Ольга Махтей – Цугцванг. Трилогия (страница 24)

Когда пакет Виктора наполнился, Куратор кивнул на весы.

– Пятьсот кредитов зачислены. Золотая середина, Виктор.

Леон колебался. Происходящее казалось варварством, добровольным самоистязанием. Но он видел глаза Антона. Этот парень собирался скупить аукцион, чтобы получить власть.

– Мне четыреста, – сказал Леон.

Это был его предел. Больше он рисковать не мог, ему нужно было сохранять ясность ума. Куратор посмотрел на Леона поверх очков.

– Четыреста? Разумная бережливость, учитель. Или точный расчёт? Четыреста принято.

Кира и Женя, глядя на остальных, тоже решились. Страх остаться ни с чем был сильнее страха иглы.

– Мне триста, – пискнул Женя.

– И мне триста, – эхом отозвалась Кира.

Куратор лишь мельком глянул на их пакеты.

– Прожиточный минимум, – констатировал он. – По триста на счёту каждого.

Светлана осталась сидеть за столом. Она пила чай маленькими глотками, обеими руками сжимая чашку. Куратор посмотрел на неё.

– Вы пропускаете ход, мадам? – спросил он вежливо.

– Да, – твёрдо сказал она, не поднимая глаз. – Мне моя кровь нужнее. Я не собираюсь торговать собой.

– Ваше право, – равнодушно бросил Куратор. – Ноль так ноль.

Марк, закончив с остальными, сел сам. Он ловко, одной рукой, наложил себе жгут, затянув его зубами.

– Пятьсот, – сказал он. – Я должен оставаться в игре.

Он сдал кровь быстро, профессионально. Куратор посмотрел на весы.

– Пятьсот. Идеально.

Через полчаса все сидели за столом. Бледные, вялые. В воздухе висел тяжёлый металлический запах крови, перебивая аромат кофе. На медицинском столике лежали наполненные тёмные пакеты – жизнь, упакованная в пластик.

Куратор вернулся за свою стойку. Он отложил яблоко и вытер руки. Вид у него стал собранный и деловой.

– Торги открыты, – объявил он.

На постамент вынесли первый лот. Белый конверт с сургучной печатью.

– Лот номер один. Информация. Внутри – подробное описание следующего испытания. Его суть, правила и… главное – способ прохождения.

Куратор поднял конверт.

– Тот, кто купит этот конверт, будет знать всё заранее. Он сможет подготовиться. Стартовая цена – двести.

– Двести, – сразу выкрикнул Женя. Он боялся неизвестности больше всего.

– Триста, – перебила Кира.

– Четыреста, – веско сказал Виктор.

– Пятьсот, – Антон даже не повысил голос. Он просто назвал цифру, глядя в одну точку.

Виктор злобно скрипнул зубами.

– Пас, – буркнул он.

– Пятьсот раз… Пятьсот два… Продано Антону.

Антон, пошатываясь, подошёл к постаменту. Забрал конверт. Куратор проводил его взглядом, полным холодного любопытства. Антон не стал открывать конверт при всех. Просто сунул во внутренний карман пиджака.

– Ты же расскажешь нам? – с надеждой спросил Женя.

Антон посмотрел на него долгим, пустым взглядом.

– Посмотрим.

– Лот номер два. Инструмент, – объявил Куратор.

На подносе лежал скальпель. Стерильный, сверкающий.

– Оружие? – спросил Виктор.

– Универсальный инструмент, – пояснил Куратор, слегка касаясь ручки. – Можно резать. Можно спасать. Можно угрожать. Стартовая цена – двести.

– Двести, – сказал Леон. Он хотел забрать это для Марка.

– Триста, – перебил Виктор. Он остался без информации, ему нужно было хоть что-то.

– Четыреста, – сказал Марк.

У Виктора было пятьсот. У Антона осталось триста.

– Пятьсот, – Виктор пошёл ва-банк.

Марк вздохнул. У него было пятьсот, но он не мог перебить ставку.

– Продано Виктору за пятьсот.

Виктор довольно оскалился, забирая скальпель.

– Пригодится. – Он многозначительно посмотрел на свою больную ногу, а потом на остальных.

– И наконец… – Куратор выдержал паузу. – Лот номер три. Власть.

На столе появилась маленькая чёрная коробочка.

– «Право Вето». Одноразовая карта. Владелец может отменить любое коллективное решение. Отменить результаты голосования. Или запретить действие другого игрока в отношении себя. Это абсолютный щит.

Ситуация накалилась.

– Стартовая цена – триста.

– Триста, – сказал Антон. Он снова отдавал всё.

– Четыреста, – Леон положил свой пакет на весы. Это был его единственный шанс получить рычаг давления.

– Пятьсот, – тихо сказал Марк.

Все повернулись к нему. Хирург сидел, придерживая ватку на локте. Он был белее мела, под глазами залегли тени. Но взгляд был ясным.

– Марк… – начал Леон.

– Нет, – перебил Марк. – Антон нестабилен. Виктор агрессивен. Я не могу доверить «Вето» никому из вас. Я забираю его.

Никто не мог перебить.

– Продано Марку за пятьсот, – подвёл итог Куратор. Он закрыл торги лёгким хлопком ладони по столу. – Аукцион завершён. Благодарю за участие.

Он поправил жилет и снова взял своё яблоко, отрезая тонкую дольку.

– Распорядитесь приобретениями мудро.