Ольга Лисенкова – Стиратель (страница 49)
– Ты сын саламандры. Почему ты не можешь сам справиться с демонами? Тем более если вас трое?
Вопрос, очевидно, застал Джуда врасплох ничуть не хуже, чем их эффектное появление ниоткуда.
– М-м… Насколько мне известно, ваше величество, мои братья не обладают таким талантом, и мы не саламандры, а полукровки, таким образом…
– Нонсенс. Матвей сказал мне, что ты видишь демонов и можешь их обезвреживать. И из людей тоже изгоняешь. Что отличает тебя от братьев?
Она обошла его кругом, разглядывая, будто музейный экспонат.
– Они где?
Джуд махнул рукой. Впереди виднелась большая стеклянная витрина, а за ней стояли с безучастным видом манекенов Гелиан и Лин. Ни Ламия, ни Матвей поначалу их не заметили.
– О! – воскликнула королева в радостном возбуждении. – Вас действительно трое. А ты знаешь, что втроем дети саламандры способны победить сколько угодно демонов?
– Почему же у нас ничего не выходит, ваше величество? – скрипнув зубами, выдавил Джуд.
Она подошла к стеклу и приложила руку. По ровной поверхности побежали трещины. Но стоило ей убрать ладонь, как они затянулись.
– Эмпуса в своем репертуаре. Она заманила их, а на них заманила тебя. И что дальше, сын саламандры? – обернулась она к ним.
– Что дальше, ваше величество?
– Она предлагает тебе сделку?
– Она предлагала мне сделку вчера, и я от нее отказался.
– Чего же ей захотелось сегодня? Молодой крови?
– Вероятно, – ответил Джуд, и Матвей внезапно понял, что тот еле сдерживается, а внутри весь кипит. – Я только что сюда добрался, еще не видел Эмпусу. Что она с ними сделала?
– Что ты с ней сделаешь? – подхватила королева оживленно.
– За них я готов на что угодно.
– Ты уступишь ей?
– Я не могу уступить ей. Это невозможно.
Королева с удовлетворенным видом кивнула.
– Конечно, это невозможно. Ты же сын саламандры. Но они же тоже дети саламандры. Подожди минуту.
Она вернулась к витрине и снова прикоснулась к ней раскрытой ладонью. На этот раз она держала руку дольше и смотрела не на зачарованное стекло, а на лица близнецов. Матвею показалось, что стекло стоит не между Гелианом и Лином, с одной стороны, и Джудом, с другой стороны, – почудилось, что братья Джуда погружены в стекло, как в желе. К горлу подкатила тошнота, будто это не им, а ему было нечем дышать.
Королева тряхнула головой и добавила к первой вторую ладонь. Стекло и правда шаталось и вновь возвращалось к прежней форме, словно гигантский куб желе. Потом она уронила руки и повернулась к Джуду.
– Ты обожженный, они нет.
– Что?
– Ты обожженный, они нет. Ты входил в пламя, они нет. Когда ты обожжешь их, вы будете те самые легендарные три сына саламандры, которых демоны не могут одолеть. Сейчас еще нет.
Джуд закашлялся.
– Я их должен… что?
– Ты должен разжечь пламя и направить на них. Держать достаточно долго, чтобы расплавить эту преграду. Иного выхода нет. Иначе они скоро задохнутся там. Эмпуса, наверное, сделала им предложение, они отказались, и она оставила их немного подумать – или она вернется, или они задохнутся. Третий вариант – твой. Зажигаешь огонь, растапливаешь преграду, обжигаешь братьев, и вы с ними непобедимы.
Джуд с ужасом посмотрел на Матвея.
– Я не могу разжечь огонь здесь. Я не умею. Я не кромешник. Мой остаточный талант в другом. И – они же погибнут от ожогов. И… простите мою дерзость, ваше величество, но как я могу вам верить?
Она засмеялась, будто закричала экзотическая птица, и смех взлетел в огромном пустом помещении к самому потолку, ударился о стены, осыпался на пол хрустальными осколками.
– Ты не можешь мне верить, сын саламандры, потому что ты генетически не способен верить таким, как я. Однако… ты же знаешь, кто я. Жена Матвея оказала мне услугу. Он потребовал ответную услугу, на которую имеет право. Он потребовал, чтобы я помогла тебе. Израсходовал свое богатство на тебя. Это все. Я не в состоянии сделать это
Джуд еще раз посмотрел на Матвея, но тот больше ничего не мог для него сделать.
– Спасибо, – медленно произнес Джуд. – Я воспользуюсь советом и для начала прислушаюсь к себе.
– Вот и отлично. А я пошла. – Королева триумфально улыбнулась Матвею: словно фотовспышка сработала. – Квиты!
И в следующее мгновение она пропала, будто ее и не было.
Глава 6
Джуд закусил губу и поднял глаза на Матвея, и Матвею под его взглядом стало неуютно.
– Снова ты, – проговорил он задумчиво.
– От меня так просто не отделаешься. – Матвей скорчил рожу.
– Я уже понял.
– Она не стала бы лгать, если она возвращает услугу, я так считаю.
– Хороша помощь – дала невыполнимый совет.
– Почему невыполнимый?
Джуд взорвался:
– Да потому что я не кромешник! И это – не маяк! Это не такое место, где я мог бы показывать фокусы! А если я притащу огнемет… да пока я его раскопаю, они уже задохнутся! И в любом случае погибнут! Если только я не уйду и не оставлю их тут, а Эмпусу ничто не задержит, и она о них не забудет, и вернется вовремя, и они не будут глупить, а согласятся на ее условия… Но как я уйду, если они меня позвали? И как они согласятся на ее условия, если в их жилах течет кровь саламандры, пусть и разбавленная? Ты же слышал, что она сказала, это общеизвестно: мы не можем уступить демонам, это исключено, мы в буквальном смысле – не – можем! Это даже не смелость, это не благородство, это… глупость несусветная, что они отказались и себя обрекли!
– Ты тоже отказался, – напомнил Матвей.
– Я ладно…
– Ничего не ладно. Ты отказался, они отказались. Нейтралы рождены, чтобы защищать людей от демонов, а не вступать с ними в коллаборации. Тем более дети саламандры. Ты знаешь, что саламандры женского пола почти никогда не показываются людям? Ты уникум. Вы с братьями уникумы. И вас как раз трое, как и положено, чтобы…
– Ну да, ну да, мы избранные, это уже в зубах навязло, обычных героев в книгах нынче не бывает, одни избранные, которые о своей избранности не догадываются – никак на нее не влияют – и ничем ее не заслужили! И справиться с ней не в силах!
Джуд подлетел к стеклу и вмазал по нему кулаками. Стекло прогнулось и вернулось на место.
– Они на тебя посмотрели, – сказал Матвей.
– Кто?
– Да братья твои. Они раньше стояли, как куклы, а сейчас они на тебя посмотрели. Я видел.
– Думаешь, они меня слышат?
– Я не знаю.
– Они испугаются, – дрогнувшим голосом проговорил Джуд. – Если я начну жечь, они же испугаются. Что их брат напал на них и пытается… Если им и правда сказали, что я убил папу, им станет так страшно, Матвей.
– По-моему, сейчас страшнее всего тебе.
– А я этого и не скрываю.
Матвей вспомнил, что он Ключ, и попробовал стекло на ощупь. К его изумлению, оно было холодным и напоминало скорее вязкую кашу, чем желе. Но проникнуть в глубь или сдвинуть его в сторону не получалось.
– Видно, это должен сделать ты, – признал Матвей. – И никто другой.
Джуд сжал и разжал кулаки, посмотрел на свои ладони, потер их одна о другую. Покрутил кистями.
– Безнадежно, – сказал он еле слышно. – Я как самый обычный человек, я не воспламеняюсь. Это не маяк.