Ольга Майская – Тень ведьмы (страница 10)
– Да брось ты, – Илья налил себе воды, присел. – Просто день утомительный. И вообще, ничего особенного.
– Ничего особенного? – Серёга поднял бровь. – Ты все время на измене ходишь. Как чувак, которому не перезвонила подружка после первого свидания. А у тебя, между прочим, был ужин, подъезд и даже откровения про сериалы. Это уже почти семья.
Илья взъерошил волосы, стараясь скрыть улыбку.
– Мы просто… поужинали. Неделю назад.
– Неделя! Это по студенческим меркам уже почти годовщина.
– Я ей писал. И сегодня, кстати, звал на вечеринку на Хэллоуин. Она отказалась – говорит, будет с подругами.
– Ну вот, – Серёга хмыкнул. – Сказала вежливо: «буду с подругами», а сама, может, с бывшим где-то ужинает.
– Хватит. – Илья чуть поморщился. – Не из тех она.
– А ты откуда знаешь? Видел её сторис? – Серёга наклонился, вытянул шею. – Хотя, стоп. У неё нет сторис. Ни одного селфи. Ни одной фотки. Ты уверен, что она реальна? Может, ты просто вообразил себе девчонку-невидимку?
– Очень смешно.
– Прости, не удержался.
Они замолчали на секунду. За окном скрипнули тормоза, кто-то закрыл багажник, глухо хлопнула дверь.
– Знаешь, – выдохнул Илья, – с ней по-другому. Спокойно. Как если бы всё наконец встало на место. Внутри. Не как влюблённость – как будто… как будто я её знал всегда.
Серёга фыркнул.
– Ну ты вообще, лирик. Глубина, метафоры. Где твой сборник стихов?
– Спасибо, дружище.
– Серьёзно. Если она тебе настолько нравится – не тормози. Пиши ей ещё. Позови с подругами. У нас же будет вечеринка. Пусть приходит, тусуется. Не давай ей соскочить.
– Ты думаешь, она специально?
– Не знаю. Но если не специально – тем более глупо отступать.
Илья достал телефон, задумался пару секунд, а потом написал:
«А если не только ты? У нас Хэллоуин с костюмами, плейлистом и вином. Приходите с подругами. Страшные истории – бонусом.»
Ответ пришел почти сразу:
«Мы, скорее всего, у меня будем. Но спасибо!»
– Ну вот, – пробурчал Илья, показывая экран. – Культурно отшила.
– Ладно, а подруги? – прищурился Серёга. – Покажи хоть одну. Ты же говорил, у одной глаза с огоньком?
Илья криво усмехнулся, но открыл Инстаграм. Нашёл профиль Марины, ткнул в сторис.
– Вот одна из них.
Серёга взял телефон, пролистал. На экране – полумрак, бокал вина, огонь. Марина в кресле, укутанная в плед, ноги на пуфике.
– Ну вот, нормальная баба, – кивнул он. – Такая настоящая. Живая. А твоя – странная. Слишком тихая. Слишком… безликая.
– Она не безликая, – резко ответил Илья. – Просто… закрытая.
– Ладно-ладно. – Серёга поднял руки. – Но я вот, например, в Марине прям что-то вижу. Зови её. А там – как пойдёт.
Он подмигнул, потянулся к плите и выключил огонь под кастрюлей.
– Говорю тебе, зови её, – продолжил Серега. – Я устрою ей экскурсию по Академической. С кофе и видами на соседний балкон.
– Ты бы лучше экскурсию в супермаркет устроил, – буркнул Илья. – У нас хлеба нет, между прочим.
– Так ты же заходил в магазин, когда с работы шел.
– Я думал, ты зайдёшь.
– Я курицу тушил, между прочим! – Серёга театрально воздел руки. – Это целый подвиг. На полтора часа оторвал себя от дивана и смыслов бытия. Всё, что не касается еды, – не моя ответственность.
Илья усмехнулся и полез за тарелками.
– Как же мы вообще выживаем вместе.
– Стабильность, брат, – ответил Серёга, раскладывая курицу по тарелкам. – Я готовлю, ты ноешь. Всё честно.
Они сели за стол. Несколько минут ели молча, соблюдая некий молчаливый ритуал – первая ложка, хлеба нет, но ничего, вкусно, привычно.
– Она, правда, особенная, – вдруг сказал Илья. – Эта Мила.
Серёга не сразу ответил. Зажевывал, кивнул.
– Я понял. Ты про неё словно не рассказываешь, а… слушаешь себя.
Илья удивлённо посмотрел на него.
– Это что сейчас было?
– Психология. Филфаковская.
– Ты полтора курса отсидел и ушёл в журналистику.
– Зато хватило, чтоб понять: ты конкретно поплыл.
Серёга налил себе воды, посмотрел на Илью.
– И чё теперь?
– Не знаю. Она рядом и в то же время – за стеклом. Я с ней, но не с ней. Понимаешь?
– Понимаю, – кивнул Серёга. – Такое ощущение бывает, когда ешь пиццу через день: вроде вкусно, но будто подменили.
Илья фыркнул.
– Спасибо за сравнение.
– Слушай, ну а ты спроси у неё прямо: кто она, чего хочет, чего боится. Ну не в лоб, конечно. Можно аккуратно, по-человечески. Разговор решает многое. Или хотя бы даёт понять, стоит ли оно того.
Илья помолчал.
– А если она не скажет?
– Тогда это тоже ответ.
Серега поднялся, потянулся, потом снова достал сигарету и сел на табурет у окна.
– Ну, ты подумай. А если чё – Марина, между прочим, тоже не промах.
Илья остался на кухне. Доедал медленно, будто еда требовала созерцания. Мила звучала в голове эхом – всё, что было с ней, казалось и реальностью, и сном одновременно. Он поднялся, поставил тарелку в раковину, налил себе остатки компота из холодильника и пошёл в комнату. За стеклом, в сером московском вечернем небе, наконец-то пошел дождь. Тонкий, почти невидимый, но настоящий.
Он достал телефон. Долго смотрел на экран. На её аватарку – цветок.
Ничего больше. Ни фото. Ни сторис. Ни следа. Только эта странная, манящая тишина.