Ольга Мигель – Принц на белом кальмаре (СИ) (страница 48)

Это напоминало шторм — начавшийся с легкого ветерка и переросший в нечто бурное, неудержимое и совершенно безумное. Смешанные со стонами поцелуи раз за разом накрывали с головой, словно девятибалльные волны. И когда руки Брайна, расстегнув блузу, коснулись моей груди, у меня не оставалось сомнений в том, что будет дальше… так же, как и в том, что я…

— Прости, — неожиданно выдохнул Брайн, резко отстранившись.

Тяжело дыша, принц отвернулся и сел у входа в грот, а я растерянно привстала, опираясь на локти. Когда нечто подобное случалось дома, парень уходил куда-нибудь, пока не остынет. Вот только здесь, посреди пустынного морского дна, фраза «пойду-ка я сластей принесу», прозвучала бы как-то слишком натянуто.

— Брайн?

— Ир, я… — сказал он, слегка вздрогнув, когда моя рука коснулась его плеча. — Я действительно люблю тебя. И не хочу, чтобы ты думала, будто я принуждаю тебя…

— Брайн, все в порядке, — нежно шепнула я и, обняв его за плечи, развернула к себе.

Слегка дрожа, я коснулась его губ и прошептала в них:

— Все хорошо, я… не против.

Новый стон вырвался из моей груди, когда Брайн с безудержным поцелуем повалил меня на мягкий матрас из водорослей. Окончательно потеряв голову в страстном водовороте, я спешно, слегка неуклюже стянула с парня рубашку, чтобы в следующий миг прижаться к нему всем телом. Моя блуза медленно опускалась на дно где-то в метре от меня, а руки Брайна, дрожа, расстегивали мои брюки. От ощущений, которые захлестнули меня, перехватило дыхание. Одна часть моего сознания прекрасно понимала все, что происходит, а другая не могла поверить, что это в конце концов случится здесь и сейчас. В уютном, романтичном месте, где мы совершенно одни… неужели этой ночью действительно будет наш первый раз?

Выгнувшись дугой, чтобы дать Брайну стащить с себя брюки, я случайно бросила взгляд на вход в грот и замерла.

— Ир? — непонимающе позвал принц.

А потом, проследив за моим взглядом, и сам оцепенел.

Устроившись у самого входа, на нас своими огромными глазищами смотрел Малыш.

Притом смотрел с нескрываемым интересом — словно единственное, чего ему сейчас не хватало, это ведерочко попкорна.

— Эй, слушай, вали отсюда! — выдохнул Брайн, раздраженно замахав рукой.

Вот только кракен добросовестно проигнорировал хозяина и продолжил пялиться на нас.

— Вот паразит.

— Да уж, любознательное существо, — пробурчала я и, четко осознавая, что наедине он нас оставлять не собирается, накинула блузу.

— Так… — замялся принц, не зная, как подобрать слова.

— Думаю, можно будет продолжить, когда вернемся домой, — смущаясь, прошептала я ему на ухо.

Покраснев, Брайн едва заметно кивнул. А потом, быстро надев рубашку, сгреб меня в объятия и уложил рядом с собой.

После этого я очень долго не могла заснуть. Но когда сон все же завладел мной, его пучина оказалась очень нежной, теплой и сладкой.

5. Последний фрагмент

Новость о том, что Зайла заполучила кольцо, Клайк воспринял без особого энтузиазма.

Несколько минут чародей сидел в кресле, словно каменный истукан, и пялился на собственные руки, сложенные в замок. И лишь потом проговорил:

— Все же, что-то здесь не вяжется.

— Что именно? — поинтересовалась я.

— Во-первых, мы так и не нашли кольца. Конечно, Зайла могла обустроить для него еще какой-нибудь тайник. Но почему тогда она не спрятала в нем же остальные предметы, необходимые для ритуала? Во-вторых, монеты. Судя по тому, что Ира увидела в видении, Зайла возвращалась на корабль за ними. Причем именно возвращалась. Похоже, события из видения произошли в тот период, когда она исчезла на несколько дней, прежде чем украсть тело Иры.

— То есть эти монеты нужны были ей для откупа в ритуале обмена телами? И она отправилась за ними после того, как монеты из музея украсть не удалось?

— Поражаюсь твоей осведомленности… но не буду задавать глупых вопросов о том, откуда тебе это известно, — тяжко вздохнул Клайк. — Да, очень похоже на то, попытка кражи монет из музея имела место незадолго до ее пропажи. И что самое важное, исходя из этого, можно сделать вывод, что решение отправиться на сушу пришло ей в голову через некоторое время после того, как она добыла обручальное кольцо. Скорее всего, когда у нее не вышло заполучить монеты из музея, она вспомнила, что мельком видела подходящие на корабле. И если в первый раз они ей не были нужны, и Зайла их не взяла, то потом, скорее всего, поджимали сроки с ритуалом. Ведь она, вместо того чтобы потратить время и поискать вариант побезопаснее, решилась во второй раз ступить на проклятый корабль — место, где ее чары ничем не могли ей помочь.

— Вы хотите сказать, что темные чародеи бессильны перед умертвиями?

— Именно, — кивнул Клайк. — На этих существ чары не действуют просто потому, что они уже мертвы и прокляты посмертно. А вот причинить вред живым еще как могут! И тут Зайле не слишком бы помогла сила, которую она тянула из Левиафана. Даже светлые чародеи могут лишь защищаться от атак умертвий. Упокоить же их способен только…

— Повелитель морей, — отрешенно закончила я.

— Да. Но вот чего я действительно не могу понять, так это какого ската Зайла решила отправиться на сушу? Сколько я ни ломаю голову, но ничего, даже отдаленно похожего на причину, не нахожу. Чтобы пробудить Левиафана, она должна провести свадебный ритуал здесь, на дне океана.

— А что, если она попросту струсила? — неожиданно предположил Брайн.

— Как это, струсила? — опешила я.

— Когда стало ясно, что мы имеем дело с Левиафаном, я засел в библиотеке, чтобы хорошенько изучить матчасть. И вот, штудируя материал, я обратил внимание на одну занятную деталь: если бы Зайла пробудила Левиафана, то и сама бы умерла в ходе ритуала! Причем через считаные дни после свадебной церемонии.

— Ну да, Левиафану для освобождения из бездны нужна кровь его жены, — подтвердил Клайк. — Но неужели ты думаешь, что она бы так просто взяла и дала задний ход?

— Мало ли. Вдруг ей неожиданно жить захотелось, и единственным местом, где можно скрыться от зова Левиафана, она посчитала сушу?

— Возможно, Зайла и хотела жить, — тихо проговорила я. — Вот только ее ненависть была слишком сильной. Настолько сильной, что она готова была пожертвовать чем угодно, даже своей жизнью, чтобы заставить страдать, умирать в муках всех тех, кто на протяжении долгих лет обрекал на страдания ее саму. А заодно и всех остальных, кто теоретически мог бы причинить ей боль. Это желание было настолько непреодолимым, что собственная смерть ради его осуществления казалась Зайле чем-то мелким, ничтожным и незначительным.

— Но тогда я тем более не понимаю, зачем ей сбегать на сушу, — пробормотал Клайк. — Ведь эту свою мечту она могла осуществить только на морском дне!

— И боюсь, если мы этого не поймем, все может стать для нас совсем плохо, — задумался Брайн. — Как можно остановить кого-то, если не понимаешь, что он делает и зачем?

— Вот поэтому я сейчас и продолжу ломать голову, — сказал чародей, откинувшись на спинку кресла.

— В таком случае, удачи тебе в этом, — хмыкнул Брайн, за руку выводя меня из кабинета. — Если понадобимся, зови.

— Уж я-то позову, не сомневайся! — ухмыльнулся Клайк, провожая нас взглядом.

Все, на что нас хватило после пятнадцати часов в пути и двух — беседы с чародеем, это обессиленно свалиться на свои кровати и моментально отключиться. Уже засыпая, я неожиданно вспомнила о том, что так и не сказала Клайку о монетах, которые забрала с корабля. Может быть, я бы даже встала и сбегала к его кабинету, но сил на это у меня не осталось, так что я расслабилась и проспала до самого обеда. А когда я наконец вышла из своей комнаты, меня ждал сюрприз.

Вместо позднего завтрака на журнальном столике стояла корзинка, плетеная из жестких водорослей, в которой я разглядела целый набор самых разнообразных вкусностей.

— Доброе утро, Ир! — весело улыбнулся Брайн, спешно встав с диванчика, чтобы нежно меня поцеловать.

— И тебе доброе, — слегка растерянно шепнула я, тая в его объятиях. — А это…

— Сегодня мы отправляемся на пикник, — поспешил сообщить принц.

— И куда же?

— К одной местной достопримечательности, которая очень красива в это время года. Она недалеко от города, так что можно будет даже проплыть на своих плавниках и оставить Малыша отдыхать. А то он и так в дороге вконец вымотался.

— Знаешь, отличная идея! — обрадовалась я. — Тогда подождешь, пока я переоденусь во что-нибудь поудобнее для такой прогулки?

— Нет, вот прям сейчас возьму и сам туда побегу, а ты догоняй! — засмеялся Брайн, плюхнувшись на диван. — Давай уже, у тебя пять минут.

— Буду через три, — подмигнула я и поспешила в свою комнату.

Не желая бросать слов на морское течение и задерживаться дольше трех минут, я быстро переоделась в брюки и блузу, собрала волосы в хвост и выплыла из комнаты четко по графику.

Признаюсь, даже сама по себе прогулка до места, запримеченного Брайном, оказалась очень милой и приятной. Когда же я увидела то, ради чего мы туда отправились, я восторженно замерла.

Пройдя сквозь расщелину, мы очутились на небольшой площадке, окруженной скалами со всех сторон. Казалось, все здесь светится изнутри! Каждую скалу покрывали причудливые узоры, излучавшие нежное сияние самых разнообразных цветов — от светло-желтого до насыщенного фиолетового. При этом все они чудесным образом сочетались и гармонировали между собой, создавая удивительные картины.