Ольга Назарова – Дом с секретом (страница 77)
– Ой, Кррыланочка, ты ли это? Не могу поверрить своим глазам!
– Да неужели же? У тебя так ослабло зрение, что ты меня не узнаёшь? – мило улыбнулась Крылана, спиной ощутив поддержку семьи, столько лет прикрывающей её от подобного общения. – Ну надо же! А ты им так гордилась! Очки не носишь? Нет? А что так?
– Как? Как ты посмела! – если бы вороница могла взвизгнуть, она непременно это бы сделала, а так получился какой-то птенячий забавный писк, умчавшийся в сторону ультразвука. – Уж кто бы говоррил! Ты… лысая ворона!
– Пррости? – Крылана недоумевающе подняла глаза на возмущённую птицу. – Что ты там карркнула?
– Прравду! Ты что, думаешь, мы не помним, какая ты? И не сообразили, почему ты сюда прриехала на машине, а не пррилетела?
– Ой, не понимаю я что-то, о чём это ты? – Крылана всплеснула руками. – Ума не прриложу!
– Да ты ж небось и долететь не смогла бы! Три перра и те на голове! Ощипанная курра! Что, не так? А если нет, то покажись нам, дай полюбоваться на тебя, кррасивую!
– И откуда у прриличных, здрравомыслящих ворронов такие стрранные заблуждения? – озабоченно покачала головой Крылана. – Ты точно хочешь увидеть мой норрмальный вид? А не ррастрроишься?
– Поррадуюсь! – уверенно пообещала вороница.
– Как это мило – ррадоваться за ближнего! Ну что ж, ловлю тебя на слове! Ррадуйся!
Крылана упала на землю и стремительно взвилась с неё красавицей в безукоризненном оперении!
Мало того что все перья превосходно отросли, так они были идеально ровными, не старыми, не пыльными, ничуть не повреждёнными, отливающими синеватым воронённым блеском.
Широкий размах крыльев заставил разом замолчать всех. Даже бородатые патриархи-вороны замолкли на полуслове, повернувшись к законному месту рода Клювастовых – все знали о проблеме Крыланы, многие пользовались её помощью, но давным-давно не видели её истинного обличия – она выходила из дома только в людском виде. Это не удивляло никого, кто знал о её беде. Только вот никто и подумать не мог, что тридцатилетняя проблема вдруг испарится, явив всему честному сборищу изумительной красоты вороницу.
– Крэээ… – вырвался скрип из клюва собеседницы Крыланы, которая нелепо взмахнула крыльями, но не удержалась и плюхнулась в траву.
– Что, прости? Это ты так за меня порадовалась? Как-то невнятно… И, да, что ты там баррахтаешься? Ррешила червячков наррыть? – Крылана осмотрела потрясённую вороницу и обернулась к братьям. – Сделаем крружок? Давно я тут ни с кем не здорровалась!
Вот уж кто светился собственным светом, так это Клювасий и Крылошир! Оба прекрасно понимали, что разом отомщены, и, более того, все проблемы будущих сговоров их воронят сняты мановением крыла! Теперь-то никто не посмеет как-то криво да косо на них смотреть!
Карканье от группы сплетниц смолкло так стремительно, словно каждую кто-то с силой заткнул.
Жена Кронта ошалело хлопала глазами, а он сам выглядел таким изумлённым, что забыл закрыть клюв – так и сидел на ветке с распахнутым, пока не влетел к нему в гости крупный и мохнатый ночной мотылёк.
«Какое счастье! Какое счастье, что вот это вот всё – не моё! – Крылана и голову на него не повернула, разве что мысленно пожелала удачи его «кукушке». – Жить с дуррнем – та ещё ррадость!»
Она вернулась к местам Клювастовых, с радостью заметив, что племянники и племянницы оказались в многочисленной компании галдящих сверстников.
«Понятное дело, что большинство прислали их рродные – уточнить детали, им же любопытно. Но теперрь-то никто не сможет им пррепятствовать в выборре парры по серрдцу из-за лысой ворроницы в рроду!»
Тут её отвлекли от размышлений сразу несколько воронов из соседских родов – они наперебой приглашали вместе полетать, а если ей хочется, то завтра куда-нибудь съездить в людском виде – как только Крыланочке заблагорассудится.
«Да счас! – шипела Крылана про себя. – Рразмечтались! У меня теперрь вперреди всё небо, а в прриданом – отсутствие иллюзий, дарр моррока и здрравомыслящие мозги! Я уж прро деньги не говоррю».
Правда, в клюв она так никому не отвечала – вышеупомянутое здравомыслие не позволило!
Наоборот, говорила Крылана со всеми любезно, правда, никому ничего не обещала, отговариваясь делами и срочными обязательствами.
– Крруто! Все холостяки отметились! Даже из самых-самых важных! – впечатлялись родные под утро по дороге домой. – Интерресно, кого же Кррылана выберрет? Хоррошо бы… – дальше следовали личные предпочтения, причём высказываемые с таким жаром, что они чуть не поругались.
Крылана летела молча, делая вид, что не замечает пару самых упорных «кавалеров», следовавших за ней на приличном расстоянии.
«Хоррошо ещё, что сейчас ворронов у нас в окррестностях больше, чем воррониц, а то бы наши пташки от яррости самоощипом занялись бы!» – развлекалась она.
Крылана утром после слёта даже спать не стала – сразу отправилась к тому самому своему кошмарному видению.
– Кррыланочка, ты уверрена? А вдрруг опять с пёррышками прроблемы будут? – перепугалась мама.
– Уверрена! – вот бывает такое ощущение, что ты приняла не просто верное решение, а единственно правильное!
Она успела предупредить о приезде, и её любезно, хотя и удивлённо встретили члены того самого рода.
– Да, он всё так же сррывается врремя от врремени. Мы и запирраем, и огрраничиваем, но…
Вороны этого рода много лет не показывались на слёте – понимали, что все вот эти милые фразочки «яблоко от яблони», «на осине не родятся апельсины», «нет дыма без огня» и тому подобные заклеймили их напрочь.
Своих птенцов они сразу же отправляли к дальним сородичам и искали им пары там.
Если бы удалось решить проблему «паршивой овцы», то есть в данном случае «пьяного барана с крыльями», то им было бы значительно проще и легче жить.
Звонок Крыланы был воспринят членами рода с опаской – а ну как опять ничего не получится, – и с очень слабой надеждой.
Правда, встретив её саму, они удивлённо переглянулись – очень уж отличалась Крылана сегодняшняя, вышедшая к ним из машины, от того, как она выглядела несколькими месяцами раньше. Хотя нет, дело было даже не во внешнем виде, а в спокойной и ровной уверенности.
С этой же самой уверенностью Крылана отправилась к несчастному, топившему себя в людской выпивке. Собственно, и вышла-то она из комнаты уже с ним – абсолютно трезвым, с осмысленным взглядом и посвежевшим видом.
– Хочешь? – она подхватила со стола стакан со спиртным, который заранее просила приготовить и принести.
Реакция её бывшего кошмара запомнилась его родным надолго. Нет, он не отшатнулся в ужасе, не убежал, просто чётко и твёрдо отказался.
– Это навсегда! – приказал ему взгляд Крыланы. – До конца твоих времён! До последнего взмаха крыльев и вздоха!
Глава 50.
Прынцесса и королевна
Взять хотя бы Крылану… Вороница вернулась в Москву, как и обещала, снова поселилась в гостинице Соколовского и неспешно начала присматривать поблизости квартиру:
– Нельзя же слишком долго пользоваться гостеприимством Филиппа Ивановича, – объяснила она Тане. – А так я сниму квартиру и поживу в Москве. Ты же уже в курсе, что я тебя буду сопровождать в командировку?
Тане об этом сказал сам Соколовский, и, вспоминая о громадном медведе, Таня была только за. Правда, вначале она засомневалась было, чем может её защитить хрупкая Крылана, но через пару дней и думать забыла о своих сомнениях.
В визите очень красивой, дорого одетой и исключительно надменной девушки не было ничего странного, кроме того, что она пришла без животного. Согласитесь, но в ветклинику обычно приходят именно с кем-то…
Правда, люди бывают разные, мало ли, может, клиентка проконсультироваться о чём-то решила – именно так подумала администратор клиники, но девушка заявила, что кое-кого ждёт.
– Я в машине посижу, он скоро будет! – процедила она.
«Ну, может, её парень собаку или кота привезёт», – рассудила новенькая сотрудница клиники, да и оставила красотку в покое – непохоже, чтобы у неё были проблемы в оплате парковки, вряд ли она загнала машину во двор ветеринарки просто так.
София Калязинова брезгливо морщилась, оглядываясь вокруг.
Нет-нет, двор был приятный – деревья и кусты ухожены и жизнерадостны, в тяжёлых вазонах у входа – яркие цветы, всё чисто и уютно, но…
«Небось до ручки дошёл – вкладываться в такую фигню! – шипела София. – Ну ладно же! Я тебе устрою!»
Проклятый Соколовский стал для Сони чем-то вроде идеи фикс.
«Именно из-за него у меня всё в жизни пошло наперекосяк! Это он виноват!» – твёрдо уверилась Соня.