Ольга Мигель – Принц на белом кальмаре (СИ) (страница 46)

— Секундочку! — вскрикнула я, перепугавшись до смерти. — Неужели нет никакой силы, способной противостоять ему? Совсем никакой? Но ведь… ведь как-то же он не уничтожил все живое до сих пор и почему-то сидит себе на том дне впадины все это время! Значит, все-таки кто-то когда-то с ним как-то совладал? Правда ведь?

— Да, верно, — кивнул чародей. — История помнит несколько случаев, когда Левиафан пробуждался и его удавалось обуздать, снова загнав в вечный сон, пока он ничего не натворил.

— Тогда нам, получается, нужно сделать то же самое, что делали тогда?! — с надеждой спросила я.

— А вот это уже проблематично, — ответил Клайк. — Единственный, кто способен противостоять Левиафану, сражаться с ним на равных и запечатать его — это пробудившийся повелитель морей, который полностью раскрыл и взял под контроль силу своей крови.

— Почему же проблематично? — удивилась я. — Ведь Брайн…

— Пока что Брайн не раскрыл и десятой доли своей силы, — перебил чародей. — Такими темпами понадобится еще несколько месяцев, чтобы он смог сражаться с Левиафаном и обуздать его. А мы не знаем, есть ли у нас это время. Мы потеряли Зайлу из виду более полугода назад. Понятия не имею, зачем она отправилась на сушу, ведь для пробуждения

Левиафана его невеста необходима здесь, на морском дне. Возможно, конечно, что для этого хватит и ее тела, но одно лишь тело, не направляемое волей разума, ритуал не завершит. А значит, она, скорее всего, должна вернуться. Вот только точно мы не можем сказать абсолютно ничего, пока не поймем, для чего она отправилась на сушу. В дневнике об этом не упоминалось?

— Нет, — покачала головой я. — Из того, что мне открылось… Там был подробно описан ритуал, с помощью которого она поменялась со мной телами. А еще то, что ей необходимо для пробуждения этого Левиафана.

— Что ж, ясно, — задумался чародей. — В таком случае, как можно скорее запиши все, что помнишь из дневника, а я попробую пошевелить мозгами. Возможно, нам повезет, и мы кое-что выясним. Вдобавок, теперь, когда нам известен ритуал, с помощью которого Зайла украла твое тело, мы получили шанс вернуть тебя обратно. Конечно, без Поющей жемчужины его не провести, но как-нибудь разберемся…

— Клайк! — неожиданно закричала я, сама не ожидая от себя такой нервозности в голосе.

— В чем дело? — насторожился мужчина.

— Понимаешь… — замялась я, смущенно пряча взгляд. — Я… не хочу возвращаться обратно, — прошептала я сиплым голосом. — Я все хорошо обдумала и поняла, что не могу оставить… Пускай морское дно — не мой дом, пускай для меня это другой, чужой мир. Но мое сердце принадлежит этому миру! — внезапно вырвалось у меня.

Брайн, сорвавшись с места, крепко меня обнял.

— Ясно, — улыбнулся чародей с неожиданной теплотой. — В таком случае, сделаем все, чтобы защитить этот мир.

— Обязательно, — шепнула я, прижимаясь щекой к груди Брайна.

Вскоре принц и чародей ненадолго покинули меня, оставив в обществе ручки и блокнота, в который я тщательно переносила все, что ворвалось в мою голову из записной книжки Зайлы. К счастью, эти воспоминания пока не тускнели в памяти, так что я точно помнила каждое слово, в том числе и термины, о значении которых даже не догадывалась.

Когда с этим занятием было покончено, я отложила ручку и блокнот на тумбочку и расслаблено потянулась в постели. Наверное, я была слишком измотана, да и заклятие, наложенное на дневник, не прошло для меня бесследно. Я ощутила желание вздремнуть, и уже собралась было закрыть глаза, как вдруг услышала стук входной двери покоев. Вот только приближающиеся легкие шаги принадлежали не Брайну.

— Надеюсь, я не помешала тебе? — взволнованно спросила Милера, войдя в комнату и сразу же закрыв за собой дверь.

— Нет, конечно, — улыбнулась я. — А что-нибудь случилось?

— Да, — выдохнула девушка, быстро подойдя ко мне и сев на край кровати. — И теперь я просто не знаю, что делать!

— То есть?

— Я жду ребенка.

Выкатив глаза не хуже краба, я уставилась на Милеру, подметая челюстью морское дно.

Вот это нежданчик так нежданчик!

— А Клайку вы уже сказали? — наконец сумела выговорить я.

— Нет… Откуда ты знаешь, что это Клайк?! — встрепенулась девушка.

— Долгая история, — нелепо хихикнула я, почесав затылок. Вот блин, неужели я этим жестом у Брайна заразилась? — Но я, признаюсь, раньше даже подумать не могла, что вы…

— Я и сама бы ни за что не подумала, что натворю такое, — печально вздохнула

Милера. — Просто я пришла к нему в кабинет поговорить, и все произошло само по себе.

Очнулась я, уже когда все закончилось и я лежала в его объятиях на диванчике. А потом… потом все понеслось, раз за разом, и остановиться было невозможно! Но несмотря на то, что произошедшее означало для меня, я в тот миг ни о чем не жалела и не жалею до сих пор. Хоть я теперь и пропала! — всхлипнула она с печальной улыбкой. — Я ни за что не выдам его, не подставлю под удар. Но как только об этом узнают, мне конец.

— Может, еще не все потеряно! — ободряюще проговорила я. — По традициям, над которыми король так трясется, у вас с Брайном осталось меньше трех недель для того, чтобы пожениться. И если за это время вы не вступите в брак, возможно, королю придется выкручиваться хотя бы перед вашими родителями, предложив вам какого-нибудь другого жениха. И тут Клайк мог бы попросить вашей руки!

— Это было бы слишком хорошо, — покачала головой девушка. — Вот только получится ли?

— А мы постараемся! — улыбнувшись, подмигнула я.

— Спасибо, — прошептала Милера. — И, пожалуйста, не говори об этом Клайку, по крайней мере, пока что.

— Естественно, — кивнула я и, не удержавшись, обняла девушку.

Что ж, теперь у меня есть еще один стимул стараться в полную силу, чтобы не дать Зайле осуществить ее план.

4. Утонувшая принцесса

— И все равно мне не нравится, что мы должны отправляться в это путешествие вдвоем, — сказал Брайн, помогая мне залезть на спину Малыша.

— Но ты ведь и сам понимаешь, что без нее никак. Оказавшись там, Ира, возможно, сможет увидеть то, что не откроется тебе, — пожал плечами Клайк, подавая мне сумку с вещами, необходимыми в дороге.

— Да-да, знаю. Просто все это слишком опасно, — вздохнул принц.

— Ничего, как-нибудь справимся! — ободряюще заявила я.

Тяжко вздохнув, Брайн дал кракену команду двигаться вперед. А когда мы оказались за городом — призвал быстрые течения, которые понесли нас в безумном потоке. Ощущения от такого передвижения были довольно странные. Но в силу Брайна, похоже, входил какой-то компонент, защищавший от течения самого повелителя морей и все, что вокруг него. Так что и я, и Малыш чувствовали себя неплохо, несмотря на все неудобства.

Правда, мне трудно было представить, как я выдержу подобное на протяжении всего путешествия туда и обратно, которое должно продлиться несколько дней.

Но причина, по которой мы отправились в долгую дорогу, стоила того, чтобы терпеть любые неудобства.

Получив блокнот со всем, что я вспомнила из дневника Зайлы, Клайк изучал его пару дней. А потом сообщил нам с Брайном интересную деталь: чтобы пробудить Левиафана, Зайла должна была провести ритуал, в ходе которого ей предстояло отдать себя ему в жены. И почти все компоненты, необходимые для него, найти ей не составило бы труда, хоть по пять комплектов. Собственно, все они и обнаружились в домике Зайлы при обыске.

Исключением был единственный предмет — обручальное кольцо. Добыть его проблематично по одной причине: это должно быть кольцо с пальца утонувшей принцессы с суши. И вот здесь, как рассказал Клайк, начиналось самое интересное.

Во-первых, принцессы не часто путешествовали на кораблях, потому и редко шли вместе с ними на дно.

Во-вторых, как оказалось, средневековая моряцкая примета, будто женщина на корабле — к несчастью, была не таким уж суеверием. И дело даже не в том, что ждало бы девицу, попавшую к толпе мужиков, приговоренных к месяцам палубных сосисочных вечеринок.

Незамужняя девушка, утонувшая при кораблекрушении, при условии сохранения корпуса корабля, после гибели могла превратиться в морское умертвие, обреченное веками блуждать по обломкам затонувшего судна. И если над тем местом, где находилась ее могила на дне, проплывал какой-нибудь корабль, она непременно использовала темные чары, чтобы заставить кого-нибудь из морячков ни с того ни с сего сигануть в воду, а то и вовсе зачаровать капитана, чтобы он направил судно на рифы.

Но, что самое главное, чем благороднее кровь девицы, тем выше ее шансы обернуться умертвием. И у принцесс, нашедших смерть в морской пучине, эти шансы равнялись примерно ста процентам.

Следовательно, мало того, что корабли с утонувшими принцессами на борту просто так по морскому дну не валялись, так еще и эти самые принцессы там щеголяли в виде злобных безумных умертвий, мечтающих разорвать каждого, кто окажется внутри корабельного корпуса. Соответственно, снять кольцо с пальца такой девицы было ой как непросто!

Вот только если раньше повелители морей такие объекты оперативно подчищали, то в последние семь столетий с этим было немного сложновато. И все же, грамотные правители не пускали такие дела на самотек, так что на сегодняшний день затонувшие корабли с умертвиями были занесены в государственный реестр, территории вокруг них огорожены, а раз в год специальная комиссия наведывалась к ним, чтобы проверить, как там девицы поживают. Те суда, на которых находились принцессы, числились отдельным списком. А в нем красными чернилами были отмечены умертвия, у которых на пальцах имелись кольца — таких было всего два на всем дне океана.