Ольга Лисенкова – Невеста Хранителя Стихий (страница 38)

Ника на миг замерла. Кто бы это мог быть?

Ладно. Ей нечего теряться: Мир сам заявил, что они стали мужем и женой. Значит, Нике и следует вести себя как хозяйка дома. Кому какое дело, что это временно: под луной ничто не вечно.

– Здравствуйте! – проговорила она со всей возможной приветливостью.

Девушка вздрогнула и обернулась.

– Здравствуйте, – отозвалась она глубоким контральто.

Ника обошла стол и села на привычное место, размышляя, почему у голоса неожиданной гостьи такой знакомый эффект.

– Я Ника, – представилась она.

–Венниа. Да. Я в курсе.

Похоже, о манерах здесь понятия не имеют. Что ж, не беда, сказала себе Ника. Знать бы, ждать ли к завтраку хозяина?

– Налить вам чаю? – предложила она радушно.

– Чаю? – Незнакомка растерянно оглянулась, будто кто-то, стоявший за ее спиной, мог подсказать ей правильный ответ.

– В кофейнике вроде бы есть кофе, если вы предпочитаете его.

– Кофе. Или чай. Разницы нет. – Ресницы красотки вспорхнули вверх. – Ника, я ждала Мира.

– Я тоже его жду.

– Да, конечно. Но, коль скоро он не спешит… Меня зовут Эвита. И я почти уверена, что Мир вам обо мне не рассказывал.

Задумавшись, Ника склонила голову к плечу. Златовласка смотрела почти умоляюще, по всей видимости, надеясь, что венниа опровергнет ее предположение, но Ника, перебирая в памяти разговоры с Миром, не припоминала этого имени. Почему гостья так глядит на нее?

«Неужели это его бывшая любовница? – ахнула про себя Ника. – И не стихийница, а человек. Почему бы и нет? Это стихийникам сюда нельзя, да и то можно, если ненадолго… Может быть, девушка соскучилась и явилась предъявить свои права!»

– Эвита, – повторила она, чтобы выиграть время.

– Не рассказывал, – заключила гостья, огорчившись.

– А должен был?

Эвита откинула пряди золотых волос за спину – они вспыхнули плеядой ослепительных искорок.

– Я полагаю, нет, – сказала она с невесть откуда взявшейся надменностью.

– Вы и сами можете поведать мне о себе, – предложила Ника.

– Да. Разумеется.

Услышав от писаной красотки излюбленное словцо Мира, Ника скрипнула зубами – и понадеялась, что это не было заметно со стороны.

– Все это так глупо, – с отвращением продолжала гостья, только подпитывая едкие подозрения ревнивой венниа.

– Вы хотели, чтобы мне вас непременно представил Мир?

– Меня вам или вас мне, без разницы. Как там правильно по этикету. Но ладно, чего еще ждать от Мира. – Девица встала и сделала нечто вроде реверанса. – Будем знакомы. Эвита. Единокровная сестра Хранителя Стихий.

«Фух!» – выдохнула Ника, стараясь удерживать на лице все то же неизменно вежливое выражение. А потом до нее дошло!

– Очень приятно, – пролепетала она. – Ника, его венниа. Единокровная… это значит… что вы его сестра по отцу?

– Совершенно верно. Вы наверняка уже наслышаны о… своеобразной механике, с помощью которой обзаводятся детьми Хранители. – Эвита грациозно повела рукой в воздухе. – Родных братьев и сестер, родных на все сто, у Мира и быть не может.

– Да-да, конечно. Я не хотела вас обидеть.

– Вы и не обидели.

– Я… – Ника прикусила губу, чтобы сосредоточиться: чашки и кофейники плясали у нее перед глазами. – Вы выглядите прекрасно, но вряд ли ваш уважаемый отец сумел зачать вас уже после того, как оставил этот пост. Вы же не ребенок.

Эвита неслышно засмеялась.

– Изысканный комплимент, Ника.

– Да ну, я не об этом… Значит, количество венниа, которых раз за разом приводит в свой дом Хранитель Стихий, не ограничено?

Ника чувствовала себя ужасно: принесла же нелегкая эту красотку, когда она расслабилась и поверила, что… Нет, в самом деле – не может же Хранитель провести тридцать лет после появления наследника в полном уединении! Это весьма логично. Вряд ли она сама сумеет оставаться верной Миру целых тридцать лет, тем более что надежды на воссоединение в будущем сводятся к нулю. А потом, тридцать лет с нынешней даты – это же получается почти пожизненно!

Нет, нет, все это логично, и правильно, и оправданно, и естественно. Просто прежде Ника и сама не знала, насколько подвержена ревности, и теперь безуспешно боролась с очередной атакой этого коварного чудовища.

Глава 49

Эвита наблюдала за ней с недоумением. Вероятно, ей казалось, что, стоит ей назвать себя, все недоразумения разрешатся сами собой, а Нику внезапно захлестнула ядовитая волна, о которой она не могла говорить вслух.

К счастью (или нет), в этот момент подоспел и сам хозяин дома.

– О, Эвита! – обрадовался он. – Привет!

Без особых церемоний чмокнул сестру в щеку и отступил, оглядывая ее с ног до головы. Присвистнул:

– Вот это наряд! Ты вся сверкаешь и переливаешься, как маленькое солнышко!

– Да, я… заказала золотое платье, в тон волосам. Тебе нравится, Мир?

– Тебе идет! Смотрится роскошно! – оценил он и повернулся к раздавленной Нике. – Дорогая, это моя сестричка Эвита. Я полагаю, вы уже успели познакомиться.

– Успели.

– Отлично. Эвита, я всегда счастлив тебя видеть, но все же… – Мир сдвинул брови. – Я каждый раз боюсь за тебя, когда ты сюда являешься.

– Почему? – Эвита повела плечом, и Ника, пусть и оглушенная новым поворотом, не могла не отметить, что гостью передернуло от раздражения.

– Мы с тобой тысячу раз это обсуждали, – понизив голос, отозвался Мир.

– Давай обсудим в тысячу первый. Тебе же нечего скрывать от своей венниа, да? Это «глаз бури», здесь царит тишина и покой. Здесь безопасно. И для меня ничуть не менее безопасно, чем для тебя!

Ника перевела взгляд на Мира, чье лицо тоже исказилось от досады.

– Эвита… – прошипел он. – Между нами есть разница.

– Ты мальчик, а я девочка! – насмешливо выплюнула девица.

– Верно.

Эвита демонстративно развернулась к Нике.

– Вы не подумайте, – сказала она с вызовом, – мой брат ничего не имеет против девочек, когда они знают свое место. Это традиционное мужское высокомерие, которое невозможно объяснить, если исходить из современных…

Мир стукнул кулаком по столу. Но, когда он заговорил, его голос был ровным и спокойным, словно он читал лекцию.

– Пост Хранителя Стихий занимаю я. Мужчина. Как и повелось из поколения в поколение, на протяжении сотен лет. Положим, это невозможно объяснить, однако это факт.

Эвита, не поворачиваясь к нему, продолжала разговор с Никой.

– Я обожаю своего брата, – поделилась она, будто его тут и вовсе не было. – Правда. В детстве с ним было весьма приятно общаться. Хорошо, когда у тебя есть старший брат. У вас есть старший брат, Ника?

Та покачала головой.

– А у меня есть. Но, к сожалению, он вбил себе в голову, что Хранителем Стихий может быть только он.

Мир отступил и скрестил руки на груди, наблюдая.

– Но если так было всегда? – в замешательстве спросила Ника.

– Да, так было всегда. Но это не значит, что так будет всегда.

Ника яростно помотала головой, пытаясь стряхнуть золотой морок.

– Вы что, хотите сказать, что вы сами хотели занять этот пост?!

Это не укладывалось у Ники в голове. Да нет же, она наверняка поняла Эвиту неправильно. Никто в своем уме не может желать такой судьбы. Тем более что девушка явно младше Мира – кто позволил бы ей взять это на себя? Младшая сестра, да. Типичная младшая сестра. Вот оно что. Она нашла способ доводить брата до белого каления, а сейчас привычно использует его, нажимая на те же кнопки. Так, чтобы Мир мучился не только из-за того, что заперт в этой треклятой башне на веки вечные, но и из-за того, что не в силах исполнить каприз избалованной девицы. Играя на чувстве вины, можно заполучить самые разные привилегии и подарки.

Зачем Эвита явилась сейчас? Какой подарок ей потребовался от Мира нынче?

Забыв о проблеме множественных венниа, способных, судя по всему, за долгие годы составить нехилый гарем, Ника бросилась на помощь Хранителю.

– Мне кажется, – сказала она с издевательским хладнокровием, – вам что-то понадобилось от Мира. Поэтому вы пришли сюда, якобы его навестить, и разыграли хорошо знакомые карты, точно зная, как он будет реагировать.

Глаза Эвиты сверкнули, а потом ее мордашка, как ни странно, расплылась в улыбке.

– Тебе повезло с венниа, да? – бросила она Миру.

Тот промолчал – и, хотя Ника понимала, что соглашаться с этим, когда Эвита вела себя таким образом, было лишним, это все же ее кольнуло.

– Повезло! – заключила гостья. – Ой, каждый раз это такая лотерея, Ника, такая безумная игра вслепую! Хранителей ничто не защищает, и нет никаких гарантий. Может ведь попасться какая-нибудь мегера…

«Вроде вас?» – чуть не спросила Ника. Поведение Эвиты казалось ей чудным: чрезмерная эмоциональность, ловкое манипулирование предметом разговора, переключение внимания Мира – который, между прочим, был поначалу искренне рад видеть сестру, а теперь только стоит и хмурится!

– Кстати, – заявила Эвита, обращаясь к брату, – Нику очень расстроило известие, что венниа может быть больше одной!

Ника беспомощно потупилась. Она так старалась скрыть свои чувства!

– Не может, – сурово возразил Мир.

– Но вот она я! – развела руками Эвита. – Живое подтверждение тому, что может! Вы же правильно догадались, Ника, что я – младшая сестра Мира. И что я не настолько уж младшая, чтобы папенька родил меня после того, как съехал из этой квартиры. Значит… Значит, потенциально я такая же Хранительница Стихий, как и мой благородный брат!

У Ники закружилась голова. Только ей удалось отвлечься от снедавшей ее ревности, как Эвита снова швырнула ее в этот водоворот.

– Ключевое слово здесь – «потенциально», – прогудел Мир.