Ольга Лисенкова – Невеста Хранителя Стихий (страница 7)
– А я тут при чем… Молчу, молчу, молчу.
– Государыня Ника, я уже говорил, но позвольте повторить, что вам не будет причинен никакой вред.
– Да я помню! – с досадой отозвалась Ника. – Вы просто в час по чайной ложке выдаете, нельзя же так, в самом деле. Чего вы хотите от меня? Для чего предназначали Аниту, о которой мы с вами договорились не упоминать? Почему между нами для вас нет никакой разницы, когда она налицо?
Мир кивнул своим мыслям.
– Дело в том, что эту… должность может занимать только такой же… скажем, человек, как я. Заняв этот… пост, я знаю, что примерно через тридцать, тридцать пять лет меня сместят.
– Тридцать лет на маяке – вполне достаточно, я считаю.
Его губы дрогнули.
– Достаточно, – согласился он. – Теперь трудный этап, Ника. По прибытии сюда мои остолопы засунули вас в зеркальный лабиринт, у вас взяли образец крови…
– Змея! Меня там укусила змея! Взяли образец крови?!
– Образец крови. Все для того, чтобы мы могли создать вашу копию.
Ника вскочила. Потом упала на стул.
– Да вы… Да я… – беспорядочно лепетала она, задыхаясь, не в силах подобрать нужные слова.
Температура в комнате заметно снизилась, повеял ветер.
– Это чтобы вам не было душно, – любезно пояснил Мир. – Страшное почти позади. Ваша копия воплотит мне ребенка. Вы вскоре вернетесь в свою вселенную, в свою жизнь, и совершенно забудете обо мне и о своем пребывании здесь. Вас никто не принудит делить со мной постель, вынашивать мой плод. Вы совершенно свободны во всех своих привязанностях, в выборе жизненного пути. Я верну вас в тот самый миг, когда вас выдернули из вашей вселенной. – Мир наклонился вперед, пронзая ее пылающим взглядом, выбивая из ее груди воздух. –
Он замолчал. Ника схватила салфетку и принялась ею обмахиваться, хотя ей было уже совсем не жарко. Бокал перед ней наполнился компотом будто сам собою: на сей раз она не заметила даже тени прислужницы. Хозяин ждал, давая ей возможность осмыслить полученную информацию.
– Вред, который мы причиняем вашей вселенной и вам лично, минимизирован, – добавил он после паузы. – Ваше тело страдает только тогда, когда берется образец крови. К сожалению, мне не удалось сделать это так, чтобы вы не испытали шока, и я еще раз прошу прощения. Все это… должно было выглядеть для вас совсем по-другому, поверьте.
Он отвернулся.
– Но вы не отпускаете меня прямо сейчас? – дрожащим голосом уточнила Ника.
– Нет. Вам придется задержаться здесь… примерно на три месяца по вашему исчислению времени. Это не отнимет ни минуты от вашей жизни в вашей вселенной.
– Да я там практически утонула! – возмутилась она.
– Да, но этого не произойдет. На этот раз вы быстро вынырнете. Анита тоже не пострадала. В каком-то смысле вы уже обе вынырнули, без сомнения.
– В каком-то смысле! – фыркнула Ника. – Надо же было додуматься!
Ее так выбили из колеи признания Мира, что она не могла понять, что чувствует. Гнев, запредельное изумление, страх? Восторг из-за того, что она наконец попала в сказку, где ей ничего не угрожает, – сказку с гарантией если не счастливого конца, то, по крайней мере, безопасного столкновения с чудесами?!
Не в силах справиться с собственными чувствами, Ника пошла по легкому пути.
– Вы все время уворачиваетесь от ответа! – ткнула она пальцем в сторону Мира. – Почему вы сказали, что я
При этих словах на его лице неожиданно засветилась мягкая, тихая улыбка, и Ника, опешив, осознала, что Мир улыбнулся ей впервые. Улыбка совершенно преобразила его сумрачные черты.
– Государыня Ника, – сказал он почти ласково. – Меня все время окружают и разрывают на части сильнейшие стихии. Я постоянно нахожусь на их пересечении и постоянно принужден выравнивать их воздействие. Вы совершенно не владеете магией, даже в зачаточном состоянии, и никакая стихия не владеет вашим сердцем, кроме чисто человеческих порывов. Простите мне это слово, в вашей вселенной оно, очевидно, оскорбительно. Простите мне это эгоистическое чувство.
Он снова подошел к ней ближе и даже взял за руку – Ника боялась спугнуть этот момент, эту светлую улыбку.
– Попробуйте понять… Блаженная тишина после оглушительного шума. Твердый берег после изнурительной борьбы с морской бурей. Я мог бы продолжать, но вы поймете.
…После ужина Мир галантно проводил Нику до дверей ее спальни, хотя заблудиться тут было невозможно. У дверей он снова поцеловал ей руку.
Ника была рада возможности остаться одной. Как она и говорила, она успела выспаться с запасом, так что теперь ей предстояло обдумать невероятные известия, которые на нее обрушились. А еще попробовать как-то освоиться с тем небывалым эффектом, который производил на нее хозяин дома – Хранитель Стихий, не больше не меньше.
– У меня еще тысяча вопросов, – предупредила она Мира.
Он кивнул. Казалось, когда он рассказал ей главное, гора свалилась с его плеч, и теперь он был готов на все, что она может запросить. Напряжение между ними никуда не делось, но оно неуловимо изменилось, и это тоже следовало осмыслить.
– Зачем я должна находиться здесь, если зеркала в лабиринте и кровь уже сыграли свою роль? И почему именно столько? И чем я буду заниматься? И почему книги в моей комнате все на незнакомом языке, однако я понимаю то, о чем говорите вы, и Виола, и Флоризель, а вы понимаете меня? Это тоже волшебство, да? И что если я не хочу забывать обо всем, когда попаду в свою вселенную?
– Не хотите? – Он удивленно поднял бровь.
Ника смущенно улыбнулась. Она еще никому не говорила о своей мечте, но, после того как Мир поведал ей свою тайну, ей подумалось, что будет только справедливо, если она поделится с ним.
– Я хотела бы сочинять истории, которые потом… покажут в кино. Как сказки, знаете?
Мир медленно покачал головой.
– Сказки? – И тут в его глазах полыхнула искорка, живо напомнившая Нике уголек, который высушил ее платье. – Вы хотите использовать историю моей вселенной как
Ника слишком плохо знала Мира, чтобы толковать выражение его лица, а тем более его тон, который даже без учета произносимых слов мог вызывать у нее мурашки. Она потупилась.
– Я надеюсь, что не оскорблю этим вас, и, конечно, я укажу, как положено, что все персонажи вымышлены, все совпадения с реальными личностями – и вселенными —случайны, а имена изменены, и…
Мир прислонился к стене и вначале сдержанно усмехнулся, а потом в голос расхохотался.
– Клянусь всеми четырьмя стихиями, вы бесподобны, Ника.
Интерлюдия. Эвита
Глава 10
Непривычная к слугам, Ника решила не дергать за шнурок и никого не звать – сама высвободилась из платья и, с удовольствием облачившись в ночную рубашку, влезла в кровать, растянулась под пуховыми одеялами. Небольшие светильники под потолком постепенно притушили свет, но все же его оставалось достаточно, чтобы Нике было комфортно.