Ольга Колпакова – Детская библиотека. Том 70 (страница 9)

И решительно отправилась выяснять ситуацию. При виде грозной Картахены курица осознала, что была не права, и сказала:

— Ну тогда кудах.

И отступила за калитку. Даша отступила вместе с ней. Потому что курица обещала познакомить её с всамделишной коровой. А уж коров-то Даша вообще никогда не видела, даже в зоопарке, так что упускать такой случай было нельзя. Иван проводил взглядом сестру с курицей и вдруг, осознав, что Сергеевы не отправят его в город и даже не пожалуются родителям, подумал: «Какое классное название для детектива: «Курица что-то знает». А что может знать курица? Решительно ничего. Даже если она видела снежного человека, убийцу или… инопланетянина. Она же не говорящий попугай, чтобы в последней главе обличить злодея. Может, курицу украли? Ха, преступление века. Что можно украсть с дачи? Если тут живёт знаменитый скрипач и у него есть скрипка Страдивари… нет, тут живут нормальные люди, а не скрипачи».

Иван огляделся. Слева Сергеевская, а вернее — тёти-Ларисина дача граничила с участком бабки Терёхи. Справа дача стояла пустая, там никто не жил. По крайней мере, ни Иван, ни Сергеевы никого не видели. «Пустая дача, — подумал Иван. — Вчера дядя Никита говорил про…»

И тут Иван увидел поверх невысокой символической оградки между участками, что на крыльцо пустой дачи вышел молодой человек в тёмных очках.

— Вот те на, — удивился Иван. — Вот он где поселился, оказывается…

Иван оглядел нового соседа. Парень как парень, ничего особенного. Но чем-то он Ивану сразу не понравился. Тёмные очки, белые брюки… ну кто ходит на даче в белых брюках?

— Ты не знаешь, кто там живёт? — спросила Ивана невесть откуда взявшаяся Саша. После завтрака она читала на чердаке — и вот на тебе, уже на крылечке и пялится на подозрительного типа с соседней дачи.

— Псих какой-то, — буркнул Иван, не одобряя Сашиного интереса к незнакомым молодым людям.

— Почему псих? — удивилась Саша. — По-моему, ничего. Блондин.

— А что, блондины, по-твоему, не могут быть психами? — разозлился неизвестно почему Иван. — По-твоему, психи только брюнеты? Это расизм называется.

— Это глупость называется, — парировала Саша. — С чего ты решил, что псих?

— Ну кто на даче ходит в белых брюках? Только ненормальные.

— Не все же любят ходить в линялых шортах и такой драной футболке, будто в ней тебя уже расстреливали из пулемёта, — ехидно сказала Саша, оглядев Ванин костюм.

Иван смутился.

— А ещё он ничего не копает и не прореживает, только сидит на крылечке, — сказал он. — Это ненормально.

— Ты тоже сидишь на крылечке и ничего не копаешь и не прореживаешь, — возразила Саша. — Значит, ты тоже псих? К тому же на крылечке копать сложно. И прореживать тоже.

Саша была старше Ивана и явно сильнее в логике. Рядом с ней Иван всегда чувствовал себя маленьким. А это обидно.

— Ну и целуйся со своим блондином, — буркнул он и пошёл в дом. — Он-то и есть преступник, я нюхом чую. А тебе вообще велели за мной следить, а не за соседями.

Саша мечтательно посмотрела на блондина.

— На этой даче мне нравится всё больше и больше, — томно сказала она. Котёнок Ваня Бренди залез ей на колени и замурлыкал, чтоб его погладили. Потому что все любят, когда их любят.

Глава 12

Стася не знала, что Даша пошла знакомиться с коровой. Она поискала её в кустах смородины, в сарае, заглянула в туалет, чтобы проверить, не провалилась ли туда малышка… Даши нигде не было.

«Её похитили, — поняла Стася. — Ну и ладно. Потом я её спасу, а сейчас мне некогда. Надо срочно искать клад».

Какими-то сложными логическими умозаключениями Стася пришла к выводу, что пират Морган зарыл клад у них на участке между туалетом и смородиной, рядом с дорожкой. Она взяла лопатку и стала его выкапывать.

«Напрасно клады зарывают так глубоко, — пыхтела Стася. — Эти пираты никогда о других не думают. Эгоисты. Могли бы просто под смородину положить, я бы не обиделась».

В разгар процесса вернулась Даша, вся в задумчивости.

Корова произвела на неё сложное впечатление. На Дашин взгляд, она была слишком большая, чтобы причислять её к животным, с которыми можно играть. Она была даже больше курицы. И — страшно сказать! — даже больше Кошмара и самой Даши! К тому же у неё были рога, которые, как считала Даша, ей совсем не шли.

— По-моему, она злая, — дрожащим голоском сказала Дашенька, подбираясь поближе к курице, под защитой которой она чувствовала себя уютнее. — Пойдём домой.

Но курица не хотела домой, потому что и так была дома. Корова повернула голову и укоризненно посмотрела на Дашу. Глаза у животного были добрые. «Может, она не ест маленьких девочек», — немного приободрилась Даша.

— Я невкусная, — сказала она на всякий случай. Корова кивнула. Даша почувствовала, что с этим зверем тоже можно найти общий язык.

— А где у тебя краник, из которого молочко бежит? — спросила Даша у коровы. Корова промолчала — не хотела открывать Даше тайну краника.

— Наверное, надо дёрнуть за хвост, вот молочко и польётся… откуда? Неужели из попки? — размышляла Даша. Корова мотнула хвостом, отгоняя мух.

— Ладно, не буду я тебя дёргать за хвост, — утешила корову Даша. — Я потом с Ваней приду, пусть он дёрнет, а я посмотрю.

И Даша бочком-бочком отошла от коровы и отправилась домой.

— Она большая, как грузовик, — делилась впечатлениями Даша. — Я храбрая. Там где-то краник, а она хвостом мотает. И молоко не льётся.

— Конечно, не льётся, — сказала Стася, радуясь перерыву в тяжёлом кладоискательском труде. — У коровы внизу есть маленькое дополнительное пузо, называется вымя, так молоко из этого вымени выдавливать надо, как зубную пасту из тюбика.

— Что ли, молоко густое? Как сметана? — не поняла Даша.

— Нет, оно жидкое, но почему-то застревает. Это специально сделано, чтобы молоко всё время не текло из коровы.

— Зато её можно будет бы легко найти, если она потеряется, — сказала Даша. — Как Мальчика-с-пальчика.

Стася с уважением посмотрела на Дашу.

— Надо же, до чего ты умная, хоть и маленькая, — сказала она. — Правда, коров с открытыми краниками искать гораздо легче. Но, видишь ли, чтобы их нашли, у коров есть другой способ. Если корова куда-то пошла без хозяйки, то она повсюду разбрасывает коровьи лепёшки. У неё внутри такое специальное приспособление. А потом хозяйка идёт и по коровьим лепёшкам, как следопыт, выслеживает свою корову.

— А лепёшки — это что? — уточнила Даша.

— Я тебе потом покажу, — пообещала Стася. — Я знаю место, где их много. А сейчас мне некогда, я клад выкапываю.

— А он уже созрел, его можно выкапывать? — поинтересовалась Даша.

— Не знаю, — засомневалась Стася. — Может, ещё рано. Знаешь, ты права. Пусть он ещё денёк дозреет, я его завтра выкопаю. А то мама уже обедать зовёт.

После обеда ничего интересного не было. Всё население дачи чистило крыжовник для царского варенья. Это очень длительная процедура: надо обрезать хвостики, разрезать у каждой ягодки бочок и расплющенным гвоздём вытащить крыжовниковы кишки.

— Это просто какое-то массовое харакири, — заметил папа, ловко потроша ягоды.

Саша иногда поглядывала направо. Там, на соседней даче, торчал блондин в тёмных очках. «Пришёл бы, помог крыжовник чистить», — думала Саша.

Даже Иван, превозмогая головную боль, выполз на крыльцо и старался выглядеть бодрым и примерным дачником, распарывая крыжовник. Он тоже видел соседа и пытался придумать, как бы этого психа в белых брюках связать с таинственным Лохматым с Тополиной дачи. Новый сосед не походил ни на убийцу, ни на вора, ни на дрессировщика экзотических животных. Эти тёмные очки, скрывающие лицо… И тут Ивана осенило. Конечно, он шпион! Агент ЦРУ, выслеживающий инопланетян… А дядя Никита точно должен знать, где прячутся инопланетяне, подкидывая ему камни с шифровкой.

— Слышь, Сашка, этот твой псих в кальсонах… — зашептал Иван, но его услышал папа и заинтересовался:

— Какой это ещё у Саши псих в кальсонах? И почему в кальсонах?

— Кальсоны — это такие старинные белые неприличные штаны, вернее, подштанники, — объяснил Иван. — Я читал. Вся русская литература пестрит упоминаниями о кальсонах.

— Боже! — ужаснулась мама, по профессии учитель литературы. — Неужели? А я и не замечала.

— Сейчас они уже немодные, — продолжал Иван. — А вон тот тип в белых брюках на них похож. Вернее не он, а его брюки.

Мама и папа оглянулись на соседнюю дачу.

— Симпатичный какой молодой человек, — сказала мама. — Блондин.

— Ага! — обрадовалась Саша. — И никакой не псих.

— Только странно, что он в белых брюках, — сказал папа, оглядывая своё невообразимое трико.

— Ага! — обрадовался Иван. — Псих точно. Ой, котёнок залез в кастрюлю!

Ваня Бренди действительно залез в кастрюлю с чищеным крыжовником, чтобы крыжовник его погладил. И провалился, конечно. Теперь он жалобно мяукал, барахтаясь в крыжовнике и почти захлёбываясь. Иван вытащил его за шкирку и отдал подбежавшей Картахене. Картахена лизнула котёнка и сморщилась: крыжовник был очень кислый и котёнок тоже.

— Сам дурак, сам и вылизывайся, — сказала Картахена так явственно, что её поняли даже люди.

Ваня Бренди попытался вылизаться, но ему тоже было кисло.

— Ну вылижите меня кто-нибудь! — заорал несчастный котёнок. — Мяу!

Все посмотрели на маму.