Ольга Морох – Песнь для Демиурга (страница 33)

— Да, я здесь, — Нае вытер на всякий случай глаза.

— Тебе нельзя сейчас быть одному, — заметила целительница и прошла внутрь, заметно прихрамывая. — Особенно здесь. Это забытое место.

— Отчего?

— Здесь бродят призраки прошлого.

Лорели встала у стены глядя на энуара сверху вниз. Но в её взгляде не было превосходства или высокомерия, только усталость.

— Ты уязвим, — добавила она. Эхо заботливо выдвинул для неё камень, похожий на сидение стула, и она с тихим вздохом села.

— Не больше чем другие, — вздохнул Нае. Положил руки на колени.

— Гораздо больше, — возразила Лорели. Лицо её в свете неярких ламп углубило тени под глазами. — Твой отец зовёт тебя? Скажи…

— Да, но я не хочу его слышать.

— Нам передали требования, — целительница помолчала и говорила теперь отстранённо глядя в сторону, — от нас требуют признать поражение. Грандмастер осталась снаружи и, кажется, её больше нет. Каденс без сознания. Из тех, кто может принять решения остались я и Рангар. Остальные пропали или ранены.

— А такое уже бывало? — Нае повернулся к ней, — во время первой и второй войны?

— Тогда они были кратно слабее, Найрис, — Лорели слабо улыбнулась, — а мы намного сильнее. Мы не считались с потерями, а сейчас вынуждены радоваться любому поющему и беречь силы. Это угасание Хора.

— Почему?

— Дар энуаров тоже гаснет, разве ты не видишь? И, кажется, однажды случится так, что в ваших общинах начнут рождаться дети без него. Это ужасно звучит, знаю. Но это так.

— Но не значит ли это… — Нае с трудом заставил себя говорить. Не сочтут ли его предателем? — Значит ли это, что они правы? Лорели? Что Демиург умирает…

Целительница помолчала, размышляя.

— Каденс говорил о тебе, что ты не боишься задавать вопросы. Это ему в тебе нравится и ужасно забавляет.

— Я бы не сказал, — Нае положил голову на руки. — Кажется, его забавляет другое.

— Каденс… — Лорели прикусила губу, совсем, как тётка, когда не знала, соврать ей или сказать правду. — Каденс застал вторую войну. Еще совсем молодым. Их было много, горящих сердцем, талантливых Поющих. Но Пустошь росла… А с ней росла и мощь «Струн». Их яд отравлял не только землю, но и умы. Нас предали, Найрис. Попытались предать. Это был Аксис Тормут. Молодой, желающий славы и власти Поющий. Каденс встал у него на пути, и «Струны», к счастью, не смогли осуществить свой план.

— Он ударил лучшего друга? — Нае кивнул. — Я знаю, мне рассказывали.

— Не просто ударил, — Лорели снова прикусила губу, — от него требовали результат. Эта история темна, и осталась в прошлом. Мы все постарались её забыть. Но с тех пор он корит себя за излишнее доверие и те решения, которые он принимал. Теперь он считает, что не имеет права на слабость и не даёт этого права другим. Даже тебе. Особенно тебе. Мы все ошибаемся…

— Искажение поразило его, — согласился Нае. — Но думаю, скверный характер был у него и до болезни.

Лорели рассмеялась так, что по нитям пробежали искорки счастья.

— Верно. Он искажён. Но он остался, не ушёл в Пустошь. И отдал Консонате всё, что у него есть. Я ценю это. Мы все ценим.

— С ним всё в порядке? — отчего-то показалось, что разговор зашёл не просто так.

— Пока да… Пока да…

Это «пока» звучало неуверенно.

— Лорели, — Нае всё же решился задать вопрос, — как вы думаете, «Струны» могут быть правы?

Лорели покачала головой, размышляя.

— Всё возможно…

— Если это так, то значит… Все эти потери… Они бессмысленны! Их можно было избежать! — Нае снова вспомнил ярко-голубую лимфу на грязном полу. — Ради чего?

— В некоторые вещи, Нарис Нер’Рит, приходится просто верить. Ибо доказательств порой бывает недостаточно. — Лорели выпрямилась и сморщилась

— Вы верите? — Нае поднял на неё взгляд.

— Я верю.

— Но вот сегодня! — Нае не замечая за собой снова распалился, — нам дали время до заката! Иначе все погибнут вместе с Эхо. Что надо сделать? Как поступить? Мы верили, что справимся! Но они оказались сильнее!

Лорели задумалась.

— Если они сделают, что обещали, мы погибнем вместе с Хором, — добавил Нае.

— Предлагаешь дать им возможность уничтожить Хор?

— Он всё равно погибнет, — Нае уткнулся лбом в руки, сложенные на коленях, — разве вы не видели? Они будут бить, пока не сломают защиту. Что мы можем? Если даже Демиург на их стороне?

На это Лорели нечего было ответить. Она помолчала, размышляя.

— Пойди к ребятам, Найрис, — ласково сказала она. — Всем сейчас нужна поддержка.

*****

Нае нашёл всех своих друзей в лазарете. Поинтересовался как дела у наставника. Вирон не приходил в себя. Лорели отпустила Райен отдохнуть, и Нае вызвался проводить её до комнаты.

Они шли вдвоём по тёмным коридорам держась за руки, и Нае жадно впитывал её всю: всполохи рыжих волос, веснушки на носу, лёгкий запах пота и лекарских составов. Словно в последний раз. До заката.

— Нае, — Райен остановилась у двери в свою комнату.

— Что? — как хорошо, что она есть. Дева-пожар, дева-костёр, дева-светило.

— Я слышала, как Лорели говорила Рангару, что у нас время до заката… Это правда? — голос её дрогнул, она прижалась к стене спиной, спрятав и руки.

— Правда, — тихо согласился Нае.

На это Райен подалась вперёд, обвила шею и поцеловала его в губы. Буря чувств поднялась внутри энуара, сродни шторму, бушующему снаружи. Дева прижалась, закрыв глаза. А потом медленно отстранилась.

— Прости…

Нае стоял, как болван, кляня себя последними словами, что не может ни сказать, ни сделать хоть что-то разумное. Внутри расцветали розы и цвели плимерии, наполняя все его существо невообразимым счастьем.

— Похож на карамель, — неловко рассмеялась Райен, вытирая краешек губы пальцем. — Извини, пожалуйста, я не хотела… В смысле… Если ты не… Извини…

Но Нае не хотел её извинять. Не хотел, чтобы она извинялась. Он склонился к ней и повторил поцелуй. Райен обвила шею руками и прижалась к плечу.

— Прости, — всхлипнула ещё раз со слезами.

Нае молча прижал её к себе, вспоминая солоноватый вкус губ. Райен плакала, выливая пережитое слезами. И как раньше, он представил то щекочущее чувство, которое охватывало его каждый раз, когда Райен его касалась. Нити дара разгорелись, щедро отдавая миру заряженное счастьем сияние. Райен всхлипнула ещё раз и затихла.

Они постояли вдвоём, прислушиваясь друг к другу.

— Побудь со мной, пожалуйста, — попросила Райен робко.

*****

Потом они просто молча сидели рядом на широком подоконнике затворенного каменными шипами окна в комнате девушек. Райен дремала, положив на плечо голову и подобрав ноги, а Нае слушал, как внутри него растёт новый незнакомый мир. Словно энуар до этого стоял за высоким забором, слушал радостные крики и смех, не в силах преодолеть преграды, но сейчас Райен открыла ему двери и пригласила войти. Там, за забором оказался огромное, необъятное небо и поле, свободное от боли и увядания Пустоши. Здесь можно было жить и строить новый мир, за который не надо бороться. Он просто есть.

Жаль, что всё скоро закончится. Нае помрачнел, когда вспомнил о настоящем. Но и этого сейчас довольно. Энуар склонился, чтобы вдохнуть запах волос. Самый лучший и манящий во всём мире. Огненная дева Райен.

Кажется, в последние дни время исчислялось вечностями. Ещё одна пролетела, пока дева спала, прижавшись к плечу. И спустя эту вечность в комнату заскочила Сера, соседка Райен по комнате.

— О, Нае! — она слегка удивилась. — Ты здесь? Тебя все ищут!

— Что? — Райен потёрла глаза, поднялась, — что случилось?

— Мы уходим! Лорели сказала, мы оставляем Консонату, забираем раненых и уходим. Велела всем собраться!

Нае спустился на пол, оглянулся на подругу. Растерянный взгляд, слега опухшие глаза. Райен поймала руку, не желая её отпускать. Словно боялась потерять навсегда.