Ольга Лисенкова – Стиратель (страница 47)

Ладно, примем за рабочую гипотезу, что близнецы, как и Джуд, горазды видеть демонов и отличать их от людей, даже если не ликвидируют: ведь и это умеют далеко не все нейтралы. Такие своеобразные детекторы. Они, конечно, будут в цене теперь, когда нейтралы узнали, с кем им предстоит сражаться. Поэтому демоны и хотят заранее перетянуть их на свою сторону. Матвей мимолетно подумал: Джуд наверняка винит себя, что попросил братьев помочь в этой опасной истории и привлек к ним внимание демонов.

Потеряв работу, Джуд не сможет больше платить за музыкальное образование Лина и Гелиана, а такие специалисты, если только предположения Матвея верны, будут востребованы в управлении нейтралов. Поэтому весьма вероятно, что демоны, показав братьям ниспровержение Джуда, нарисуют им очень заманчивые картины сотрудничества – или пригрозят чем-то страшным. Настолько страшным, что близнецы вспомнили о своем детском умении, в котором разочаровались аж двадцать лет назад.

Матвею отчаянно не хватало информации.

Ладно, как ему поступить? Вернуться в свой номер, сидеть ровно и ждать, пока ему что-нибудь расскажут? Это почти наверняка то, что приказал бы ему сделать Джуд, если бы успел распорядиться перед тем, как умчался. Но тот этап, когда Ассо с Матвеем расшатывали равновесие, уже закончился, и сейчас ему, кажется, ничего не грозило, если он будет достаточно осторожен.

Ехать к Фотине в управление, видимо, бесполезно. Даже если она ему поверит, чем она поможет? Остается одно – то, что придумал Джуд. Попробовать через магическую ракушку связаться с Ламией, если это Ламия. Предположим, она ответит на вызов. Предположим, это доступно и днем, ведь сейчас это не особый ритуал, как было у Ассо. Что же ей сказать? Что – вероятно, но не точно – надо спасать неведомого ей нейтрала и его младших братьев? С какой стати?

«Здравствуйте, я муж той русской пресноводной русалки, что вас выручила. Вы не забыли ее отблагодарить за такую услугу? Как? Ну вот замечательный способ навскидку, у меня есть друг, ему пригодилась бы ваша помощь. Или, возможно, нет».

Гениально.

Глава 2

Фотина села на постели, рывком выдернув себя из тягостного мучительного сна. Во сне она не могла вдохнуть, не могла пошевельнуться, только стояла и слушала, слушала, как разговаривает с Джудом на маяке демоница…

– Поддерживай бесценное равновесие в новом виде – с учетом открывшихся фактов, – увещевала Эмпуса. – Мир не состоит из кромешников и людей. Он не состоит из кромешников, людей и полукровок. Он состоит из кромешников, людей, полукровок – которые мало кому интересны – и демонов. Вот так на самом деле выглядит ваше равновесие, и ты ему должен служить. Это совершенно не противоречит твоим знаменитым принципам. Молчишь, молчишь. Возможно, боишься за свою репутацию. Как согласиться на пакт с демонами при свидетелях, да? Не волнуйся. Они все забудут. Это легко. Даже ты умеешь так воздействовать на людей, но в этот раз тебе не придется, мы сделаем все за тебя. Ничего особенного, они просто все забудут и станут следить за твоим взлетом так же, как остальные, разинув рот. Ты ничего не теряешь, ведь у тебя ничего и нет.

Джуд переступил с ноги на ногу.

– У меня есть все, что мне нужно, – твердо ответил он. – И вы не в силах дать мне хоть что-то…

– Все? – прошипела совратительница. – Все? Все тебе предлагаю я. У тебя нет ничего и никого. Нет, нет, никогда не было и никогда не будет, если ты не согласишься! Кто у тебя есть? Эти? Посмотри на них. Чужестранец, который прославился чужими заслугами? Женщина, которая тобой открыто пренебрегает? И два брата, которые живут за твой счет и питаются завистью к тебе.

Джуд повернул голову и обвел их всех медленным взглядом.

– Завистью ко мне. Ко мне, у которого ничего нет. Что-то у вас не сходится, леди, как ни крути. Если у меня нет ничего, чему же завидовать?

Она пожала плечами.

– Нет ничего, кроме умения стирать. Губить. Больше у тебя ничего нет! И не будет! Не будет и их. Если ты не согласишься…

– Вы их уничтожите? Вы пойдете открытой войной на нейтралов? Попробуйте тронуть хотя бы волосок на голове у одного из них, я устрою вам такую войну, что о вас никто не вспомнит еще сотню лет, не о ком будет вспоминать. Я подниму всех полукровок и всех кромешников – они все еще наши родители и не останутся в стороне, если вы будете угрожать их детям.

Джуд задрал кверху подбородок и вызывающе скрестил руки на груди.

– Мы их не уничтожим, – издевательски процедила Эмпуса. – Мы уничтожим тебя. Ни один из них не останется с тобой уже к концу этого дня. Это очень, очень легко, дерзкий воитель. Неужели ты и правда думаешь, что тебе есть что противопоставить нам? Имя нам легион. А ты – один. Ты никому не нужен, как бы ты ни старался ради них. Как бы ни лез из кожи вон. Я даю тебе последний шанс, и это твой единственный шанс. Будешь ли ты работать с нами, хочешь ли ты получить от жизни все? Или ты отказываешься от сделки, обрекаешь себя на одиночество и теряешь все? Скажи да, кивни – и ты с нами. Я поведу рукой, и они ничего не вспомнят. Вот так, легко.

Джуд шагнул вперед.

– Я никогда, никогда, – сказал он четко и отчетливо, – никогда не стану вступать в союз с демонами.

– Отказываешься? Но чего ради? – Эмпуса подняла тонкие брови. – Скажи, я не могу этого понять. Я обещала тебе все, чего только можно пожелать. Власть, славу, деньги и любовь.

Джуд усмехнулся.

– Вы не можете дать мне любовь, потому что у вас любви нет.

– Ты не знаешь, что это такое, и не должен говорить об этом. Слово на букву «л»… всего лишь глупое человеческое слово. Ты стоишь здесь один. Они прячутся за твоей спиной и трепещут. Ты всю жизнь прожил один и всегда будешь один!

Голос демоницы гремел, будто она читала заклинание, творила будущее. Фотина знала, что никак не может позволить Джуду поверить в это, поэтому, собрав все силы, что в ней еще оставались, дернулась, преодолевая заклятие… и проснулась.

Это был всего лишь сон. А на маяке им показали не более чем спектакль для легковерных полукровок. Они же не помогли демонам уничтожить Джуда? Фотина помнит, что шагнула к нему, взяла его за руку, они пели вместе, и целовались, и потом… и потом ей все о нем рассказали.

Фотина потерла лоб рукой. Что было правдой? Что ложью? Ее мозг отчаянно пытался примирить сказку и реальность и показал ей эту сценку, но она ведь выдумала ее сама, так?

– У тебя дежурство сегодня? – крикнул из-за двери отец.

Она совсем забыла, что он ночует у нее. Понятно, что, когда она ввалилась домой вся зареванная, он не захотел оставлять ее одну, хотя она бы предпочла поплакать вволю, а не держать лицо.

– Да, пап, встаю, – ответила она. Сердце заполошно билось, и от этого темнело в глазах.

– Опоздаешь.

– Уже встаю.

Глава 3

– You need help?(Вам нужна помощь?) – спросил кто-то из сотрудников в форме отеля, пробегая мимо беседки, где сидел Матвей.

– No, thanks.(Нет, спасибо.)

Конечно же, ему необходима помощь, только не от них. Голова отказывалась соображать. Сердце рвалось из груди – бежать на помощь Джуду. Но куда?

Выдохнув, Матвей подцепил цепочку и выудил из-под рубашки ракушку. Попробовал раздвинуть ее пальцами, и на сей раз это ему удалось. Как теперь осуществить вызов? Это ведь раковина, пусть и отливающая внутри золотом, никакой клавиатуры. Он поднес подвеску к уху и услышал шум моря.

– Алло? – сказал он, чувствуя себя сумасшедшим. – Алло? Мне нужна морская королева. Мила.

Несколько мгновений ничего не происходило, а потом вместо шума моря в ракушке послышалось дыхание.

– Алло? – повторил Матвей. – Мне нужна морская королева. Мила.

– Я вас слушаю, – ответил незнакомый женский голос. – Это, я полагаю, Матвей.

Голос звучал надменно, как и следовало ожидать от настоящей королевы. Матвей едва не свалился со скамейки.

– Это я, – подтвердил он лихорадочно, – откуда вы знаете?

– Ассо упоминала о вас. Что заставило вас обратиться ко мне?

Матвей закрыл глаза. У него было ощущение, что он идет по тонкому льду.

– Видите ли… Эта идея принадлежит моему другу. Он грек, сын саламандры и человека.

– Вы хотите сказать, сын саламандра и человеческой женщины.

– Нет, его мамой была саламандра, а отцом человек.

– Постойте, Матвей. Вы уверены?

– Ну да, я уверен. Он неоднократно…

– Это редкость. Такая редкость. О саламандрах женского пола люди, как правило, ничего не знают. Я слушаю вас, Матвей.

– Когда вчера мы с ним помогали Ассо выбраться, мы столкнулись с демонами, и они хотели, чтобы он перешел на их сторону. Чтобы он притворился, будто сражается с ними, а на самом деле подыгрывал бы им. Все потому, что он их видит.

– Разумеется, он их видит. Если он и правда сын саламандры. И может ликвидировать, так?

– Да. Видимо. Вероятно, не всех. Их там было много. Это были переговоры.

– Предположим.

– Но сейчас он получил сигнал, что его братья попали в беду.

– Есть еще и братья. Все интереснее и интереснее. Продолжайте, Матвей. Сколько же братьев? Они тоже дети саламандры?

– Да, родные братья, два близнеца. Дети саламандры и человека. Да они вообще копия друг друга.

– Замечательно. Сразу три сына саламандры. Это большая редкость. Это почти сенсационно, Матвей. Что побудило вас обратиться ко мне?

Матвей укусил себя за палец, чтобы сосредоточиться: у нее был такой голос, что он поневоле словно уплывал в дымку, а в груди начало жечь.