, тогда! – разрешила Катерина, и через секунду начала стремительно падать вниз, став человеком.
Волк подстроился под её падение и подхватив, легко начал подниматься вверх.
– Не смей его даже слушать! Ты бы видела, как он девиц таскал! Главное, что они уже на берегу, увидав эту сомью рожу, начинали соображать, что к чему, да поздно, понимаешь? Считай, что дороги назад нет. Руку подала, всё! Как же они плакали! Как умоляли эту тварь не забирать их!